Чтение онлайн

651. Ослушавшись запрещения преподобного Нифонта, инок Марк занялся рыбной ловлей; внезапно из моря выпрыгнул и бросился на него морской зверь, от которого он избавился с большим трудом

См. также: Демонские козни ; Наказание ; Старец

Однажды инок Марк стал просить у преподобного Нифонта Афонского позволения ловить рыбу в море. Услышал он от него следующее: "Научись прежде уловлять и замечать нечистые помыслы, а от моря и ловли рыбы откажись да не погрузишься в море искушений." Марк не обратил внимания на старческий совет и под предлогом мытья загрязнившегося платья спустился к морю, закинул удочку и наслаждался совершенным удовольствием. Преслушание не прошло даром. В то время как Марк был погружен в свое занятие, вдруг из моря выпрыгнул и кинулся прямо на него огромной величины зверь. Марк ужаснулся и, молитвенно призвав на помощь своего старца, едва-едва избавился от зверя. Находясь вне себя от страха и в то же время держа в руках пойманную рыбу, он прибежал к святому, но тот с отеческим участием сказал: "Преслушниче! Тот, кто преобразился в змея на прельщение праотцов и ныне принял вид морского пса, на твою погибель, и только Христос, пришедший в мир для упразднения вражеской силы, по нескончаемой Своей благости помог тебе в ожидании твоего покаяния. Что же касается пойманной тобой рыбы, как плода преслушания, то ни под каким видом не решусь коснуться ее." Тронутый старческим выговором Марк пал к его стопам и плакал слезами раскаяния. С того времени он исправился и оказывал полное послушание святому до самой своей смерти. (Афонский патерик. Ч. 1. С. 366).

652. Жена, упорно оказывавшая непослушание святому Косме и, вопреки его предупреждениям, украшавшая голову своего ребенка серебряными монетами, была наказана внезапной смертью сына

См. также: Наказание .

Одна богатая женщина в Корице имела сына и убирала ему голову множеством серебряных монет и другими излишними нарядами. Святой священномученик Косма неоднократно советовал этой женщине раздать все эти уборы бедным детям, если хочет, чтобы сын ее был жив, но женщина не послушалась. Наконец, Косма говорит ей: "Если не снимешь с ребенка нарядов, то вскоре лишишься его." Но так как она и в этот раз не повиновалась святому, то на следующий день нашла своего сына в постели мертвым и только тогда поняла, что Бог наказал ее за непослушание. (Афонский патерик. Ч. 2. С. 162).

653. Старец Амвросий благословил одного купца отправить сына в Курск, но он не послушался и отправил его в Москву; в Москве юноше раздробило ноги, и он остался на всю жизнь калекой

См. также: Наказание ; Старец

У жителя Козельска Капитона был единственный сын — взрослый юноша, ловкий, красивый. Отец решился отдать его в люди и привел к старцу, чтобы получить от него благословение на задуманное дело. Стоят оба в коридоре, а около них — несколько монахов. Выходит к ним старец. Капитон, получив с сыном благословение, объясняет, что хочет отдать сына в люди. Старец одобряет намерение и советует отправляться сыну в Курск. Капитон начинает старца оспаривать. "В Курске, — говорит, — у нас нет знакомых, а благословите, батюшка, в Москву." Старец в шутливом тоне отвечает: "Москва бьет с носка и колотит досками, пусть едет в Курск." Но Капитон все-таки не послушал старца и отправил сына в Москву, где тот вскоре поступил на хорошее место. У хозяина строилось в это время некое здание, где находился только что нанявшийся к нему юноша. Вдруг упало сверху несколько досок, которые и раздробили ему обе ноги. Тотчас же телеграммой уведомлен был об этом отец. С горькими слезами пошел он к старцу поведать о своем горе. Но горю его помочь уже нельзя было. Больного сына привезли из Москвы. Долго он хворал, и хотя раны закрылись, но он уже остался на весь век калекой, не способным ни к какой работе. (Оптинский патерик. С. 291).

