Чтение онлайн

727. Подвиг двух братьев, подвизающихся в пустыне вблизи аввы Макария

См. также: Молитва праведника ; Совершенство

Авва Макарий поведал: "Постясь неделю, я молился Богу, чтобы Он открыл мне образ жизни двух братьев, поселившихся невдалеке. По прошествии недели я пошел к ним посмотреть, как они живут. Когда постучался в дверь, они отворили и приветствовали меня молча. Я помолился и сел. Тогда старший дал знак младшему выйти, а сам сел и плел корзину, не говоря ни слова. В девятом часу постучался и вошел младший, приготовил немного кашицы и, по знаку старшего, поставил стол, положил на него три сухих хлеба и стоял молча. Я сказал: "Встаньте, поедим." Встали мы и поели. Потом он принес кружку воды, и мы пили. Когда же настал вечер, они спрашивают меня: "Пойдешь ты от нас?" — "Нет, — отвечал я, — усну здесь." Они постлали для меня рогожу, а сами легли в углу на другой стороне на одной рогоже, сняв пояса и верхние одежды. Когда они легли, я стал молиться, чтобы Бог открыл мне их образ жизни. Тогда отверзлась крыша и стало так светло, как днем. Они не видали света. Думая, что я сплю, старший толкнул в бок младшего. Оба встали, подпоясались и воздели руки к Небу. Я смотрел на них, но они не смотрели на меня. Тут я увидел, что демоны, как мухи, кружились около младшего. Одни хотели сесть на его уста, другие — на глаза, и я видел, что Ангел Господень с огненным мечом ограждал его, отгонял от него демонов. А к старшему они не могли приблизиться. Под утро они опять легли. Но я сделал вид, будто просыпаюсь, и они встали тоже. Старший сказал мне: "Хочешь, мы пропоем двенадцать псалмов?" — "Хорошо," — отвечал я. Тогда младший пропел пять псалмов и после каждых шести стихов пел одно "аллилуиа." При пении каждого стиха огненный луч выходил из его уст и восходил на Небо. Подобным образом, когда и старший отверзал уста для пения, из них выходила как бы огненная вервь и достигала Неба. И я проговорил несколько стихов и, уходя от них, сказал: "Помолитесь обо мне!" Они поклонились молча. Так я узнал, что старший уже был совершен, а младшего еще искушал враг. Через несколько дней старший брат почил, а в третий день после него и младший." Когда отцы приходили к авве Макарию, он водил их в келию умерших братьев и говорил: "Пойдите посмотрите, как мучились юные странники!" (Достопамятные сказания. С. 151. № 32).

728. Святой Афанасий, проходя послушание трапезария, вел очень строгую подвижническую жизнь; приготовляя пищу для других и взирая на вещественный огонь, он вспоминал огонь геенны

См. также: Ад ; Плач

Святой Афанасий, впоследствии Патриарх Константинопольский, служа два года трапезарием, не имел ни отдельной келии, ни постели, ни даже рогожины не только летом, но и зимой, когда бывает там снег и холод. Сон его был самый краткий, потому что в молитве и бдении он проводил ночи, стихословя Псалтирь… Пища его состояла из остатков братской трапезы, потому что он говорил с евангельской женой: "псы едят крохи, которые падают со стола господ их" (Мф. 15, 27). Масла и вина в течение трех лет, пока трудился в монастыре, или иного какого-либо утешения не позволял себе. Между тем, труждаясь в приготовлении пищи и взирая на временный огонь, он вспоминал огонь геенский, неугасимый, и отсюда стяжал плач и слезы. (Афонский патерик. Ч. 1. С. 373).

