Чтение онлайн

— Очуметь! Это ж просто зверь-машина! Сколько ж она выжимает? — восторженный крик нёс столько положительных эмоций, что Элла не преминула воспользоваться случаем.

— Вычислительная мощность около одного иоттафлопса. С её помощью Генрих Карлович рассчитывал мою конфигурацию и проводил тесты. Вы тоже можете запустить инфоузел и провести тест уровня моего интеллекта.

Эта невинная просьба враз сменила настроение Анатоля. Он повернул к Элле перекошенное злобой лицо и прошипел в обычной своей манере:

— Я не собираюсь расходовать ресурсы такой машины на просьбы тупой жестянки! Это мог делать только придурок-дядюшка. Слышишь меня? Я не желаю уподобляться этому старому обожателю резиноголовых!

Последние слова были хорошо знакомы Элле. Но она никогда не думала, что услышит их собственными ушами. В прессе писали, что именно так называют биониклов ненавидящие прогресс отщепенцы. Их неприятие биороботов поначалу носило столь незначительный характер, что воспринимать их движение всерьёз никто не собирался. Но когда биониклы получили статус разумных существ и равные с людьми права, то общество неожиданно оказалось наводнено недовольными. Глобальную сеть заполонили призывы к прекращению производства и даже уничтожению уже получивших все права бионических созданий.

И вот теперь Элла столкнулась с этим явлением лицом к лицу. В электронном мозгу выстроилась столь причудливая логическая цепь, что процессор попросту утратил некоторые функции контроля. Это вызвало совершенно нетипичную для послушного робота реакцию. Стальная девушка заорала что было мочи:

— Да как вы смеете так говорить о биониклах?! И кто вам дал право так отзываться о самом лучшем человеке, что я знаю?!

Никак не ожидавший такого ответа Анатоль подпрыгнул и уставился на Эллу округлившимися от ужаса глазами. Та же, быстро овладев собой, поклонилась и тихо пролепетала:

— Пожалуйста, прошу меня простить! Я не имею права говорить, не будучи спрошенной и критиковать ваши взгляды.

Переполненная страхом, она тихо ждала решения своей участи. Расчёт вероятных исходов безжалостно высвечивал колоссальный процент того, что девушку сегодня же разберут на запчасти. Но случилось неожиданное. Новый хозяин непривычно тихим голосом задумчиво пробормотал:

— Так… Видимо, тебе всё же придётся устроить тесты.

Вой сирены, знаменующий финал матча, резанул по ушам в этот раз сильнее обычного. Победа в напряжённом виртуальном бою далась большой кровью. И теперь у Яна остались силы только, чтобы сбросить мокрые от пота наушники и со стоном откинуться в кресле. Тонкие покрытые синими полосками вен руки бессильно свесились с подлокотников. Перед глазами ещё мелькали вспышки разрывов и яркие трассы пулемётных очередей, а вымотанное сознание уже сползало в обволакивающее беспамятство.

Глава одного из самых крупных кланов отдал все силы в борьбе за выход в национальный финал. Он отлично понимал, что победа его соратников привлечет новые тысячи просмотров в Интернете и увеличит популярность их команды, а это принесёт и материальную выгоду. В мире двадцать первого века, как и во все прочие периоды существования общества, деньги значили очень многое.

Тем временем восторженные соклановцы не желали давать командиру роздых. И в игровом чате строчки летели одна за одной. Молодой человек некоторое время игнорировал писклявые оповещения, но в конце концов сдался. Правда, сил хватило лишь на то, чтобы поставить пару десятков улыбающихся скобок. После чего Ян закрыл игру и попытался встать. Но захватившая тело усталость тут же передала эстафету синейшему ознобу. “Это ещё что такое? Неужто простыл?” Он глянул на окно — форточка была наглухо закрыта. “Да нет. Видать, переутомился. Надо бы освежиться”. Молодой человек решительно встал, собираясь направиться в ванную. В этот раз подвели ноги. Слабость в коленях заставила рухнуть назад в кресло. Ян слегка встревожился. Он удивлённо прислушивался к внутренним ощущениям и с каждой секундой всё сильнее сознавал запредельный уровень изнеможения.

“Да сколько ж я играл?!” Он с подозрением глянул на часы. “Ну, всё правильно! Прошло чуть больше часа. Мы ведь провели пятнадцать раундов по пять минут. Бились-то по стандартному регламенту”. Но это не только не успокоило молодого человека, а ещё сильнее напугало. Понимание, что он впервые испытывает такие ощущения, наводило на весьма плачевные выводы. Ян так просто не поддавался панике. Решив, что переутомление разной степени случается с каждым, он медленно перебрался в кровать, дрожащей рукой натянул на себя атласное одеяло и моментально провалился в сон.

Пробуждение не принесло ожидаемого облегчения, и Ян, погрузившись в мрачные думы, продолжал лежать. Дыхание было затруднено, но молодой человек был готов дать голову на отсечение, что это не было простудой или гриппом. Несмотря на вялые намёки на тошноту, Ян также был абсолютно уверен, что это не отравление. Режим домашнего питания, пропагандируемый педантично-аккуратной матерью исключал это на все сто процентов.

Молодой человек был не в силах даже руку высунуть из-под одеяла. Тело тряс колоссальный озноб, и Яну оставалось только сжаться в комок и судорожно дышать в озябшие ладони. В таком положении его и обнаружила заглянувшая в комнату мать.

— Сына, что с тобой?

— Знобит что-то. Продуло, видать.

Встревоженная родительница тут же пощупала лоб отпрыска.

— Температуры вроде нет, — она пригладила встрёпанные светло-русые космы сына и чмокнула в лоб, — Сейчас чаю принесу, антигриппин выпьешь. И сколько раз я тебе говорила не сидеть с открытой форточкой?!

— Я и не сидел!

— Оно и видно! Таблетки примешь, потом малины дам. И поспи наконец! А то торчишь за компьютером ночи напролёт. Будешь завтра как огурчик!

Проглотив таблетки и выхлебав здоровенную кружку чая с малиной, Ян честно попытался уснуть. Но сон был слишком слабым лекарством для столь сильно повреждённого организма. Ян то обливался потом и метался по кровати в забытьи, то содрогался от сковывающего тело холода и ужасающей ясности реальности. К трём часам ночи перепуганная мать уже хотела звонить в скорую, но сыну неожиданно полегчало. Дыхание стало ровным, жар спал. Ян принял из рук мамы новую порцию чая, хлебнул и тут же забылся мертвецким сном.

Отец осторожно заглянул в комнату сына, едва слышно осведомился:

— Как Янек?

Супруга вздохнула, с горечью прошептав:

— Опять простыл. Торчал на сквозняке. Ну, сколько можно так болеть? Ведь взрослый уже, — она тяжело вздохнула и подоткнула поплотнее одеяло: — Жар спал. Завтра полегчает.

***

Новый день облегчения не принёс. Пришлось обращаться к специалисту. Врач в городской поликлинике, не мудрствуя лукаво, предположил ОРЗ и на всякий случай направил на флюорографию. Следующий доктор был штатным специалистом коммерческого центра. Он внимательно осмотрел больного, назначил кучу анализов, из которых тем не менее выяснить что-либо не смог. Так начались затяжные мытарства по кругам медицинского ада.