654. Преждевременная смерть девицы, непослушной родителям

См. также: Блуд ; Кончина грешницы ; Наказание ; Разврат

Достопочтенный петербургский протоиерей А.П.Васильев сообщил интересные подробности об одной печальной кончине, невольным свидетелем которой он был. "Начало моего иерейского служения, — рассказывал он, — я полагал в одном селе под Петербургом на месте своего тестя. Однажды я вошел в вагон поезда для обычной поездки в Петербург. Вагон оказался переполненным пассажирами, и мне пришлось стоять. Окидывая взором сидящую публику, я обратил внимание на одну миловидную девушку. Она, заметив мой взгляд, радостно встрепенулась, как бы увидев во мне родного человека. Ласково улыбаясь, она затем подвинулась и уступила немного места, чтобы мне присесть. Усевшись, я спросил ее: "Откуда и куда вы едете?" Она отвечала, что едет из города Орёл в Петербург, чтобы поступать на высшие женские курсы. Мы разговорились. Она оказалась дочерью священника, и звали ее Ольга Яковлевна Смирнова. Я спрашиваю ее: "Что же, вы с согласия родителей приехали учиться?" — "Нет, — отвечала она, — мои родители были против поездки, но мне так хочется учиться, что я решила без их согласия уехать." Я по поводу такого своеволия неодобрительно заметил ей: "Ах, как нехорошо, что вы решились без родительского благословения пускаться в такой долгий и опасный путь." Когда поезд прибыл в Петербург и мы вышли из поезда, я увидел, что Ольга Яковлевна растерянно и беспомощно стоит, не зная, куда ей идти. При наблюдении за ней мне пришла мысль, что, пожалуй, она так легко может попасть в руки недобрых людей. Я тотчас оторвал листок из записной книжки и написал записку своим родным с просьбой приютить на время Ольгу Яковлевну, пока она найдет квартиру. Ольгу Яковлевну приняли, как родную, и она прожила у моих родственников около трех месяцев до того, как подыскала себе комнату. Приблизительно через полгода после того мне пришлось быть в Петербурге в Государственном банке по делам церкви. К своему удивлению, я увидел там за конторским столом Ольгу Яковлевну, которая оказалась служащей банка. Удивленный этой неожиданностью, я спросил ее: "Разве вы не поступили на курсы?" Она объяснила, что отсутствие средств к жизни заставило ее предварительно заработать деньги для последующих занятий на курсах. Во время моего разговора с Ольгой Яковлевной я заметил, что сосед по конторе — молодой человек с длинными усами и пронизывающим взглядом — поглядывал в нашу сторону и прислушивался к разговору. В его взгляде я видел что-то недоброе и опасное для души Ольги Яковлевны, С грустным предчувствием за будущность этой девицы и с болью в сердце я вышел из банка. Через полгода после этой встречи, когда я уже жил в Петербурге, прохожу однажды мимо Екатерининского парка и издали вижу такую неприятную для себя картину: Ольга Яковлевна идет под руку с усатым конторщиком и, приклонив свою голову к его плечу, страстно вглядывается ему в лицо. Мне тогда стало ясно, что судьба этой молодой девицы была плачевно решена и находилась в руках этого коварного молодого человека. Омраченные страстью молодые люди меня не заметили, и я прошел мимо, унося в душе от этой встречи тоскливое предчувствие какой-то катастрофы в судьбе молодой девицы. Прошло после этого приблизительно лет семь. Как-то раз летом мне необходимо было побывать в Олуховской больнице и увидеть главного врача. Он оказался в нижнем этаже, в венерическом отделении. Сестра милосердия, зная о моем знакомстве с врачом, предложила мне надеть халат и спуститься, говоря, что там я встречу врача и переговорю с ним о своем деле, не отрывая его от работы. Врач, увидев меня, покачал головой и сказал: "Ну, батюшка, я бы не рекомендовал вам бывать в этом отделении, тем более, что вы — отец семейства." Говоря с врачом по своему вопросу, я заметил в углу палаты стоящий закрытый гроб и невольно заинтересовался: "Чей это гроб, кто умер?" Тогда врач небрежно ответил: "Одна тут девица умерла." Затем, обратясь к дежурной сестре, сказал: "Посмотрите регистрационный листок." Сестра милосердия, читая его, сказала: "Это умерла девица О.Я.Смирнова." Такое сообщение потрясло меня до глубины души. Я пожелал поглядеть на ее лицо. Врач отвечал: "Я не советую вам этого делать, так как умершая произведет на вас тяжелое впечатление." Но я его упросил открыть гроб. Действительно, зрелище предо мною открылось страшное. Лицо усопшей представляло нечто ужасное: носа не было; на его месте зияло глубокое отверстие; веки и губы были съедены болезнью. Открытые глаза и зубы Ольги Яковлевны дополнили отталкивающую картину ее разложения. Все это произвело на меня удручающее впечатление. Помолившись в душе за упокой девицы Ольги, я вышел из больницы с чувством глубочайшей скорби за ее душу. И долго-долго после этого я не мог забыть ее ужасающего лица, безобразно изуродованного страстью порока. Так страшны последствия развратной жизни и блудного беснования." (Троицкие листки с луга духовного. С. 142).

