Чтение онлайн

– Разве бывает много свободы?
– усомнился я, все же проходя и присаживаясь рядом на циновке, - вот что касается меня, то если я знаю, что где-то есть граница, которую мне нельзя переходить, то я постоянно об этом как минимум помню!

– Ну, это ты...
– Виреск шутливо ткнул в меня пальцем, - тебя вечно заносит. Кстати, познакомься - это Нирсель. А это, Нирс, Риарин...

– Как же, как же - прослышан!
– мой новый знакомый и не пытался скрыть своего любопытного взгляда. Только теперь я обратил внимание, что на смиати он говорит все же с довольно заметным акцентом.

– Нирс здесь тоже особенный, - Виреск решил немного уровнять нас в информированности друг о друге, - его привезли в том году те черные, что прилетали из Латтарии. Не знаю, слышал ли ты об этом Рин?

– Да, вспоминаю какие-то разговоры об этом... Так вижу, он вполне освоился.

– Что он!
– Вир заговорщически кивнул Нирселю, - посмотри как, ты сам, наэрл Риарин полноценно внедрился в местное общество.

– Будто ты не внедрился...
– буркнул я.

– Внедрился, - Виреск улыбнулся, - но, понимаешь ли, разница есть...

– Да, разницы всегда есть наличие..., при любых переменах - вмешался в наш диалог только что представленный мне Нирс, - Не знаю насколько это можно равнить, но вот когда я жил в Латтарии моим хозяином был Анистан. Ну, то, что там прирученные аллиолы при хозяине, а не при племени, думаю, знаете?
– мы с Виром согласно кивнули, - он хорошо ко мне относился. Но практически неразлучно держал при себе. Однажды прилетели черными Агори и с ними аллиол. Уж не знаю, зачем агорийцы решили создать нам условия для бесед, выступив переводчиками. Но гость через два перевода пересказал мне здешние порядки, обычаи и я с тех пор думал только о том, чтобы селиться здесь. Пусть никто здесь не понимал моего родного языка, но я почему-то сразу удумал, что научусь какому-нибудь местному.

– Рад за тебя, что сложилось, - заметил Виреск, - вот только почему ты решил изучать смиати?

– Сам не знаю, - пожал плечами Нирсель, - мне, еще когда Латтаринцы были у вас до улета называли группу повторяющихся слов сразу на пяти говорах. И почему-то больше глянулся язык Смиалоэтов.

– А мы и не знали, что наших прибыло!
– улыбнулся Вир.

– Да, ладно, я не о том, - вспомнив, что не закончил мысль, продолжил Нирсель, - я еще не ошибся и в другом. Действительно есть огромный разниц, когда ты словно придаток, пусть и благодушно настроенного к тебе человека-вампира, везде находишь только при нем, и когда на какой-то территории ты полностью предоставлен сам себе!

– А ты жалел о свободе, которую потерял, оказавшись среди вампиров?
– поинтересовался я, поймав на себе задумчивый взгляд Виреска.

– О какой свободе ты сказал?
– удивился привезенный в дар в конце прошлого лета аллиол, - до того, как меня, выброшенного перед зимовкой из пещер, взял в свою нору Анистан, я принадлежал обслуге третьего верховного правителя. Того, что узнавал волю Богов через центрального пресветлого жреца.

– Ой, не путай, - заметил я, не особо желая вникать в хитросплетения верховных властей, - ТЫ лучше скажи, за что тебя наружу-то выставили?

– Воля Богов, - пожал плечами Нирс

– А Боги Гибаров не благоволят тем, кто сомневается в честности вождей, так?
– произнес, видимо хорошо знавший его историю Виреск.

– Я сам мог быть бы вождем, - сверкнул глазами на него Нирсель, - я принадлежу древнему роду повелителей Аролов. Было время - мои предки правили народом Гибаров честно и справедливо. Они не брали себе лучший кусок, когда в племени не хватало еды, они не занимали целой пещеры на каждого зимой, когда все остальные едва могли найти место лечь... Да и... Я бы вывел на чистую воду вождя, ко мне уже начинали прислушиваться!

– Прислушались, да не те, - усмехнулся Виреск, - посему вождем ты не стал. Зато тебе было предоставлено почетное право освободить одно лежачее место в зимних пещерах...

– Ты что пытался организовать в племени бунт против вождей?
– у меня глаза полезли на лоб об одной мысли о том, что можно решиться на такое.

– Да, а что? Сидеть и ждать пока эти жадные твари подомнут под себя всю общину, и уже никто даже не усомнится в том, что так и должно быть? Уже превратилось в театр Великое Вече, свернуты права на ежегодный глас...

– Ой, и не говори..., - перебил его Виреск, - веришь, мы с Риарином, в нашем родимом племени о таких вещах даже и слыхом не слыхивали и как-то жили... А вожди на то и вожди, чтобы сверху стоять и нижних мять, дабы никто лишний головы без соизволение не приподнял. Впрочем, у нас, то есть у Смиалоэтов жреческая власть. То бишь созданная и освященная волей Богов. И, наверно, против Богов-то переть вообще немыслимо. Это тебе никакой-нибудь Великий вождь! Свято... кхм...

– У вампиров тоже власть жрецов, - отметил Нирсель, - но такого беспредела я что-то не вижу... Может дело в Богах?

– Не наше это дело - о Богах судить, - постановил Вир, - давайте, как лучше вам завара налью - как раз вскипел да угощу, чем могу. Рин, ты на меня так не смотри. Я о сластях.

– Да, я и не о том смотрю, - отвернулся я, - знаешь ли, я уже накормлен вчера по горло.

– Ну и как? Вкусно?

– Тебе не понять, - огрызнулся я, невольно продемонстрировав почему-то выдвинувшиеся клыки.

– Страшно, аж жуть, - беззлобно оскалился Вир, - здорово у тебя получается. Словно урожденный вампир.

Я замер от его слов. Почти то же самое произнесла сегодня бросившая меня Ирлиин, когда я оставил ее в одной из келий жреческой башни, сбросив на пол тюк с набором вещей: "Риарин, извини, что так вышло, что-то сломалось во мне, ты для меня растворился в толпе прочих. Но, возможно, причина вовсе не в том, что ты ныне почти точно такой же, как любой урожденный человеком. Дело скорей во мне".

– Вир аккуратней, сейчас бросится!
– то ли в шутку то ли всерьез поостерег Вира Нирсель, - знаю я их, чуть что - и переклинило.

– Вот и зови его после этого в гости, - Виреск и бровью не повел, - Хотя вон Рин с вампирами бок о бок, будучи аллиолом жил и ничего. Хотя характер у него, признаться...

– И зубы тоже ничего отросли...

– Хватит вам, - спохватился я, взяв себя в руки, - чего добиваетесь?

– На, пей, - Вир протягивал мне дымящуюся чашу, - полегчает. Сэт здорово тебя разозлил?

– Да, нет...

– Странно, обычно он старается... То молчанием изводит, то выдаст такое, что уж лучше бы помолчал. Хотя человек-то не плохой. Такой портрет моей Малики нарисовал - словно сама глядит...