Чтение онлайн

— О, вы, как всегда, не вовремя! — недовольно воскликнул господин Аржебат.

— В смысле, не вовремя? Она ранена! — возмутилась Валери. — Лечи давай!

— Опять твоих рук дело?

— А вот и нет!

— Что-то мне как-то слабо в это верится, — проворчал он и махнул рукой в сторону кушетки. — Расположите там больную и уходите. Вернусь, подлатаю.

Так просто ему уйти не дали — пришлось бедному мужчине раскрывать свои планы на путешествие до ближайшего туалета по срочной нужде из-за примитивного пищевого отравления. И убедившись, что эти планы не терпят отлагательств, Валери позволила ему умчаться по коридору. Потом вдруг решила, что надо проконтролировать, дабы он никуда не свернул по пути от туалета до медчасти, и рванула за целителем. А уже за ней, бурча под нос проклятья на флемоанском, последовал Марсель.

Опустив Белладонну на кушетку, Рикард не торопился никуда уходить. Присел на стул, стоящий с противоположной стороны и, всё ещё избегая встречаться с ней взглядами, спросил:

— Ты же его спровоцировала?

— Что ты имеешь в виду?

— Хоть я и не знаю флемоанский, но я достаточно хорошо изучит тебя. Ты явно не приятности там ворковала. Сама добилась того, чтобы он кинулся на тебя.

— Я правильно сейчас тебя понимаю, ты пытаешься сказать, что я сама виновата? Получила по заслугам за свой острый язык?

— Ну, не прям в такой форме, — он сконфуженно почесал кончик носа. — Просто если бы ты молчала, то не пострадала. Незачем было к нему лезть.

Откинувшись на назад, она прислонилась спиной к прохладной стенке и посмотрела в окно, за которым совсем смеркалось. Так всё опостылело. Захотелось послать к чёрту. И самого Рикарда и всё его окружение, с которым она старалась быть более терпимой и понимающей. Губы сами растянулись в какой-то вымученной, горькой улыбке.

— Идиот.

— Кто?

— Ты.

— Обалдеть, — возмущённо выдохнул он. — Сначала одного мужика довела, теперь за меня решила взяться?

— Да за что там браться? Я всего лишь называю вещи своими именами.

— Вот ты и показала истинный характер!..

— Ты идиот, потому что перекладываешь вину с агрессора на жертву. Я на него не нападала и даже в открытой форме не оскорбила, лишь намекнула на его слабость. Эмануэль и в самом деле такой слабак и трус, каких ещё поискать надо. Поэтому — очередная констатация факта. Но признаю, что я тоже дура: влюбилась в малолетку, иногда ведущую себя не по годам взросло. Но всё же ты ещё ребёнок. И сейчас я это вижу, как никогда ясно.

— Подожди-ка, — Рикард подскочил со стула и в один шаг оказался возле неё. За подбородок двумя пальцами развернул голову и посмотрел в глаза. — Только что проскочило слово: «влюбилась». Ты в меня влюблена? Серьёзно?

— Ну точно идиот, — вздохнула Белладонна и дёрнула головой, вырывая подбородок. — Не беспокойся, я разберусь с этой проблемой.

Он собирался ещё что-то сказать, но дверь распахнулась, и в кабинет зашёл господин Аржебат с пунцово-красным лицом. И судя по тому, какими словами он костерил некую невежественную особу, за ярким окрасом стояло вовсе не в смущении.

— Я же вроде говорил, чтобы все ушли кроме больной?! Выйдете, молодой человек, ей нужно будет снять вверх!

— Да что я там не видел, — отмахнулся Рикард, продолжая сверлить её задумчивым взглядом. И лишь наткнувшись на вопросительно приподнятую бровь, наконец понял, что именно ляпнул. Глянул на оторопевшего целителя и хохотнул: — Я в том смысле, что бидончики у всех плюс-минус одинаковые… Ладно, ладно. Ухожу.

Валери

Каждый день у них начинался со столпотворения около кухонного островка. Не то чтобы Вэл это не нравилось, но конкретно сегодня почему-то раздражало. Они всё же приходили на работу, чтобы трудиться, ловить всяких подонков, а не чаи и кофе гонять с домашними булочками.

На её скромный взгляд в их отделе категорически не хватало дисциплины. И самой Офире стоило бы реже таскать еду в офис. Хотя бы через день. А лучше — не чаще пары раз в неделю. Исключительно всякие мелочи, вроде печенья или других снеков, чему-то более съестному место в столовой, которая всего в десяти минутах ходьбы. Ножки ни у кого не отвалятся.

— Вот дерьмо, я заляпался! — воскликнул Фабиан, смотря на свои штаны в соусе, что вытек с нижнего края завертона.

— Как поросёнок, ею богу! — запричитала она, после чего подвела его к раковине и при помощи влажной салфетки, обильно смоченной водой из-под крана, принялась оттирать пятно на штанине, пока он продолжал есть.

— Всем добрый день, — с порога поздоровался Аллен, обводя полупустой зал свежим взглядом. Остановился им на коробке с едой, и озорным тоном поинтересовался: — И чем сегодня нас госпожа Сандовал решила побаловать?

Он умудрился встать прямо на жирную каплю соуса. Забавно всплеснул руками и упал на спину. Хорошенько так пригрелся затылком. Основательно. Вэл аж поморщилась и потёрла собственную голову, представляя, как ему должно быть больно.

Привстав на локти, Аллен потерянно огляделся по сторонам. Однако никто из коллег не ринулся помогать подняться. Офира и Фабиан смотрели на него со смесью страха и смущения. Как если бы им вроде было стыдно бездействовать, но ничего поделать со своей трусливой сутью они не могли.

— Похоже, ждать помощи в будущем мне здесь больше ни от кого, — глухо усмехнулся он.

Вэл почему-то так обидно за него сделалось. Она не понимала, отчего почти все, за исключением Оскара, внезапно стали его избегать — демонстративно шарахаться от любых прикосновений, словно могли подцепить чумку.

Подумаешь, довремённый упырь. Их же там ещё шесть штук, и им наверняка достался самый нормальный. Раньше Аллен никому ничего плохого не делал. По крайней мере, физически... А сейчас, когда все узнали о его прошлом, должен перемениться и тут же всех порешать? Что за ерунда у них в головах творилась? Это всё тот же лицемерный придурок, способный в худшем случае гаденько и по-заумному извращённо обозвать, не переставая слащаво лыбиться.

Подбежав быстрее, чем Аллен успел самостоятельно подняться, Вэл протянула руку.

— Хватайся.

Как-то заторможенно на неё посмотрев, видать, сильно башкой приложился, он улыбнулся одними уголками рта. Не так, как обычно: широко, но жутко фальшиво. По-другому. Ей аж не по себе стало. Но не в плохом смысле. Из-за этой улыбочки его лицо почудилось таким неожиданно приятным и даже привлекательным, что захотелось первой отвести взгляд. Ерундистика какая-то.

Как только чужие пальцы крепко вцепились в её ладонь, Вэл дёрнула и в один рывок поставила Аллена на ноги. Придержала за плечо свободной рукой, пока не убедилась, что равновесие в его голове восстановилось, и отпустила.