Чтение онлайн

— Охуенная девочка, — шепчет он, целует мой живот, а его пальцы продолжают подготавливать меня.

Когда третий палец присоединяется, я скулю от переполняющих ощущений. Больно, но и чертовски приятно.

— Теперь я хочу попробовать тебя, — его голос звучит глухо, прежде чем он прижимает рот к моей промежности.

Я вцепляюсь в простыни, когда его язык проникает в меня, плоский и горячий. Он ласкает, сосёт, доводит до дрожи, пока я не начинаю задыхаться, не чувствую, как внутри и ширится, нарастает что-то невыносимое...

— Нет, не сейчас, — он резко поднимается, лишая меня надежды на большее. — Ты кончишь со мной.

— Потерпи, — он вынимает пальцы, и я чувствую, как его член упирается в моё лоно.

Первое давление — острое, жгучее. Я впиваюсь ногтями в его плечи.

— Дыши, — он целует меня, пока медленно, сантиметр за сантиметром, заполняет собой.

Слёзы выступают на глазах, когда он полностью входит. Он замирает, давая мне привыкнуть.

— Всё? — спрашивает он хрипло.

Я киваю, обвивая его бёдра ногами.

Его первый толчок заставляет меня вскрикнуть — но уже не от боли. Второй — глубже, точнее. К третьему я начинаю двигаться ему навстречу, ловя этот странный новый ритм.

— Боже, как ты тугая… — он склоняется надо мной, его дыхание горячее на моих губах.

Его руки подхватывают мои бёдра, меняя угол, и вдруг — волна удовольствия накрывает с головой. Я задыхаюсь, цепляясь за него, пытаясь выплыть, но меня словно водоворот затягивает в глубину.

— Вот так… — он рычит, чувствуя, как моё тело сжимается вокруг него. — Кончай для меня.

И я не могу ослушаться. Спазмы начинаются глубоко внутри, разливаясь горячими волнами по всему телу. Он ловит мой крик поцелуем, продолжая двигаться, пока его собственное наслаждение не настигает его.

Он кончает мне на живот с тихим хриплым стоном, пряча лицо в изгибе моей шеи.

Мы лежим так несколько минут. В голове пустота. Двигаться совершенно не хочется.

Первым приходит в себя Борис.

— Как ты? — его голос звучит неожиданно мягко.

Я качаю головой, чувствуя странную лёгкость во всём теле.

Он целует меня в лоб и встаёт.

— Спи. Завтра будет сложный день.

Но я ловлю его руку, молча смотрю на него. Говорю только единственное слово.

— Останься.

И он остаётся. Ложится рядом, прижимая меня к себе. Сейчас мне хочется больше всего на свете, чтобы эта ночь не заканчивалась никогда.

Не успеваем расслабиться. Чувствую, как с живота стекает жидкость, его сперма.

— Мне надо помыться, — смущённо бормочу я.

Борис подхватывает меня на руки, и я вцепляюсь в его плечи от неожиданности. Он держит меня так легко, будто я пушинка. Борис несёт меня через затемнённую спальню в ванную. Я прижимаюсь к его горячей груди, чувствуя, как его сердце бьётся так же часто, как моё.

— Ты немного испачкалась, — его голос звучит хрипло, когда он ставит меня на холодный кафель и включает воду.

Я смущённо опускаю взгляд — внутренняя сторона бёдер действительно в лёгких мазках крови. Он наклоняется, проводит пальцем по моей коже, и его глаза темнеют.

— Ничего страшного, — шепчу я, но он уже набирает ванну, добавляя пену с тонким ароматом лаванды.

— Залезай, — приказывает он, но я тяну его за руку.

— Только если со мной.

Он хмурится, но через секунду уже сбрасывает с себя боксеры и шагает в воду следом за мной. Горячая вода обволакивает кожу, а его руки — моё тело. Он сажает меня между своих ног, спиной к его груди, и берёт мочалку.

— Расслабься, — шепчет он мне в ухо, пока мылит мои плечи, руки, грудь.

Но расслабиться невозможно — его прикосновения будто разжигают меня снова. Каждое движение мочалки превращается в ласку. Он задерживается на груди, обводит круги вокруг сосков, заставляя их снова наливаться, словно спелые вишни.

— Здесь, — его губы касаются шрама на моём плече от детской прививки. — И здесь, — язык обводит родинку под грудью. — Хочу изучить тебя всю.

Когда его пальцы находят шрам на колене (велосипедная авария в двенадцать лет), я не выдерживаю и смеюсь. Он поднимает на меня удивлённый взгляд.

— Никто никогда... — я запинаюсь, чувствуя, как горят щёки, —...не мыл меня так тщательно.

Его глаза темнеют.

— Никто и не должен. — Его ладонь скользит между моих ног, и я вздрагиваю, расплескав воду. — Только я.

— Хорошо, — киваю, наслаждаясь его ласками. Как он перебирается мои складочки, вводит палец, трогает меня между ног. Это настолько интимно и лично. Я забываюсь, мысли уносятся куда-то в тёмное ночное небо. Остаются только чувства и ощущения.

— Ты безупречна, — его губы касаются моего плеча, пока рука продолжает ласкать меня.

Я поворачиваюсь к нему, вода плещется через край ванны. Его глаза горят, не полыхают огнём, об который можно обжечься, и я вижу в них то же желание.

— Ты снова... — мой взгляд скользит вниз, к его члену, который уже твёрдый и готовый.

— Это твоя вина, — он берёт мою руку и прижимает к своему возбуждённому члену.

В памяти всплывает наш разговор с Алисой, как мы секретничали в её спальне, когда нам было по тринадцать лет. Обсуждали мужские члены, что они некрасивые и сморщенные. А сейчас я думаю, что у Бориса он красивый, прямой, с большой головкой, шелковистой кожей, его хочет трогать, ласкать, чувствовать стальную твердость под тонкой кожей. Странное чувство.

Я сжимаю его достоинство, медленно проводя ладонью от основания к кончику. Борис стонет, откидывая голову назад, я хочу продолжить ласку, но неожиданно выпрямляется, выключает воду и встаёт.

— Нет, малыш, я хочу кончить не так, — его голос звучит как рычание.

Он включает душ, смывая с нас пену. Пар заполняет комнату, капли воды стекают по его мускулистому телу, и я не могу отвести взгляд.

— Подойди, — он тянет меня под струи воды, прижимает к кафельной стене.

Его руки хватают мои бёдра, поднимают, и я обвиваю его талию ногами.

— Не боишься? — он целует меня, его член упирается в моё лоно.

— Нет, — задыхаюсь я.

Он входит резко, без прелюдий, заполняя меня одним толчком. Я вскрикиваю, но он тут же заглушает звук своим ртом.