Чтение онлайн

– Эй, дружок, спусти-ка, пожалуйста, чемоданы из моего номера к рецепции! – окликнул он швейцара, который проходил мимо него. – Потом вызовешь такси, мне уже пора в аэропорт, – добавил он.

– Тогда, может, не стоит так налегать на коктейли? – не побоявшись быть неделикатным, учтиво сказал швейцар. Это был тот самый темноволосый парень, который подсказал мне, где находится служебный вход. Возможно, он хорошо знал этого постояльца, потому что тот вдруг назвал его по имени и начал сокрушаться из-за боязни летать на самолете. Павел (я смогла расслышать имя швейцара) сочувственно глянул на незадачливого постояльца, который еле держался на стуле и поспешил к панорамному лифту, чтобы исполнить его просьбу.

Успев рассмотреть за минуту одежду персонала отеля, включая официантов, я пришла к выводу, что самая колоритная форма была у швейцара. Ее внешний вид мало изменился с тех далеких времен конца восемнадцатого века, когда появились первые гостиницы современного типа. Голову швейцара украшала бардовая фуражка с черным козырьком, который был обрамлен медными оковками. На фуражке присутствовала эмблема отеля – роза, которая являлась одним из самых главных символов нашего города, города роз, как его называли. Бардовая полуприталенная ливрея была украшена золотыми галунами и пуговицами, стоячий черный воротник и манжеты на рукавах служили завершающим штрихом в этом элегантном наряде.

– Заходите! – наконец услышала я.

Я распахнула дверь и вошла в просторный светлый кабинет, в котором солнечные зайчики наперегонки бегали по пурпурным обоям, украшающим высокие стены. Повсюду было множество цветов, среди которых были папоротники, лилии и герань. Они стояли в больших коричневых горшках на подоконнике, на шкафах, столах и даже на полу. За белым квадратным столом сидела симпатичная шатенка с модной короткой стрижкой. На вид ей было лет тридцать-тридцать пять. Одета она была в белую классическую блузку и темно-серые брюки. Черные, немного раскосые глаза смотрели на меня спокойным, но волевым взглядом.

– Я на собеседование по поводу вакансии горничной, – пояснила я.

– Виктория? – спросила она, откидываясь на спинку просторного кожаного кресла.

– Да.

– Хорошо, присаживайтесь, – она указала рукой на бежевый стул, который стоял напротив ее стола. – Меня зовут Наталья Викторовна. Я менеджер по персоналу, – пояснила она, рассматривая меня рентгеновским взглядом своих умных черных глаз. Как и все неглупые люди, она знала, что внешний вид, манеры и жесты могут сказать о человеке гораздо больше, чем слова. – У вас есть опыт работы горничной, насколько я помню? – поинтересовалась она.

Я кивнула головой:

– Да, последние полгода я работала в отеле «Ольвия».

– Это замечательно! – оживилась она. – Но «Ольвия» – это трехзвездочный отель, у нас же стандарты обслуживания, понятное дело, на порядок выше. Наш отель входит в международную ассоциацию «Gredt Hotels of the World», то есть в список лучших отелей мира. Отель был построен в 1936 году, в нем сто двадцать девять номеров, включая двухэтажный королевский номер, который находиться в купольной части отеля. У нас работают пятьсот служащих, многие из них проходили стажировку за границей, в лучших отелях мира, – несколько хвастливо добавила она.

– И горничные тоже? – распахнув удивленно глаза, спросила я.

– Нет, горничные получают хорошую стажировку здесь, – ответила она, притрагиваясь своей худенькой рукой к маленькой жемчужной сережке. – Это касается старших менеджеров, крупье, администраторов и официантов. Шеф-повар у нас, кстати, итальянец. У нас три ресторана – с итальянской, французской и восточной кухней.

Я вдруг приуныла. Мне стало казаться, что я зашла не по адресу. Похоже, что даже горничные в этом отеле должны быть образованными и неординарными.

– Какое у вас образование?

– Я учусь на последнем курсе экономического университета, – без особого энтузиазма ответила я.

