Чтение онлайн

Королева обвела подданных негодующим взглядом. Больше всего она не терпела предательства, и мысль, что из-за одного изменника враг вот-вот загонит её в тупик, приводила её в ярость.

– Калиган, ты же мастер в таких делах, скажи: кто предатель? – проговорила она, с трудом восстановив напряжённую тишину.

Учитель-следопыт сам обводил всех подозрительным взглядом прищуренных глаз.

– Предатель, предатель… не знаю. Чувство такое, что среди нас не один, а два или три предателя… Святые Небеса, мне кажется, что предателем может оказаться кто угодно: хоть моя Флоя, хоть… вы, моя королева.

– Что?! Немыслимо! – воскликнул Тибиус

– Что ты плетёшь, Калиган? – поразился Теламон.

Короткий женский вскрик подобно ливню погасил огонь страстей. Зрящая Мойрана стояла, широко раскрыв глаза, глядя куда-то вверх.

– Искажающий, – вымолвили её уста, и перст указал в потолок.

И тотчас туда полетел кинжал Калигана.

Призрачная, почти невидимая шестилапая тварь бросилась бежать по потолку, по стенам, ловко перебирая конечностями. Вслед ей полетели ножи и кинжалы.

– Не дайте ему уйти! – закричал Тибиус.

Попасть кинжалом в едва видимую тварь, бегущую на высоте в четыре человеческих роста не так просто. Но тут просвистела стрела Лейны, угодив монстру в какое-то уязвимое место, и чудище рухнуло, издав шипяще-визгливый звук. Взметнувшееся в сторону Лейны щупальце отлетело, отрубленное молниеносным взмахом меча Калигана. А через миг Пелей, Тибиус и Теламон вонзили свои мечи в вытянутое тело. Тварь, становясь всё более и более видимой, ещё какое-то время била по полу шестью лапами, вертела двумя щупальцами у несуразной морды, и только когда к мечам сановников добавились клинки двух телохранителей, затихла.

– Ну и пакость, – поморщился Тибиус, брезгливо отряхивая свой меч от зеленоватой слизи.

Королева беспристрастно глядела на убитое чудище.

– Можно представить, что натворят эти монстры во дворце, соберись их тут с десяток.

– Это всего лишь чары внушения, – небрежно проговорил Калиган, озираясь. – Подозрения превращаются в убеждённость, недоверие – во вражду, а неприязнь – в открытую ненависть.

– Потому мы и обвиняли друга в предательстве, – признался Пелей.

– Но решётки-то не тварь эта опустила! – вскричал Теламон. – Мы по-прежнему не знаем, что происходит наверху у Дарвуса.

– Есть только один способ туда пробраться.

Калиган подошёл к узкому окошку у перекрытой лестницы и осторожно в него выглянул.

– Палаты Дарвуса прямо над нами. Флоя, пролезешь?

Девушка с готовностью кивнула.

– Наверх? По гладким стенам? – удивился Пелей.

Но Флоя уже проворно протискивалась в окошко.

– Владычица! Исторги! – сурово произнёс коренастый телохранитель в чёрных доспехах по имени Ларес – второй по старшинству после Филгора.

Тяжёлая поступь уже отчётливо слышалась в дворцовом коридоре.

– Бежим! – крикнул Калиган. – Бегом к тронному залу!

– Почему не в северное крыло? Там есть другая лестница, – забеспокоился Тибиус.

– Думаю, она тоже перекрыта. А в тронном зале – тайный ход, о котором мало кто знает! Ну, живей!

Отряд королевы побежал через широкую галерею с окнами по обе стороны во внутренние дворы. Эта галерея соединяла северную и южную части Аргоса. Дальше шли комнаты вельмож и советников – из открытых дверей то и дело выглядывали изумлённые, охваченные ужасом лица. Одни, как главный казначей, тряслись, другие, как старший посол, размахивали мечом, напялив нагрудник поверх ночной рубашки. «Что происходит?», «Это вторжение?», «Владычица, владычица!» – сыпались тревожные возгласы.

– Во дворце лазутчики! Запритесь в своих комнатах! – кричала на бегу королева. – Не выходите, что бы ни происходило! Доверьте это дело страже!

Она знала, что многие из её придворных, не зажиревшие на начальствующей должности, готовы вспомнить молодость и с воинственным кличем броситься в бой. Но что толку, если в коридорных боях полягут опытные послы, советники, книгочеи, стратеги и изобретатели, учёные и священники – все те, кому предстоит восстанавливать город, если он устоит в войне.

В тронном зале шёл бой. Это было слышно по лязгу клинков и рокочущему рёву. Отряд королевы вбежал в зал, обнажая оружие.

– Силы Небесные! – выдохнул Тибиус.

Около дюжины королевских стражников бились с напирающими кроваво-жёлтыми жилистыми хаймарами. На полу валялись несколько трупов людей и даймонов. Стражники отбивались длинными глефами и алебардами, а твари всё прибывали.

Завидев королеву, хаймары испустили злобный рык и, оставив в покое стражников, помчались на своих мускулистых лапах к лакомой добыче.

– Спасайтесь! – закричал Гермий.

Он уже успел подбежать к трону и повернуть скрытый рычаг. Громоздкое кресло, утробно заворчав, поползло в сторону, открывая узкий лаз в темноту.

– Тибиус, ты первый! Разберись, что происходит в казармах! – успела прокричать королева, после чего её лёгкий одноручный меч с украшенной рубинами рукоятью рассёк шею прыгнувшего на неё хаймара. Стрела Лейны вонзилась в череп другого нелюдя, ринулся вперёд Калиган, упираясь на палочку одной рукой, а другой нанося удары мечом направо и налево. С криком ринулся в бой Теламон и два королевских телохранителя.

– Велир, Пелей, следуйте за Тибиусом! – крикнула королева, отскакивая от нового хаймара, которого принял на себя Ларес. – И Мойрану уведите, слышите!..

– Я не оставлю вас, владычица!

– Пелей, уведи её немедля!!!

Градоначальник послушно схватил за руку Зрящую и поволок к тайному ходу, в котором уже исчезала грузная фигура архиепископа Велира.

– Пелей, берегись!!! – истошно закричал Гермий и со всей силы оттолкнул градоначальника со Зрящей от трона. А через мгновение крик начальника дворцовой стражи утонул в шипении чудовищного магического удара.

От трона дыхнуло преисподним жаром. Прилетевший из дальнего коридора огненный смерч разметал всех: и людей, и хаймаров. Пелея и Мойрану, которых Гермий успел оттолкнуть от трона, подхватило и швырнуло к стене, как сухие былинки порывом штормового ветра…

…Когда королева, поднявшись на ноги, вновь взглянула туда, где прошёлся страшный вихрь, пламя уже стихало, поедая обломки развороченного трона, ковры, сорванные эмблемы и… останки начальника дворцовой стражи, толстяка Гермия. Из оседающего пламени выглядывала только его рука в рукаве с вышитой каёмкой.