729. Авва Христофор, проведя десять лет во многих подвигах, сподобился увидеть в пещере святого Феодосия свечи отцов; одни из них горели, другие — нет; Ангелы сказали ему, что, если он будет молиться, они зажгут его свечу; это побудило его усилить подвиг

См. также: Видение ; Молитва ; Ревность

Авва Христофор поведал: "После отречения от мира, чадо мое, я имел горячую иноческую ревность; днем я пел каноны, по ночам уходил в пещеру, туда, где покоятся святой Феодосии и прочие святые отцы, и там молился. Входя в пещеру, на каждой ступени я полагал по сто земных поклонов, а всех ступеней восемнадцать. Пройдя все ступени, я оставался там до тех пор, пока не ударяли в било. Тогда я возвращался к службе. Таким образом я провел десять лет в посте, великом воздержании и подвиге. Однажды по обычаю прихожу в пещеру. Исполнив все поклоны по ступеням, я хотел было сойти на пол пещеры, как вдруг пришел в восторженное состояние. Я увидел, что весь пол пещеры наполнен свечами. Одни горели, а другие — нет. Два мужа в мантиях — все в белом — приготовляли эти свечи. "Зачем вы наставили столько свечей, — спросил я, — так что и войти нельзя помолиться?" — "То свечи отцов!" — отвечали мне. "Почему же одни горят, а другие нет?" — "На то их воля: желающие зажгли свои." — "Сделайте милость, — горит ли моя свеча?" — "Молись, и мы зажжем," — было мне ответом. "Молись! — подхватил я. — Да что же я делал, даже до последнего часа?!" Но тут я пришел в себя и огляделся, но никого больше не увидел. Тогда сказал сам себе: "Христофор, если желаешь спастись, должен усилить свой подвиг." И утром я удалился из монастыря и ушел на гору Синай, не взяв ничего, кроме одежды, которую носил. Там я подвизался пятьдесят лет… Наконец, слышу голос: "Христофор, Христофор, возвратись в обитель, где ты подвизался добрым подвигом, чтобы окончить жизнь вместе с отцами твоими." И спустя немного времени после этой беседы, святая душа его с радостью почила о Господе. (Луг духовный. С. 126).

730. Авва Арсений Великий объяснил охотнику (на примере натянутого лука) необходимость по временам послабления в подвиге

См. также: Рассудительность

Ловец пришел для ловли диких зверей на гору аввы Антония. Увидев, что авва утешает братию, он соблазнился этим. Старец, желая успокоить его и показать, что нужно иногда предоставлять братии некоторое послабление, сказал ему: "Вложи стрелу в лук и натяни его." Охотник сделал это. Старец сказал: "Еще натяни." Охотник натянул лук туже. Старец опять говорит ему: "Натяни еще более." Охотник отвечал: "Если сверх меры натянуть лук, то он переломится." На это авва Антоний сказал: "Так бывает и в деле Божием. Если будешь сверх меры напрягать силы братии, то они скоро отпадут от дела Божия; необходимо по временам давать им послабление." Ловец, услышав это, выразил свое согласие и пошел от старца с большой пользой, а братия, утвердившись в правильности воззрения на свой подвиг, разошлись по келиям. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 38. № 196).

731. Некий монах, прежде бывший пастухом, увидел, что болящий авва Арсений лежит на подушке, и соблазнился; но когда узнал, какую великую роскошь оставил авва в миру, и сравнил со своей прежней и настоящей жизнью, то понял превосходство Арсения

См. также: Рассудительность ; Соблазн

Рассказывали об авве Арсении. Однажды, когда он сделался болен в скиту, пресвитер перенес его в церковную больницу, положил на постель, небольшая подушка была у него под головой. Один старец пришел посетить авву Арсения. Увидев его на постели и под головой у него — подушку, соблазнился и сказал: "Таков-то авва Арсений! Вот на чем он почивает!" Пресвитер отвел его в сторону и спросил: "Какая у тебя была работа в деревне?" Он сказал: "Я был пастухом." — "Как ты жил?" — спросил далее пресвитер. Он отвечал: "В больших трудах я жил." Пресвитер спросил его: "А ныне как живешь ты в келии?" Старец отвечал: "Ныне живу я гораздо спокойнее." Тогда пресвитер говорит: "Видишь ли ты этого авву Арсения? В миру он был отцом царей; тысячи слуг, опоясанных золотом, в ожерельях и шелках, предстояли ему, и драгоценные ковры были под его ногами! Ты, будучи пастухом, не имел в миру такого успокоения, которое теперь имеешь, а он имел в миру все удовольствия, теперь же не имеет их. И как ты теперь покоишься, так он терпит нужду." Услышав это, старец пришел в сокрушение, поклонился и сказал: "Прости меня, авва, я согрешил. Совершенная правда, что авва Арсений смиряется, а я покоюсь." И, получив пользу, старец удалился. (Достопамятные сказания. С. 23. № 36).