См. также: Ад № 2 ; Беспечность № 20 — 21 ; Блудная брань № 56 ; Демонские козни № 226 ; Отречение от монашества № 692 ; Помыслы хульные № 827 .

655. Инокам, которые просили у Антония Великого назидания, но из предложенного одного не хотели, а другого не могли исполнить, авва предложил дать кашицы

См. также: Молитва

Пришли братия к авве Антонию и говорят ему: "Скажи нам слово, как спастись?" Старец отвечает им: "Вы слышали Писание? Сего и достаточно для вас." Они же сказали: "Мы и от тебя, отче, хотим услышать." Старец сказал им: "Евангелие говорит: "А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую" (Мф. 5, 39)." Они говорят ему: "Не можем этого сделать!" Старец отвечает: "Если вы не можете обращать и другой, то, по крайней мере, сносите (удар) в одну." — "И этого не можем," — говорят они ему. Старец отвечает им: "Если и этого не можете сделать, то не платите человеку тем, что получили." Братия сказали: "И этого не можем." Тогда старец говорит ученику своему: "Приготовь им немного кашицы, ибо они слабы. Если вы одно не можете, а другое не хотите, то что я вам сделаю? Нужно молиться!" (Древний патерик. С. 49. № 1).

656. За нерадение к иноческой жизни иеродиакон был наказан параличом

См. также: Богослужение ; Ангел ; Диакон ; Наказание ; Покаяние ; Святой

В начале 1870-х годов в обитель Преподобного Сергия поступил из "белых" диаконов некто отец Иоасаф. У него была дочь-монахиня, жившая в Хотьковском монастыре. Однажды отец Иоасаф служил в храме великомученицы Варвары, что при лаврском больничном корпусе. По исполнении ектений перед Херувимской он вошел в алтарь и только сделал несколько шагов к престолу, как с неописуемой тревогой на лице упал без чувств. Его перенесли в больницу, где он пролежал без сознания три дня. Придя в себя, он рассказал своему духовному отцу следующее: "Как только я вошел в алтарь, вижу у престола стоящего Ангела в стихаре, препоясанном по персям орарем, и с мечом в руке. Он быстро приблизился ко мне, снял с меня стихарь и орарь и, ударяя меня огненным мечом по рукам и ногам, сказал: "Скорее бы этого изъял твою душу из тела за твое нерадение к иноческой жизни, но смотри кто предстательствует за тебя перед Богом," — и указал перстом к жертвеннику. Здесь я увидел Преподобного Сергия, коленопреклоненного у жертвенника и горячо молящегося." Иеродиакон Иоасаф, парализованный, лежал без движения около года. В течение всего этого времени он со слезами приносил покаянные молитвы Богу, испрашивая у Него прощения своих грехов. О дне своей кончины отец Иоасаф, видимо, был предуведомлен. Утром одного дня он попросил свою дочь, которая дежурила у его постели, достать ему погребальные одежды и надеть на него. Находясь в полной памяти, он был напутствован Святыми Тайнами и, обращаясь к каким-то невидимым посетителям своим, сказал с чувством радости: "Пришли," — и тут же скончался. (Троицкие листки с луга духовного. С. 19).

657. Вразумление Преподобным Сергием инока, оставившего молитвенный подвиг

См. также: Вразумление ; Молитва ; Мощи ; Подвиг молитвенный

Архимандрит Кронид поведал о себе: "По смерти своего старца я стал духовно слабеть, иноческое правило иногда исполнял не полностью и, незаметно сокращая его, дошел до чтения одних вечерних молитв. Да и те чаще всего читались мной небрежно. А иногда случалось и так, что, ложась спать, я читал только молитву "Да воскреснет Бог." Совесть моя обличала меня и понуждала читать иноческое правило полностью, но сила воли ослабела во мне настолько, что я исправить себя не мог, пока не последовало вразумление свыше, от Преподобного Сергия. Однажды я вижу сон. Будто бы вхожу я в Троицкий собор. Он освещен неземным светом и весь переполнен народом. Все присутствующие в храме, вижу, преисполнены великого умиления и пламенной молитвы, стремясь устами своими прикоснуться к святым мощам Преподобного Сергия. Волною народа и меня привлекло к раке святых мощей. Но по мере приближения к ним в душе моей стали появляться страх и мысль: "А что, если угодник Божий, ведая мое нерадение молитвенное, обличит меня в этом при всем народе?" Вот я уже у самых мощей. Вижу, Преподобный Сергий лежит в раке, как живой, открытый по пояс. Лик его стал приятен, милостив и добр, я заплакал от сознания своей виновности пред Богом и пред ним. Когда я наклонился, чтобы грешными устами прикоснуться к его святым мощам, слышу его тихий, отечески ласковый голос: "Чадо! Что же ты перестал совершать подвиг молитвы? Что, если наступит время испытания Божия, время скорбей душевных и болезней телесных, откуда тогда будешь черпать утешение, силу и крепость для души своей?" Проснулся я, плача неутешно." (Троицкие листки с луга духовного. С. 20).

