Чтение онлайн

– Да мы тоже слышали об их затворничестве. Но не верили, что всё у них так строго. А в других королевствах создают нечто подобное?

– Нет, - твёрдо ответила Хазра.
– Поставки идут только из Красных гор. Но почему тебя это так интересует?

– Просто я с детства люблю красочные зрелища, - туманно ответил Семён, и уже из дверей добавил: - До встречи на ужине.

За столом семейство собралось первым. Причём дочь уселась не как всегда, рядышком возле папы, а почти напротив. Виктор пристроился возле неё и, так оказалось, что стулья по сторонам от Семёна остались пустыми. С некоторой дрожью он представил возле себя обворожительную Хазру, твердо мотнул головой и решил, что больше она на него так странно действовать не сможет. А значит, ужин пройдёт нормально.

Но Загребной совершенно не учёл другой фактор, который он упустил из своего запрофилированного осознания окружающей обстановки. А именно: он совершенно забыл о Нимим. И её появление было сродни удару молнии прямо по темечку.

Уже потом, тщательно анализируя этот момент Семён пришёл к выводу что удар был рассчитан заранее и нанесён в самое удобное время и в подходящем месте. Потом, в длительном путешествии озабоченному трудностями пути командиру будет явно не до рассматриваний женской красоты и он вряд ли мог поддаться самому искушённому женскому обаянию. Чуть раньше тоже не следовало его слишком шокировать и оставлять пути к отступлению. Старшая Бенида, своим видом лишь пробудила дремлющую мужскую сущность в Семёне, а уж её младшая сестра постаралась всем своим колдовским совершенством и спешно вернувшейся красотой довершить полный разгром неприступной крепости и провести дальнейший захват деморализованного противника до победного конца.

Нимим наверняка ещё до прихода в комнату своим видом свела с ума не одного мужчину. Но её самая обаятельная и многообещающая улыбка была приготовлена только для её спасителя - для Семёна. А тот, что только с собой не пытался сделать, чтобы взять себя в руки и поставить ситуацию под контроль. То щипал себя за руки незаметно под столом, то угрюмо замолкал, а порой и просто по-детски закрывал плотно глаза. Но вот уши он закрывать не додумался. И когда Нимим обращалась к нему с самой минимальной просьбой, то от рвения чуть стол не переворачивал.

В общем, ужин прошёл для Семёна как в тумане. Для Нимим в торжественном преддверии самого высокого и прекрасного чувства. Для Хазры в волнениях, чтобы никто не остался голоден. Для Виктора в беспрестанном смехе и веселье. А для Виктории в постоянных одёргиваниях брата, пинании его под столом ногой и глубоких философских раздумьях о будущем их семьи. Отец всегда в этом будущем категорически смотрелся как огромный и непоколебим столп, в любой момент готовый поддержать, прикрыть собой и дать основательную опору любому из своих детей. Ни о какой спутнице жизни рядом с этим столпом никто и никогда даже представить не мог. Хотя простые шутки иногда на этот счёт и проскальзывали. И вот, впервые в окружающем пространстве появилась женщина, которая оказалась настолько сильна в своей женственности, что одним мощным ударом пробила всю ледяную скорлупу, которая образовалась вокруг отца после смерти матери.

А пока дочь никак себе не могла представить, что её обожаемый и родной папулька вдруг назовём чужую женщину каким-нибудь ласковым именем. Или просто её обнимет или погладит. Что тогда останется ей, единственной и жутко разбалованной лаской дочери? Не создаст ли это событие огромной и не заполнимой пропасти в семейных отношениях?

Ни опыта, ни воображения Виктории не хватало....

Зато её брат вспомнил о деле и быстро придумал, как прервать затянувшийся ужин:

– Мне повезло коротко пообщаться с шаманом Красных гор, и он пообещал продать несколько мешочков этого их вещества. Если конечно у него что-то останется....

– Действительно - глаза Семёна стали проясняться, а его деятельная натура уже пыталась просчитать все выгоды предстоящей покупки. Но взгляд, каким он продолжал смотреть на Нимим, нисколько не перестал быть томным. Именно поэтому командир отряда огласил следующее решение:

– Нам надо прогуляться! Всем вместе! Полюбуемся салютами и заодно сделаем намеченную покупку. Дамы, вам надо переодеваться?

Но смотрел при этом только на младшую Бениду. Поэтому та и ответила с томной улыбкой:

– Зачем? Ведь на улице не холодно. Накинем только широкие плащи с капюшонами.

И уже через пять минут вся компания протискивалась по запруженной горожанами улице. Могло показаться, что полюбоваться фейерверками высыпало всё население Далтена, как говорится: и стар и млад. Но подняв взгляд выше, каждый так считающий понимал что ошибся: ещё столько же людей сидело на крышах, и свешивались из окон и балконов.

В такой давке пробираться было проблематично. Тем более что женщины всё-таки были ещё слабы после недавних тяжких испытаний и ранений. Приходилось идти очень медленно.

Народ немного расступился на более выгодные наблюдательные позиции, когда первые букеты салютов расцвели над их головами. Виктор, насмотревшийся в детстве подобных зрелищ с излишком, лишь презрительно бросил:

– Цирк приехал! А клоунов забыли....

И продолжил вести за собой компанию к нужному месту встречи. Куда и добрались к самому разгару дыма и грохота. Возле прикрытых ворот огромного сарая стоял стол, заставленный снедью и бутылками, а за ним с полным равнодушием разглядывая метущихся горожан, восседали три фигуры в аляповатых балахонах с дико смотрящимися оборочками и шифонными складками. Виктор указал на них рукой и со смехом прокомментировал:

– Одежды от земных кутюрье: "А ля - Алла Пугачёва". Когда я с ним расстался, то умирал от смеха до самой гостиницы.

Виктория тоже не сдержалась от хихиканья:

– Да, радостный у них прикид.

А командир отряда присмотрелся и даже засомневался:

– Неужели это действительно шаманы?

Опирающаяся на его руку Нимим, подтвердила:

– Они самые. А их наряды остаются неизменными тысячи лет.

– А-а..., - успокоено протянул Виктор.
– А то я уж подумал, что они одну знаменитую певицу обокрали. Ну, пошли, знакомить буду.

Знакомились быстро - торговались долго. И не то, чтобы цены были высокие, просто Загребной вошёл в кураж и под видом яростной торговли попытался выведать у шаманов как можно больше сведений о красном порохе и методах его производства. Как ни странно, но пока семейству на этом материке ещё не попались ни сами залежи серы, ни упоминания о таком минерале. Селитра и уголь были, а вот серы нет. И поэтому красный порох они вполне закономерно связали с новой разновидностью серы, которую добывали в одноименных красных горах.

Как ни странно, подвыпившие шаманы в запале спора совершенно отрицали любые составляющие для своего вещества и с пеной у рта доказывали, что эту благодать для них даёт великий демон Красное Жерло и само обозрение этого демона приводит простого смертного к моментальной смерти. Причём в эти моменты, продолжающая висеть на руке Семёна Нимим, частыми прикосновениями своей ладошки подтверждала кристальную честность обиженных в недоверии шаманов.

В конце спора-торговли пришлось признать, что ничего конкретного о местном порохе выпытать не удалось. Уже и дым рассеялся, и горожане опять толпами устроили пляски с песнопениями, когда тяжело нагруженный тремя мешками с красным порохом Виктор взмолился: