Открой мне свою душу
Шрифт:
– Я спать.
– я плюхнулась на диван, обняв подушку.
– Как можно спать на дежурстве.
– Паша закатил глаза.
– Ну ты же меня разбудишь, если на операцию пойдешь.
– А если что-то серьезное будет?
– Ну, при вое сирен, на чистых рефлексах, еще не проснувшись, я буду в первых рядах спасающихся.
Пашка рассмеялся.
– Буди только если на операцию пойдешь, ну или если тебя Агата домогаться начнет.
Смех парня сразу оборвался: -Типун тебе на язык! Сейчас мстить начну и спать не дам.
– Пашуль, а я тебе шарлотку к понедельнику испеку, ты же любишь.
Молчание длилось ровно минуту: -Спи уже.
– Паш, ты самый лучший.
Дежурство прошло относительно спокойно. Паша разбудил меня всего один раз, он ушел грыжу удалять. Когда он вернулся, я уступила ему диван, и он лег спать. Сама я дождалась, пока он заснет, и аккупировала соседний диванчик и, через некоторое время уснула сама, перед этим поставив на телефоне будильник.
Проснувшись, я стащила форму и попрощавшись с Пашей, потопала на остановку. Через два с половиной часа я добралась до поселка, в котором у бабушки был дом. Еще через пятнадцать минут я добралась до дома. На часах было восемь часов утра. Достав из горшка с цветком запасной ключ, я открыла дверь и тихонько прокралась в прихожую. Разувшись, я заперла дверь и, зевая поплелась на второй этаж в свою комнату. Бухнувшись прямо поверх одеяла, я вырубилась моментально, забыв переодеться. Через часа три меня разбудил вопль над ухом.
– Ой, Оксаночка! Ты когда приехала?!
Недовольно заворчав, я открыла глаза и укоризненно посмотрела на бабушку.
– В восемь я приехала.
– А что ты нас не разбудила? А зачем так рано? Лучше бы отоспалась после дежурства и приехала бы.
– Ба, так я бы потом не уехала, в пробках бы стояла. А вас зачем будить. Я сама сразу спать завалилась.
– Разбудила я тебя. Давай быстро в душ и вниз завтракать! И Олежек же скоро приедет.
Я только глаза закатила. Бабушка такая бабушка, как всегда развела бурную деятельность.
Быстренько приняв душ и высушив волосы, я спустилась на кухню, где бабушка дожаривала блинчики, а дед сидел и втихаря по блинчику стаскивал из блюда. Бабушка заметила меня.
– Оксаночка, ты уже спустилась. Садись за стол, сейчас есть будем.
Я прошла к своему месту, попутно чмокнув деда в щеку.
– Привет, деда.
– Привет, внученька.
Я села за стол, и мы с дедом, не скрываясь, начали поглощать блинчики, попутно передавая друг другу, то чашку с кофе, то сахар, то мисочку с вареньем. Проворчав, что мы троглодиты, бабушка снова достала молоко и муку и начала готовить новую порцию блинчиков. Наевшись от пуза, мы с дедом переползли в гостиную и растянулись на диване. Дед закурил трубку, а я закинула ноги на подлокотник и положила голову ему на колени.
– Ну что, внуча, нашла себе кавалера?
– Можно сказать и так.
– Можно или сказать?
– невозмутимо спросил дед, выпуская колечко дыма.
– Сказать, - я рассмеялась.
– Ну, как зовут смельчака?
– Тарас.
– Хорошее имя. А сестренка твоя как?
– Встречается с братом Тараса Игорем, а я свечку держу.
Дед рассмеялся. При нем, я могу сказать все что угодно, может поругать, но никогда не станет меня поучать. Я его вообще как родного люблю и брата его младшего Филиппа, он на десять лет младше деда. Сероглазый брюнет, глаза живые, у него свой семейный ресторан. Сын его сейчас где-то за границей, он спортсмен.
– Ну что ты, Ксан, -он погладил меня по голове, -вы же не в девятнадцатом веке живете.
– Сестра называет мою заботу о ней синдромом старшего братика.
– недовольно заворчала я.
– Устами младенца...-и дед опять расхохотался.
– Скоро Олежек уже с невестой приедет.
– Бедная девушка, скоро ее сметет тайфун "Бабушка".
Вместе с моими словами послышался шум подъезжающей машины и охи -ахи бабушки. Потом послышался шум открывающейся двери и голоса. Через пару минут в гостиную вошел Олег, по-хозяйски обнимая за талию невысокую полноватую девушку. На вскидку, она мне по плечо где-то, а Олежу чуть ли не в пупок дышит. Русые волосы, карие глаза, розовые пухлые губы, прямой нос и милые ямочки, когда она улыбается.
– Народ, знакомьтесь это Юленька, моя не..., -девушка незаметно для остальных, но не для моего зоркого глаза (кандидат в мастера спорта как-никак) двинула ему локтем в бок, поморщившись, братец исправился, -ненаглядная, родная моя девушка.
Слово взяла бабушка и представила ей деда. Стряхнув меня с колен, отчего я чуть с дивана не сверзилась, дед встал, по военному отдал честь и попросил его называть просто Аркадий.
– А это моя старшая внучка Оксаночка.
Я встала с дивана и, подойдя, протянула ей руку.
– Приятно познакомиться, ненаглядная.
Улыбнувшись, она ответила на мое рукопожатие. Надеюсь, я смогу с ней поладить.
– Так, все к столу. Из-за этих двоих троглодитов, -бабушка повела рукой в сторону наших с дедом невинных мосек, -мне пришлось еще больше блинов печь. С улицы послышались гудки.
– О, третий троглодит приехал.
– проворчала бабушка. Через пару минут в дом вошел представительный мужчина с небольшим брюшком и зычным басом гаркнул на весь дом.
– Привет, домочадцы!
Через пару секунд в проеме кухни показался сам обладатель голоса.
– О, Ксюха, привет, егоза!
– стянув меня со стула, он заключил меня в медвежьи объятья и потрепал за щеки.
– Внучек!
– растрепав волосы Олегу, дед Фил, обняв его, хлопнул Олега пару раз по спине, отчего бедный братец чуть не слетел со стула. Заметив, Юлю, он, прищурившись, посмотрел на нее, затем стиснул в объятьях и потрепал за щеки.
– А ты, скорее всего невеста нашего оболтуса, хотя...Ксюх, ты ориентацию еще не поменяла?