Чтение онлайн

— Я — нет. Не доводилось как-то. Да и в этом, откровенно говоря, нет нужды. Вы не в курсе?.. Во Флемоа любой орган достать — вопрос пары тысяч ранаев. Вампиров как ни разбирай, они всё равно воскресают. Новые запчасти отращивают раз за разом, их надо лишь подкармливать кровью. Прямо-таки бесконечный генератор органов, — весело хохотнул Аоки, а заметив, что никто кроме него не смеётся, снова поник. — У них этот бизнес находится в серой зоне. Полулегальный.

— Но зачем Корпорации органы других видов? — никак не мог взять в толк капитан.

— Зависит от подразделения. Я работал в гастрономической ветке. Добывал для сильных мира сего деликатесы.

— Исходя из ваших слов можно предположить, что Корпорация функционирует на уровне правительства.

— А что есть правительство? Если вы про всю ту шушеру, что каждый день видите по телевизору, так это перхоть на голове реальной власти. Настоящих хозяев мира знают избранные единицы. Они и владеют-то Корпорацией.

— А не рассказываешь ты нам сказки? Хочешь, чтобы мы на полном серьёзе поверили в эту чушь уровня теорий заговора? — снова не сдержался старший детектив. — Да признаю, ты долго водил нас за нос. Хорошо заметал следы. Но всё же прокололся. Наверняка мнил, что самый умный и что тебя никогда не поймают. А мы поймали. Вот ведь неприятность. Так, наверное, досадно, что ты теперь стараешься запудрить нам мозги всякой чушью.

Откинувшись на спинку стула, Аоки скучающе на него посмотрел.

— Зачем мне это? Ты же сам видел, что жить мне осталось недолго.

— Пустить нас по ложному слуху… Увековечить своё имя в тёмной истории... Кто ж поймёт, что в твоей больной черепушке творится.

— Не логичнее было бы забрать все лавры от убийств себе и не войти в эту якобы важную для меня историю, как самый массовый серийный убийца среди полукровок? Сколько там у меня на счету по вашим сводкам? В районе сорока или пятидесяти?

— А сколько их было на самом деле?

— Без понятия. Я не считал. Вы, что ли, считаете, сколько дел за всю свою карьеру раскрыли? Или там такие скромные цифры, что и считать особо нечего? Детектив Грос, а чего ты, собственно, так бесишься?.. Я, что ли, убил кого-то, кто был тебе близок? Извиняюсь, я не специально.

— По каким критериям отбирались жертвы? — влез в их разговор капитан, направляя трёп в нужное русло. И правильно, сколько там этого времени осталось у подонка? Раз отложить смерть нельзя, то надо хотя бы выжать его максимально.

— Я ничего и никогда не выбирал, мне всю информацию присылали по электронной почте. Продуманную до мелочей инструкцию: где поджидать цель, куда везти, за какое время разделать и какие конкретно органы или части тела забрать. Поначалу я убирал за собой останки. Всё также согласно инструкции. В один раз было достаточно где-то прикопать их, в другой — приходилось чуть заморочиться. А потом появился заказчик, которому нравилось играть в серийного убийцу, поэтому я стал оставлять тела вместе с нелепыми записками. Исполнители обязаны придерживаться плана. Например, если написано, что надо заколоть цель ножом, а ты её милосердно задушил, то сразу минус пару десятков тысяч. А могут даже половину от зарплаты откусить. Тут уж зависит от реакции заказчика.

— И кто же присылал всю эту информацию?

— Планировщик. Это их работа. Они планируют убийство — мы исполняем.

— И естественно, имени планировщика или других исполнителей ты нам не скажешь?

— Хитрый на мне заговор весит, — подтвердил он с кривой усмешкой. — Я могу много разного рассказать, но ничего по-настоящему полезного. И всё это будет звучать, как одна большая сказочка. А может… это и есть сказочка. Вам остаётся лишь поверить мне на слово. Доказательств никаких нет. Вы их не найдёте.

— Зачем ты нам рассказываешь о Корпорации? Из-за обиды? Потому что они тебя «слили»?

— Обида за то, что слили? Да нет, я не первый и не последний. Обычная процедура избавления от сломавшего ножа. Все исполнители так заканчивают. Издержки нашей профессии. Просто суету навести охота… Но всё это бессмысленно на самом деле… Даже если вы вцепитесь в информацию, которой я щедро с вами делюсь, задачка не по вашим зубам — кровью захлебнётесь. Сам не знаю, зачем я всё это рассказываю… правда… зачем?..

— Ты у нас спрашиваешь?

— Хотите фокус?

Капитан и старший детектив напряжённо переглянулись.

— «Об…», — только начал произносить какое-то слово Аоки, как кашлянул кровью и совершенно по безумному улыбнулся. Чёрные глаза окончательно остекленели, а уже в следующую секунду тело пошатнулось, и голова с громким звуком упала на стол, сорвав с пышных губ Офиры испуганный вскрик.

— Вот же сукин сын, — Грос с разворота пнул дверь, — запустил триггер проклятья. У него ещё был как минимум три часа!

— Он покончил с собой? — удивлённо спросила Вэл.

— Именно это он и сделал, — подтвердил сзади отстранённый голос Аллена.

— Как думаешь, эта Корпорация в самом деле существует? — спросил у него Оскар.

— Затрудняюсь ответить… Но если допустить её существование, то туда точно влезли остальные довремённые. И, надеюсь, капитан это понимает.

И тот словно их услышал, обернулся и, смотря в зеркало, приказал:

— Офира, вызови спеца, надо зафиксировать смерть от проклятья.

Несколько дней все новостные порталы пестрили заголовками о поимке Радикального Воспитателя и его скоропостижной смерти от неизвестного проклятия. Любопытные зеваки жаждали подробностей, а не получив их, строили различные теории заговора. Поначалу журналисты им проходу не давали. Но потом, как-то их интерес к полиции начал угасать. Даже на торжественное вручение грамоты заглянуло всего ничего: двое приличных корреспондентов от федеральных каналов и небольшая кучка журналистов из независимых новостных интернет-порталов.

Постепенно фокус сместился на родственников жертвы. Пошла череда интервью, где родители, мужья, жёны, братья и сёстры с заплаканными лицами бранили полицию за медлительность, ликовали из-за смерти Воспитателя и всячески подчёркивали глубину своего горя. Но и таких репортажей с каждым днём становилось всё меньше и меньше.

Рик испытывал смешанные чувства. Сначала возник радостный внутренний подъём от поимки преступника, причинившего так много боли сотням людей и оборотней. А потом странные слова Аоки, больше похожие на шизофренический бред, добавляли какую-то прогорклую нотку. Будто бы всё кончилось… но не так, как ему бы хотелось.