Чтение онлайн

738. Ииок был осужден старцами за то, что во время праздничной трапезы объявил, что он не ест вареного

Некогда во время праздника в Келлиях братия вкушали трапезу в церкви. Там был брат, не евший вареной пищи. Прислужнику передали, что один из братии говорит будто не ест вареного и просит соли. Прислужник подозвал другого брата и сказал перед всем собранием: такой-то брат не ест вареного, принеси ему соли. Тогда встал один из старцев и сказал ему: "Лучше бы ты ел в своей келии мясо, нежели услышать такое перед всем собранием." (Древний патерик. 1914. С. 23. № 1; Еп. Игнатий. Отечник. С. 497. № 103).

739. Пресвитер Евлогий с учениками посетил в пустыне авву Иосифа. Пробыв у него три дня, они не видали, чтобы пустынники совершали какие-либо подвиги; когда же они, заблудившись, пришли к авве Иосифу ночью, то застали его за бдением

Некто Евлогий, ученик Патриарха, блаженного Иоанна Милостивого, великий подвижник, саном пресвитер, постился по два дня, а иногда и по целой неделе, вкушая только хлеб и соль, и был прославлен людьми. Он пришел в Панефос к авве Иосифу, надеясь увидеть у него подвижничество еще более строгое. Старец принял его радостно и предложил на трапезе все, что было у него. Увидя это, ученики Евлогия сказали старцу: "Пресвитер ничего не вкушает, кроме хлеба и соли." Но авва Иосиф продолжал есть молча. Евлогий провел у него три дня и не слышал, чтоб он и ученики его занимались псалмопением, не видел, чтоб они молились, потому что подвиг их был тайный. Евлогий ушел с учениками, не получив пользы. По смотрению Божию, их застиг туман. Они сбились с дороги и снова пришли к келии старца. Тут они услышали, что в келии совершается псалмопение. Постояв долго, они постучались. Авва Иосиф принял их с любовью. По причине зноя ученики аввы Евлогия налили в чашу воды и подали ему пить. Вода была из реки, но с примесью морской, какую всегда употребляли жившие с аввой Иосифом. Евлогий не мог пить такую воду и спросил старца: "Что это значит?" Старец отвечал: "Брат, несколько тронутый рассудком, прибавил по ошибке к речной воде морскую." Евлогий пал в ноги старцу и сказал: "Авва! Ради Господа, открой мне тайну вашего подвижничества, потому что когда мы были здесь, вы не занимались псалмопением, а когда мы нечаянно возвратились к вам, то застали вас занимающимися псалмопением. И вода у вас прежде была хорошая, а теперь она оказалась соленой." Старец отвечал: "Сын мой! Малая чаша вина и свежая вода были поставлены ради любви. А ту воду, которую ты вкусил теперь, братия употребляют постоянно. Иноку должно всегда содержать подвиг свой в тайне, не делать напоказ ничего, вплоть до мелочей." И научил старец Евлогия рассуждению помыслов, отсекая все начинания из самолюбия и человекоугодия. Евлогий сказал старцу: "Жительство ваше — точно по Богу." Он получил большую душевную пользу, начал с того времени вкушать предлагаемую ему пищу, а подвиг свой хранить в тайне. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 114).

740. Посетив женскую обитель, авва Даниил раскрьл подвиг монахини, притворявшейся постоянно пьяной

