Чтение онлайн

Мой нос задел его. Он тяжело вздохнул, и я вдохнула корично-мятный аромат его

дыхания. А следующее, что поняла, как провожу носом по его щеке и вниз по горлу,

греясь в его мужском аромате. Леви сжал мою талию. Я потерлась об него бедрами, и он

охнул и застонал, но не радостно, не в сексуальной манере. Звучало как болезненное

мычание. Я подняла голову и посмотрела сквозь свои волосы. Болезненное выражение на

лице доказывало это.

— Леви? Я... — я чуть сдвинулась, и он произнёс ещё один напряжённый звук. —

Что не так?

— Ты на моем...черррттт...твоё колено на моей промежности.

— Ой! Блин! — слезая с него, я не поняла, что опиралась на то же колено, которое

лежало на его фамильных драгоценностях. Леви приглушил вскрик, закрывая рот рукой. С

безопасного расстояния я попыталась спрятать смешок. — Мне очень жаль.

Повернувшись на бок, Леви свернулся в позу эмбриона, продолжая стонать и

ворчать, и пробормотал пару красочных слов.

— Леви? — я протянула руку, но он поднял свою вверх, останавливая меня от

прикосновений к нему.

— Просто дай мне... дай мне секунду. — Последовало ещё больше ворчания

вперемешку с тяжёлыми вздохами.

Я села, и нервничала, пока его стоны не утихли.

— Тебе нужен лёд?

Облокотившись на локоть, Леви повернулся ко мне.

— Все будет в порядке. Ты, возможно, лишила меня возможности в будущем иметь

детей, но сейчас я в порядке.

Сжав губы, я снова предложила руку.

— Позволь помочь тебе подняться.

— Нет! — тут же выпалил он. — Думаю безопасней мне встать самостоятельно. —

Не торопясь, он сначала сел, опуская голову и бормоча: — Так мне и надо...

Мое сердце начало колотиться в груди. Я не была до конца уверена, но думаю,

остальная часть была «за то, что хотел поцеловать тебя». Но я могла ошибаться. Я не

знала должна ли я быть разочарована тем, что я ошибалась или что он не поцеловал меня.

~о0о~

Пытаясь как-то загладить свою вину, я решила позволить ему продолжать с его

сюрпризом. Это было меньшее, что я могла сделать, он прихрамывал примерно полчаса,

пока мы восхищались Собором Парижской Богоматери. Мы остановились у пекарни,

чтобы купить вкуснейшие круассаны.

Хватка Леви на корзинке была настолько сильной, что я начинала все больше и

больше нервничать, думая, что же там могло быть такое. Хотя когда он взял багет в

пекарне, я засомневалась, что там вообще что-то было. Он упомянул, что планировал

арендовать для нас велосипеды, но так как теперь не был уверен, что способен сидеть на

нем, он решил, что мы пойдём пешком.

Мы прогулялись по булыжникам квартала Маре, и он был достаточно терпелив,

чтобы позволить мне сделать фотографии. Мой фотоаппарат щёлкал всякий раз, когда

Леви указывал на интересные архитектурные места и рассказывал историю этой части

города.

Пока я делала очередной кадр увитой плющом квартиры, Леви вышел из себя и

выхватил у меня фотоаппарат.

Я запротестовала:

— Эй!

— Ты все неправильно делаешь. — Он опустил корзину для пикника к своим ногам

и повертел в руках фотоаппарат. — Что? Это все... — Не закончив предложение, он в

расстройстве покачал головой.

— Они красивые. Эй, не удаляй их.

— Я и не удаляю. Оставайся на месте. Я сделаю это для тебя.

Я скрестила руки на груди и топнула ногой.

— Леви, верни мне мой фотоаппарат.

Он не стал спорить, но и фотоаппарат не отдал. Леви наклонил голову и без

предупреждения сфотографировал меня.

— Не делай этого!

— Почему нет? Ты же говорила, что хочешь фотографии прекрасных вещей?

Мое сердце подпрыгнуло к горлу. Я прикусила губу и опустила голову, смущённая

его заявлением. Последовал ещё один щелчок. И ещё один. Когда я подняла взгляд, он

сделал ещё кадр.

— Ладно, перестань. Думаю, ты уже достаточно повеселился. — Я попросила

фотоаппарат назад и, поколебавшись пару секунд, он протянул его мне. — Спасибо.

Мы продолжали идти, проходя через массивные ворота, открывающие скрытые от

глаз сады и внутренние дворики. Каждый раз, проходя мимо магазина, мы заходили

внутрь, и, после того, как я попробовала различные сыры и фрукты, он складывал все

покупки в корзину.

— Так в этой корзине ничего не было? — спросила я, когда мы прибыли на

площадь Вогезов.

— Теперь есть, — гордо ответил он.

Он выбрал место в саду и вытащил из корзины плед. Затем Леви выложил багет,

сыр и фрукты. Он так же принёс бутылку воды с газом, вино и бокалы. В качестве

последнего штриха, он поместил пару розовых розочек в винтажные аптекарские

бутылочки. И не позволил помочь ему. Все что я могла, это восхищаться результатами его

работы. Он был таким же дотошным, какой была бы и я во всем этом процессе.

Затем, хлопнув в ладоши, он протянул мне руку и предложил присоединиться к

нему на пикнике. Настоящем пикнике в одном из прекраснейших садов Парижа. Это было

абсолютное клише, что доказывало наличие в этом месте кучи парочек, семей и друзей.

Но вау, как же это было романтично.

— Так как я вчера рассказала тебе все о своей семье, думаю теперь пришла твоя

очередь, — сказала я, откусывая кусочек рокфора на багете с айвовым джемом.

Волосы Леви упали на лоб. Он провёл рукой по волосам, прежде чем зачесать их

назад, и пригвоздил меня взглядом.

— Нечего особо рассказывать.

— Ой, да ладно. Это не честно. Расскажи хоть немного.

Налив вино в бокалы, он протянул мне один. Он сделал глоток и откусил камамбер

с кусочком груши. Очевидно, ему было некомфортно обсуждать эту тему. Да и у кого не

было скелетов в шкафах?