– Не можете устроиться по специальности, потому что не берут без прописки и опыта работы? – догадалась она. Очевидно, когда-то она была в схожей ситуации.

– Так и есть, – неохотно призналась я.

– Да, без связей в этом мире пробиться чрезвычайно сложно, – умудренная, очевидно, личным опытом, сказала она, участливо глядя на меня. – Но упорство, целеустремленность и сила воли делают свое дело, иначе меня бы здесь не было, – подмигнув мне, добавила она. – Надеюсь, со временем и у вас все получится.

– Мне тоже хочется в это верить, – осторожно произнесла я.

Наталья Викторовна вдруг встала из-за стола и принялась расхаживать по кабинету, заложив руки за спину. Неподалеку находилось еще два стола, но они пустовали.

– Я вижу, вы здравомыслящий человек, у вас есть опыт работы, без пяти минут образование, хорошие манеры, а как насчет иностранных языков? – поинтересовалась она.

– Я хорошо владею французским и довольно сносно английским языком.

– Что же, думаю, этого будет более чем достаточно, – благосклонно сказала она, присаживаясь за свой стол. – В остальном же мы вас подучим, если что…

– Так вы берете меня на работу? – с радостью спросила я.

Наталья Викторовна, склонившись к компьютеру, задумчиво почесала высокий белый лоб и уклончиво ответила:

– Вам придется подождать еще немного. Дело в том, что после вас у меня назначено еще одно собеседование, и я не могу его проигнорировать.

И тут, словно в подтверждение ее слов в дверь настойчиво постучали.

– Войдите! – крикнула она.

В кабинет протиснулась высокая светловолосая девушка в коротком персиковом платье. На смуглом лице яркими сапфирами синели большие глаза, обрамленные каймой длинных черных ресниц. Следом за ней вошла моложавая светловолосая женщина в кружевном темно-зеленом платье, лет сорока-сорока пяти. В руках она держала бежевый клатч. Неужели и она претендовала на должность горничной? Тогда у меня не одна, а две конкурентки и это усложняло дело. Обе они учтиво поздоровались и подошли к столу. Я хотела встать со стула и уступить им место, а затем выйти из кабинета, но Наталья Викторовна вдруг опустила бегло мне руку на плечо, делая знак, чтобы я сидела смирно.

– Вы, – Светлана? – спросила она не без удивления у светловолосой девушки.

– Да, – подтвердила она, бесцеремонно разглядывая меня. Очевидно, что мой скромный наряд, состоящий из серых джинсов и клетчатой рубашки, ее совсем не впечатлил. Она была из разряда тех людей, которым был важен лишь внешний лоск. Такие люди не заглядывали пытливо в душу, пытаясь определить характер и привычки человека, для них значима лишь респектабельная внешняя оболочка. Содержание и душа для них, – пустой звук, не стоящая внимания деталь, которую они безжалостно отмели на обочину своей жизни, словно никчемный мусор. Интересно, догадалась ли она о том, что я являюсь ее соперницей? У нее была красивая броская внешность, которая нагло, без оглядки кидалась в глаза любому. Жеманный и поверхностный взгляд выдавал в ней избалованную и легкомысленную натуру. Откинув изящным жестом за плечи свои длинные светло-русые волосы, которые блестели, словно спелая пшеница на солнце, она принялась рассказывать менеджеру о том, что ей девятнадцать лет и что она учиться заочно на третьем курсе художественного университета по специальности «дизайнер одежды».

– Она самая лучшая студентка на курсе! – похвалила девушку женщина в зеленом платье, которая стояла у стены и смотрела, не отрываясь на Наталью Викторовну.

– Вы, – ее мать? – сообразила менеджер.

– Да! – с гордостью подтвердила она.

– Но нам не нужны дизайнеры одежды, – иронично сказала Наталья Викторовна.

– Нет-нет, – замотала головой девушка. – Я претендую на должность горничной, – пояснила она.

– Думаете, потянете такую работу? – прищурив хитро глаза, спросила Наталья Викторовна, разглядывая ее длинные перламутровые ногти.