См. также: Монахиня

Одна из сестер лежала посреди монастыря и спала. На ней было рубище. Старец Даниил спросил игумению, кто это лежит. Она отвечала: "Одна из сестер, преданная страсти пьянства. Что делать с ней, не знаю. Выгнать из монастыря? Боюсь греха. Оставить ли ее так? Но она смущает сестер." Старец сказал своему ученику: "Возьми умывальницу и возлей на нее воду." Он сделал так. Она встала, как встают упившиеся вином. При этом игумения сказала: "Владыко! Она всегда такая." Когда все разошлись спать, старец сказал ученику: "Пойди посмотри, где будет спать та, что лежала посреди монастыря." Тот посмотрел и сказал старцу: "Там, где сестры справляют нужду, близ отхожего места." Старец сказал ученику: "Побдим эту ночь." Когда все инокини уснули, старец с учеником пошли к тому месту, где лежала, якобы, пьяная. Они увидели, что она встала и воздела руки к небу, слезы ее потекли потоком, и она творила бесчисленное множество коленопреклонений. Когда же слышала, что какая-либо из сестер приходила по нужде, то повергалась на землю и притворялась спящей и храпящей. Так проводила она начало каждой ночи. И сказал старец ученику: "Позови ко мне игумению и вторую по ней, призови их тайно." Он пошел и позвал их, и они всю ночь смотрели на подвиг мнимой пьяной. Тогда игумения начала говорить с плачем: "Сколько же зла доставляла я ей!" Когда ударили в церковное било, игумения поведала всем инокиням виденное ею, и все предались великому плачу. Сестра же, уразумев, что тайна ее открыта, пришла, никем не замеченная туда, где отведен был ночлег для старца, похитила его жезл и милоть, вслед за тем ушла из монастыря, оставив на воротах надпись: "Матери и сестры! Простите меня, согрешившую перед вами, и молитесь обо мне." При наступлении дня начали ее искать и не нашли. Подойдя к воротам, увидели их отворенными и надпись на них. Блаженную нигде не могли сыскать и очень много плакали о ней. Старец сказал игумений: "Я ради нее пришел сюда. Бог любит таких пьяниц." И начали все постницы исповедовать старцу, какое оскорбление каждая нанесла ей. Старец, сотворив молитвы о сестрах, немедленно вышел из монастыря и пошел в свою келию, благодаря и славословя Бога, ведущего сокровенных Своих рабов и не попускающего им долго пребывать утаенными, открывающего их подвиги в похвалу и славу святого имени Своего. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 96. № 12).

741. Ангел воспретил авве Сисою начинать подвиг выше сил

Один отец рассказывал об авве Сисое Каламонском. Однажды он, желая победить сон, привесил себя к утесу в Петре (древний город, вырубленный в скалах. Находится в 100 км от Аравийского залива, ныне — Южная Иордания). Ангел пришел, снял его и запретил ему повторять это, чтобы не подать примера другим. (Достопамятные сказания. С. 255. № 27).

742. Мирянин, совершивший в миру многие добродетели, по принятии монашества не видел в себе прежних добродетелей и пришел в уныние; авва Феодор объяснил ему, что все его прежние добродетели были основаны на гордости, а теперь одной смиренной мысли, что он не имеет ни одного доброго дела, достаточно для его спасения

См. также: Гордость ; Монах ; Смирение

Некий брат пришел на Хермейскую гору к авве Феодору, старцу великому по жизни и добродетелям, и сказал ему: "Отец! Что мне делать? Душа моя погибает." Старец спросил на это: "Почему так, сын мой?" Брат отвечал: "Когда я проводил жизнь мирянина, много постился и упражнялся в бдениях, имел обильные слезы и умиление, ощущал в себе ревность. Ныне же, когда отрекся от мира и сделался иноком, не вижу в себе ни одной добродетели." Старец сказал ему: "Поверь мне, сын, то, в чем ты преуспевал в мирской жизни, преуспевал по причине гордыни и похвалы человеческой, они споспешествовали тебе, тонко в тебе действуя. Делание твое неприятно было Богу, и диавол пренебрегал тобой, не воздвигая против тебя браней и не препятствуя такому твоему "преуспеянию." Ныне же, видя, что ты вышел на войну против него, он вооружился против тебя. Но Богу угоднее один псалом, ныне произносимый тобой со смирением, нежели тысяча псалмов, которые ты произносил, находясь в мирской жизни. Также приятнее Ему твой нынешний незначительный пост, чем всенедельный пост, которым ты постился, находясь в мирском житии." Брат сказал на это: "Отец! Ныне я вовсе не пощусь, все добродетели взяты от меня!" Старец отвечал: "Брат, довольно тебе того, что имеешь: терпи с благодарением, и будет тебе благо." Но брат настаивал на своем: "Точно, погибла душа моя." Тогда старец сказал: "Брат! Опасаясь, чтоб не ослабить твое смиренномудрие, я не хотел говорить тебе того, что вижу себя вынужденным высказать по причине состояния уныния, в которое ты приведен диаволом. Выслушай внимательно мои слова. Твое мнение, что ты имел добродетели, пребывая в мирской жизни, принадлежит к отраслям гордости: так и фарисей погубил все свои добрые дела. Теперь же, когда ты думаешь, что решительно не имеешь ни одного доброго дела, — этой одной смиренной мысли уже достаточно для твоего спасения: так был оправдан и мытарь, не сделавший ни одного доброго дела. Грешный или ленивый человек, но сокрушенный и смиренный сердцем, угоднее Богу человека, делающего много добрых дел и зараженного по причине их самомнением." Брат, услышав это, ощутил в своей душе утешение и разрешение своего недоумения. Он поклонился старцу до земли и сказал: "Ныне при твоем посредстве спасена душа моя" (Еп. Игнатий. Отечник. С. 364).