732. Кто не подвизается, тот не получает от Бога награды

См. также: Награда

Поведали об авве Исайи, что он однажды пришел на гумно и сказал владельцу земли: "Дай мне пшеницы!" — "А жал ли ты, авва?" — спросил его владелец. "Нет," — отвечал старец. Владелец возразил: "Как же ты хочешь получить пшеницу, когда ты ее не жал?" На это старец сказал: "Разве не получает пшеницу тот, кто не жал?" — "Не получает," — отвечал владелец. Выслушав этот ответ, старец ушел с гумна. Братия, бывшие свидетелями разговора, поклонились авве и попросили объяснить им его поступок. Старец сказал им: "Я показал, что не получит от Бога награды тот, кто не будет подвизаться." (Еп. Игнатий. Отечник. С. 134. № 2).

733. Идущему к Богу предстоит много трудов, но за ними следует неизглаголанная радость

См. также: Огонь Божественный ; Радость духовная ; Радость жизни ; Радость общения с Богом

Мать Синклитикия говорила: "Много подвигов и трудов предстоит приходящим к Богу, но за ними — неизглаголанная радость. Желающие разжечь огонь сперва задыхаются от дыма и испускают слезы, а потом уже достигают, чего ищут; так и мы должны воспламенять в себе Божественный огонь со слезами и трудами. Ибо Писание говорит: "Бог наш есть огнь поядающий" (Евр. 12, 29). (Древний патерик. 1914. С. 11. № 4).

См. также: Воздержание №№ 152 — 153 ; Милосердие № 434 ; Пресвитер № 902 ; Трудолюбие № 1158 ; Тщеславие № 1160 ; Целомудрие № 1197 .

734. Авва Иоанн Колов, находясь в храме, вздохнул; заметив же, что брат стоит сзади, он попросил у него прощения

Однажды авва Иоанн находился в церкви и вздохнул, не заметив, что брат стоял сзади него. Увидев его, Иоанн поклонился и сказал: "Прости меня, авва! Я еще не обучен монашеским правилам." (Еп. Игнатий. Отечник. С. 293. № 35).

735. Вздохнув при брате, авва Тифой сказал ему: "Прости меня, я еще ие монах"

Авва Тифой некогда сидел в своей келии, а брат стоял близ него. Авва, не видя его, вздохнул. Не заметил он брата близ себя потому, что был в восхищении. Но после авва поклонился брату и сказал: "Прости меня, брат! Еще не стал я монахом, потому что вздохнул при тебе." (Достопамятные сказания. С. 275. № 5).

736. После обеда братия отдыхали, авва же Пимен бодрствовал; когда же он увидел, что авва Даниил идет к нему, то сразу же лег, — так он скрывал свой подвиг

Авва Даниил рассказывал: "Пришли мы однажды к авве Пимену и обедали с ним. После стола он сказал нам: "Пойдите, братия, отдохните немного." Братия ушли, а я, чтобы поговорить с ним наедине, пошел в его келию. Но он, как только увидел, что я иду к нему, лег, будто бы хотел спать. Таково было правило у старца — делать все втайне." (Достопамятные сказания. С. 217. № 138).

737. Брат, не вкушавший хлеба, получил от старца наставление не обнаруживать своего подвига либо безвыходно пребывать в келии

Брат, воздерживавшийся от пищи и не евший хлеба, пришел к некоему старцу. В это же время зашли к старцу странники, для них он сделал немного кашицы. Когда сели вкушать пищу, воздерживающийся брат поставил перед собой один моченый горох и ел его. Когда встали из-за стола, старец отвел брата в сторону и наедине сказал ему: "Брат! Если ты придешь к кому-либо, не обнаруживай перед ним своих обетов. Если же не хочешь нарушать принятых тобою обычаев, то пребывай в келии, не выходи никуда." Брат признал справедливость слов старца, и с того дня, когда приходил к братии, уже следовал общему распорядку. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 497. № 104).