См. также: Любовь Божия № 374 ; Наказание № 593 .

658. Ребенок, преданный словом матери нечистой силе, едва не погиб

См. также: Благословение ; Демонские козни ; Мать ; Празднословие ; Проклятие ; Слово матери

По словам благочинного церквей Волоколамского уезда протоиерея Михаила Николаевича Рождественского, в одной деревне прихода села Середа близ г. Волоколамска жили молодые супруги, у которых родился ребенок В один из весенних дней супруги поехали в поле, где муж сеял яровое, а жена боронила. По окончании дневного труда они, усталые, возвратились домой. Поужинав, муж лег спать, а жена никак не могла успокоить малютку-сына, который плакал и нестерпимо кричал. Мать долго успокаивала его, наконец, не вытерпела и вскричала в гневе: "Хоть бы тебе нечистый глотку завалил, хоть бы тебя нечистая сила взяла!" Малютка после этого безумного пожелания моментально умолк. Мать очень обрадовалась успокоению младенца, положила его в люльку, а сама погрузилась в глубокий сон. Прошло 3–4 часа. Мать проснулась и, не слыша плача, подошла к люльке, чтобы покормить ребенка. К своему ужасу, сына она не нашла. Предполагая, что впросонках положила его на кровать, и думая, не придавила ли его, мать стала усиленно искать его на постели, шаря руками. Разбуженный муж спросил ее: "Что ты здесь ищешь, спать не даешь?" Жена с воплем отвечала: "Николай! Ребенок пропал!" На это муж ответил: "Глупая баба! Куда он мог деваться, зажги свет." Оказалось, что ребенка в люльке нет, на кровати тоже нет, и когда стали осматривать все углы в комнате, то заметили вдруг, что из-под лавки торчат ножки, а голова ребенка просунута в подполье через скважину шириной вершка в два с половиной. Стали супруги доставать ребенка, но не могли, они позвали соседей, которые вынули половицу. Только после этого они смогли вытащить ребеночка, личико которого уже почернело, но было еще с признаками жизни. С большим трудом он был приведен в сознание. Благочинный официально донес об этом случае митрополиту Московскому Филарету. Митрополит в своей резолюции на донесении просил все духовенство того благочиния о том, чтобы священники внушали своим прихожанам быть осторожными в выражениях по отношению к детям. Особенно матерям предписывалось резолюцией помнить слово Божие, в котором говорится, что матери дан суд над своими детьми. Потому всякое слово матери имеет особенную действенную силу и непременно сбывается. Если мать своего ребенка благословит, то и Божие благословение будет почивать на нем во все дни его жизни. Если же мать проклянет его, никакая сила не сможет избавить ребенка от бедствия, пока сама мать не покается в своем безумном слове и не испросит у Господа Бога благословения своему чаду. (Троицкие листки с луга духовного. С. 130).

См. также: Гордость № 191 ; Любовь к животным № 417 ; Милосердие № 433 ; Незлобие №№ 618 , 620 , 627 ; Прозорливость № 913 ; Старец № 1092 .

659. Переносящий произвольную нищету имеет скорбь по плоти, но спокоен душой

Спросили однажды блаженную Синклитикию: "Нестяжание есть ли совершенное благо?" Она отвечала: "Точно, оно совершенное благо для могущих перенести. Ибо переносящие нестяжание, хотя имеют скорбь по плоти, но спокойны душою. Как твердое белье, когда его мнут и сильнее полощут, вымывается и очищается, так и крепкая душа чрез произвольную нищету еще более укрепляется." (Древний патерик. 1914. С. 19. № 3).

660. Авва Арсений не принял завещанного ему большого наследства

См. также: Бесстрастие

Авва Даниил рассказывал об авве Арсении. Пришел некогда к нему чиновник и принес ему завещание одного сенатора, родственника Арсения, который оставил ему очень большое наследство. Арсений, взяв завещание, хотел разорвать его. Но чиновник пал к его ногам и сказал: "Прошу тебя, не рви завещания, иначе с меня голову снимут." Тогда авва Арсений сказал ему: "Он умер только теперь, а я умер еще прежде него." И отослал завещание, не приняв ничего. (Достопамятные сказания. С. 19. № 29).