См. также: Гордость №№ 189 — 190 ; Наказание грешника № 598 ; Прелесть №№ 889 , 895 — 896 ; Тщеславие № 1160 .

743. Некий старец видел четырех человек: эфиоплянина, рубящего дрова, человека, черпающего воду, двух всадников — все они не имели успеха в своих трудах, так как трудились неправильно

См. также: Добродетели ; Гордость ; Грех ; Смирение

Авва Даниил говорил: "Авва Арсений рассказывал нам будто о каком-то человеке (вероятно, это был он сам) следующее. К одному старцу, когда он сидел в келии, был голос: "Иди! Покажу тебе дела человеческие." Он встал и пошел. Голос привел его в одно место и показал ему эфиоплянина, который рубил дрова и, нарубив большое бремя, хотел нести его, но не мог. Вместо того, чтобы убавить из бремени, он опять рубил дрова и прикладывал к бремени, и это делал очень долго. Когда старец прошел немного далее, голос показал ему другого человека, который стоял у колодца и, черпая из него воду, лил ее в пробитый сосуд, и вода вся опять уходила в колодец. Потом сказал ему: "Пойди! Покажу тебе еще что-то." И видит старец храм и двух мужей, которые сидели на конях и держали бревно один против другого. Они хотели войти в дверь, но не могли, потому что бревно било концами по сторонам двери, и ни один из них не хотел смириться и встать позади другого, чтобы пронести бревно вдоль, потому оба оставались за дверью. "Это, — говорил голос, — те люди, которые как-будто несут иго правды, но с гордостью и не хотят смириться, чтобы исправиться и идти путем смирения Христова, потому и остаются вне Царствия Божия. Рубящий же дрова означает человека, обремененного многими грехами, который вместо того, чтобы покаяться в них, прилагает к своим грехам новые беззакония. А черпающий воду изображает такого человека, который хотя и делает добрые дела, но примешивает к ним и худые, а потому губит и свои добрые дела. Итак, всякому человеку надобно бдеть над своими делами, чтобы не напрасно трудиться." (Достопамятные сказания. С. 21. № 33).

См. также: Смирение № 1048 .

744. Пастух Евхарист сохранял девство, трудился, творил милостыню и по жизни своей был выше двух старцев

См. также: Девство ; Мирянин ; Супруги ; Труд

Двое из отцов просили Бога открыть им, в какую они пришли меру. И был им голос с Неба: "В одном египетском селении есть мирянин по имени Евхарист и жена его — Мария. Вы еще не пришли в их меру." Два старца, собравшись, пошли в селение, спросили о них, нашли жилище Евхариста, а в нем — его жену. "Где твой муж?" — спросили они. Она отвечала: "Он пастух и пасет овец." И приняла их в доме своем. Вечером возвратился Евхарист с овцами. Увидев старцев, он приготовил им трапезу, принес воды обмыть их ноги. Старцы говорят ему: "Не вкусим ничего, пока ты не расскажешь нам о своей жизни." Евхарист со смирением только и говорил им: "Я пастух, а это — моя жена." Старцы продолжали просить его, но он не хотел говорить. Тогда старцы сказали: "Бог послал нас к тебе." Услышав это, Евхарист убоялся и начал рассказывать им: "Овец этих мы получили от своих родителей. Если, по милости Божией, бывает от них какой прибыток, делим его на три части: одну для бедных, другую для странников, а третью для собственного употребления. С того времени, как я взял себе жену, мы не осквернялись, и она до сих пор дева. Каждый из нас спит особо, по ночам носим мы власяницы, а днем — свои одежды. До сих пор об этом не знал еще ни один человек." Услышав это, старцы удивились и возвратились, славя Бога. (Достопамятные сказания. С. 74).

745. Две женщины, жившие мирно в одном доме в течение 15-ти лет, превзошли в совершенстве преподобного Макария

