Чтение онлайн

И кажется, время застывает, а потом к нам уже идет Дмитрий, а Катя бьет себя по лбу.

— Вон…

— Я не хотела, он сам…

— Пошла отсюда, я сказал, — шипит администратор, и я убегаю прямо в костюме, решая отдать его потом Кате. На выходе меня пытается зажать какой-то мужик, но я от слез не могу ему достойно ответить. Но вскоре он уже валяется на полу, а рядом оказывается Георгий.

— Судя по тому, что я видел. Ты тут не работница месяца.

— Да пошли вы! Это из-за вас я тут оказалась! Вы меня уволили, а мне есть нечего.

— Ты, вроде, не из бедной семьи, чего ты тут устраиваешь спектакль?

— Да идите вы… — упираюсь лопатками в стену. — Вам же виднее, да? Вернись к родителям, выйди замуж, стань домохозяйкой. А может, я не хочу так! Может, я сама чего-то добиться хочу!

— Работая здесь?!

— Я хотела у вас, но вы меня уволили, забыли?!

— Я тебя не увольнял, Маша. Ты все время забываешь, что у меня с сыном идентичные инициалы, а на мои телефонные звонки отвечать упорно отказываешься. Это какой-то принцип, не брать телефон от тех, кто годится тебе в отцы? Ну, чтобы замуж выйти не заставил?

Смеюсь невольно, шмыгаю носом.

— Вы меня не увольняли?

— Но уволю, если будешь прогуливать рабочие смены, — подходит он ближе, а я сглатываю, смотря сначала на его шею в вырезе, потом на кадык и только потом на губы. — Впрочем, я бы мог закрыть глаза на некоторые твои промахи, если ты…

Поцелуешь меня?

Переспишь со мной?

Отсосешь мне?

— Начнешь отвечать на мои звонки.

Чееерт, и почему я так разочарована?

— Это было первый раз. У меня тут подруга работает.

— Поехали, не хватало, чтобы нас с тобой увидели в таком месте, — накидывает он мне свой пиджак и уводит, крепко держа за талию. Я пытаюсь разобраться в том, что чувствую, в том, что делаю, но я так рада, что он меня не увольнял, что эйфория растекается по венам пряным "Бейлизом". В машине Георгия я скидываю пиджак, хочу повесить его на крючок, но застываю, когда бедра касается тяжелая мужская ладонь.

Я поворачиваю голову, ползу обратно на свое сидение, но взгляда от Георгия не отрываю.

— Слушайте, я только рассталась с Гошей, он еще обижен, как понимаете, и нам с вами еще работать…

Но вместо того, чтобы меня услышать, Георгий дергает меня за комбез, заставляя себя оседлать.

— Помолчи, девочка, я и так слишком долго терпел!

Руки вибрируют от касаний к давно желанному телу. И злит она меня поведением своим незрелым.

Я еще не одной женщине столько не названивал и не написывал. И точно не одна женщина так нагло не совала меня в черный список. Тем не менее я тут, обнимаю ее руками, веду по тонкой талии, чувствуя латекс чертового костюма.

Когда ехал в это место думал посмотрю на эту шлюшку, но как увидел в этом костюме зайчика, с горящими от стыда щеками, понял, что пришла она сюда от безвыходности. А может меня просто цепляет, что она сама всего добиться хочет, а может я просто хочу ее уже трахнуть поскорее, чтобы избавится от этого отвлекающего наваждения.

Мягкие губы, сладкий язычок, который своим глажу. Одну руку в гладкие волосы запускаю, оттягиваю, целуя Машу с жадностью дикого зверя. Дорвался, дорвался черт возьми.

Она в моих руках, и хвостик этот.

Рука все ниже, на этом самом хвостике, еще ниже, на заднице, которая плотно обтянута комбинезоном. Хочу под него забраться, но он сидит настолько плотно, что даже палец не пролезает.

Отрываюсь от сочных губ, запрокидываю голову, вылизываю шею.

Головка члена долбится в ширинку, вызывая болезненный спазмы. Реально не понимаю, как сын так долго сдерживался, насколько Машка сладкая и поддатливая.

Шлепаю на заднице латексной. Маша вскрикивает, гладит мою шею, царапает ноготками.

Раздвигаю ее ноги чуть шире, упираюсь ширинкой ровно между. Давление давит на мозг, заставляет кровь закипать в венах, словно впрыснули мощную дозу адреналина.

Поскорее надо войти в нее — это все, на что сейчас способен мой мозг, мои инстинкты. Нахожу замочек комбеза, дергаю его раз, другой, третий.

Нетерпеливо дергаю замок, пока Маша все чаще начинает об меня тереться, прижимаясь ко мне своей шикарной грудью.

Бешенство берет на этот чертов костюм, который я все сильнее дергаю, пытаюсь порвать к чертовой матери. Но он как назло не расстегивается, не рвется… Самый настоящий комбинезон верности.

— Георгий, — стонет Маша, пока меня на части рвет, а она волной по члену моему скользит через три слоя ткани. И мне уже и этого блять много, много, потому что вся кровь из тела устремляется в пах, потому что пальцы только сильнее сжимаются вокруг тонкой талии, давят на спину, регулируя силу и скорость чертового трения.

Сильнее, сильнее, до звездочек под веками, до болезненных мурашек в пояснице.

Я крепко сжимаю упругий зад, дергая на себя стройное тело, чувствуя как от переизбытка энергии, оргазм катастрофически близко. Но я не успеваю словить кайф, потому что Маща вздруг застывает, запрокинув голову и крича

— Боже, боже, боже!

Она падает на руль, часто и шумно дыша, пока я пытаюсь сдержаться и не наорать на нее… Но будет совсем по-детски, если я скажу, какого хрена она кончила быстрее меня. Тем более на ее лице мигом гаснет улыбка, а кожа покрывается стыдливым румянцем.

— О Боже, что мы наделали. Зачем! Вы же мой босс… Нам еще работать вместе…

— Ну ты бы еще опомнилась после того, как я тебя в машине трахнул. Может и хорошо, что костюм не расстегнулся.

— А ты собиралась его расстегнуть?

Я набираюсь терпения, потому что именно по этой причине не хочу связываться с малолетками, которым нужно объяснять элементарные вещи. Впрочем, ради такой девочки это все можно пропустить мимо ушей.

— Собирался. Так что повезло, что ты лишилась девственности не прямо сейчас.

— Я и не собиралась! — спрыгивает она с меня и рядом садится, чинно стискивая колени. Потом, словно опомнившись, она дергается за свой сумкой и на выход, но дверь оказывается заблокирована. — Выпустите меня!