См. также: Миролюбие ; Молчание

Однажды, когда преподобный Макарий молился, к нему был голос, который говорил: "Макарий! Ты не достиг еще такого совершенства в добродетельной жизни, как две женщины, проживающие вместе в ближайшем городе." Получив такое откровение, преподобный взял свой посох и пошел в тот город. Найдя там дом, где жили названные женщины, Макарий постучался в дверь. Тотчас одна из них вышла на стук и, увидев преподобного, с великой радостью приняла его в своем доме. Призвав к себе обеих женщин, преподобный сказал им: "Ради вас я принял на себя такой великий подвиг, придя сюда из дальней пустыни, ибо я желаю знать ваши добрые дела, о которых и прошу вас рассказать мне, ничего не скрывая." — "Поверь нам, честный отче, — отвечали женщины, — мы еще прошлую ночь разделяли ложе свое со своими мужьями, какие же добродетели ты желаешь найти в нас?" Но преподобный настаивал, чтобы они рассказали ему об образе своей жизни. Тогда женщины сказали: "Мы не были родственницами, но потом вышли замуж за двух родных братьев и вот уже пятнадцать лет мы живем все вместе в одном доме. Во все время своей совместной жизни мы не сказали друг другу ни одного злобного или дурного слова и никогда не ссорились между собой, а недавно единомысленно решили оставить своих плотских супругов и удалиться в сонм святых дев, служащих Богу. Но мы не можем упросить наших мужей, чтобы они отпустили нас, хотя с большой настойчивостью и многими слезами молили их об этом. Не получив желаемого разрешения, мы заключили завет с Богом и между собой — не произносить ни одного мирского слова до самой нашей смерти." Выслушав их рассказ, преподобный Макарий сказал: "Поистине, Бог не ищет ни вдовы, ни замужней, ни инока, ни мирянина, но свободное намерение, принимая его, как само дело, и добровольному произволению всякого человека подает благодать Святого Духа, действующего в человеке и управляющего жизнью каждого желающего спастись." (Свт. Димитрий Ростовский. Жития святых. Январь. С. 616).

746. Мирянин, посетивший авву Николая, поведал, по его просьбе, что он хранит себя в девстве и никогда не вкушает пищи до захода солнца, а работает у жадного господина, который не платит ему

См. также: Мирянин

Авва Иоанн говорил нам: "Трое нас, отшельников, пришли к авве Николаю, жившему у потока Ветасимского. Войдя к нему в пещеру, мы увидели там одного мирянина. Началась душеспасительная беседа. Авва Николай обратился к мирянину: "Скажи же и ты нам что-нибудь." — "Что ж я, мирской человек, могу сказать вам полезного? О, если бы я себе самому мог принести пользу!" — отвечал тот. "А все-таки ты можешь сказать что-нибудь," — возразил старец. Тогда мирянин рассказал нам: "Вот уже двадцать два года, как солнце никогда не видело меня за едой, кроме субботних и воскресных дней. Я живу работником в селе у одного богатого, но несправедливого и жадного человека. Прожил я у него пятнадцать лет, работая день и ночь. Он не хочет отдавать мне платы и ежегодно немало обижает меня. Но я сказал себе: "Феодор, если ты вынесешь жизнь у этого человека, он приготовит тебе Царство Небесное вместо платы, какую ты заслужил. Тело свое я сохранил доселе чистым от прикосновения к женщине…" Выслушав это, мы получили великую пользу для души." (Луг духовный. С. 185).

747. О добродетельной жизни сановника Севериана и его жены

См. также: Мирянин ; Спасение в миру

В Анкире Галатийском, в самом городе, я встретился с одним знатным сановником Северианом и его женой Воспорией и коротко познакомился с ними. Они были столь исполнены добрых надежд, что и о детях не заботились, точно видя будущее. Доходы с поместья они тратили на бедных, несмотря на то, что у них было четыре сына и две дочери, которым они не дали никакого имущества, исключая тех, кто обзавелся семьей. Остальным своим детям они говорили: "После смерти нашей все будет ваше, а пока мы живы, будем собирать плоды своих стяжаний и делиться ими с церквами, монастырями, странноприимницами и со всеми нуждающимися. Их молитвы и вам, дети, и нам доставят, вместо этой временной и многотрудной, Вечную Жизнь." И вот еще какая была в них добродетель. Когда настал сильный голод и все люди страдали, сановник Севериан с женой во многих своих поместьях отворили житницы и отдали запасы свои на пропитание бедным. Другой удивительный подвиг состоял в том, что их образ жизни был скромен: одежду носили чрезвычайно простую, самую дешевую, в издержках они были весьма бережливы, употребляя пищу простую и столько, сколько нужно было для поддержания жизни. Строго соблюдая перед Богом целомудрие, большую часть времени проводили в полях, особенно любили оставаться в безмолвии, всегда удалялись от городов (и рождающихся там пороков), чтобы через участие в веселии народном не увлечься городским шумом и не уклониться от воли Божией. За все такие дела добродетельной жизни эти блаженные умными очами уже видят вечные блага, уготованные им славой Божией. (Лавсанк. С. 257).