Чтение онлайн

— И почему-то мне кажется, что работой своей в гильдии зельеваров она довольно не сильно, — предположил Олег, старательно пытаясь не допустить на свое лицо довольной улыбкой. Хранилище магических документов, гарантирующих лояльность сотрудников, являлась очевидным стратегическим активом гильдии зельеваров. Ну и любого другого государственного учреждения Франции. Однако интуиция подсказывала чародею, что любовница Деспота охраняет контракты своих рабочих в разы хуже, чем его же генералы. И очень вряд ли сия особа является мудрым и харизматичным лидером, которого просто обожают его подчиненные. Чародей допускал, что может ошибаться…Но шансов на внезапный визит инопланетян, пожалуй, больше было.

— Да, надежды моих родителей не очень-то и оправдались. Кажется даже меньше, чем моя служба в армии, — поморщился бывший калека, которого со службы выпнули, поскольку было слишком дорого лечить. — Рабочий день на манафактуре, куда её направили отрабатывать долг за обучение, длится по четырнадцать часов в сутки, шесть дней в неделю кроме воскресенья. Деньги платят не сказать, чтобы большие, но зато щедро назначают штрафы за износ оборудования, за перерасход ингредиентов, за недостаточную продуктивность, за попытку принести еду из дома, вместо того, чтобы покупать её в столовой, где цены почти как в ресторане, а вкус словно у свиней в помойном корыте. Луиза знает целых шесть рецептов зелий, но все десять лет своей службы варила только одно из них, а остальные сейчас, наверное, уже позабыла почти. И кашляет, испарений надышавшись…Плохо кашляет, иногда даже с кровью.

— Тяжкая участь ей выпала, — посочувствовал чародей незнакомой ему девушке. — А что, этот кровавый контракт…С юридической точки зрения его расторгнуть можно? Или для этого обязательно нужно сам артефакт уничтожить?

Глава 17

О том, как герой привыкает к топорам, химичит со временем и оказывается застигнут врасплох глубинным ужасом.

В славном городе Париже имелось много мест, где никто не задавал вопросов. Никому. Никогда. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока за ответы никто не предложит действительно хорошую сумму, пока ради данной информации не приставят нож к горлу или же пока творящейся там возней не заинтересуются высокопоставленные офицеры жандармерии, что получат нужные им сведения совершенно бесплатно и с куда большей скоростью, чем обладатели толстых кошельков или острых предметов…Но случалось подобное редко, ведь чужую приватность в столице Франции старались уважать и портить репутацию и ей, и себе без очень серьезного повода оказалось бы просто опасно для дальнейшего ведения бизнеса в этой стране. И потому когда один из довольно дорогих складов, стоящих гораздо ближе прочих к центру города, но все же сдаваемых в аренду, вдруг поздним-поздним вечером почти в районе полуночи пожелала арендовать группа странных и удивительно пухлых личностей в скрывающих все и вся балахонах, то желаемое они получили. Причем без всяких документов, если не считать за последние увесистые желтые кругляшочки разных стран мира. Про то, что в глубине капюшона в свете фонарей виднелись традиционные османские мантии и чалмы, хозяин данного помещения никому просто так рассказывать не собирался. Как и про то, что внутри затащенных на принадлежащую ему территорию крупных бочек и ящиков кто-то изредка шебуршался. Проверять у иностранных гостей лицензию на работорговлю или освобождать незаконно похищенных людей не входило в его круг обязанностей. А уж заботиться о чужих невольниках, которых почему-то решили транспортировать таким своеобразным способом, этот уважаемый человек и вовсе согласился бы исключительно за тройную оплату.

— Привыкли руки к топора-а-ам… — Напевал вскоре Олег, вскрывая грудину своего пациента. Сделать это было, мягко говоря, не так-то просто, особенно с учетом ужасно некомфортной одежды, скрывающей под собой чародея. Балахон и трофейные османски тряпки он с себя давно уже скинул…Только вот наверчены они были на покрывающий все тело герметичный костюм из резины, не пропускающего наружу ни единой молекулы запаха. А ещё опытному целителю приходилось буквально с ювелирной точностью передвигать округлую толстую рукоять почти треххметрового хирургического орудия, сжатую в его ладони.

— Вот в такие моменты я искренне удивляюсь тому, что люди боятся оборотней больше, чем хирургов. — Наклонилась Доброслава к уху своей подруги-соперницы, продолжая тем не менее крепко удерживать зеркало на длинной телескопической ручке. — Мы-то действуем под влиянием инстинктов, это наша природа, а вот медики людей потрошат с абсолютно холодной головой, улыбками, иногда даже песенками…

— А причем тут это? — Удивилась Анжела, переводя взгляд с супруга на его пациента и обратно. — Олег же сейчас совсем не человека вскрывает…

— Так, госпожи-ассистентки, не отвлекайтесь! — Попросил Олег, откладывая в сторону один инструмент, чтобы взяться за другой. Более технологичный, но также и более громоздкий. Сделанный в его личной мастерской мега-шпирц был заполнен сложной смесью, являющейся чем-то средним между подсолнечным маслом и напалмом. Происхождение у неё было органическое, а вот горела сия смесь быстро, ярко, жарко и горячо. И, будучи введенной в внутрь чьего-то тела, особо то не раздражала, более того, в растянутом до невозможности желудке, переваривалась потихонечку. — Уберите этого дрона к остальным уже нафаршированным боеприпасам и готовьте мне новую жертву!

— Да-да, не мельтеши, — фыркнула Доброслава, вылавливая из большой бочки при помощи сачка следующего коренного обитателя парижских трущоб, который подобно сотням и тысячам своих предков чувствовал там себя вполне вольготно, занятый копошением в мусоре, беготней за представителями противоположенного пола и драками за территорию, как и положено любой уважающей себя крысе. — Вот твой грызун.

Покрытый шрамами и колтунами зверек от людей явно ничего хорошего не ждал и не видел, но толком сопротивляться не мог, лишь вяло дрыгая когтистыми лапками и жадно хватая зубами воздух. Размером и весом больше напоминающий среднюю кошку, сей падальщик и мусорщик мог легко откусить человеку палец или же вообще перегрызть горло, но сейчас не справился бы и с маленьким котенком, ибо его, как и всех прочих представителей того же вида в этом помещении, основательно так накурили дымом с немалой добавкой успокаивающих трав. Между прочим, французских эндемиков, а не индийских аналогов, пусть даже были бы куда дешевле и качественнее. Купленный кем-то из солдат в магазине операционный стол, в прошлом бывший обычной полированной разделочной доской, ни разу не касался рук Олега или его же магии. Даже оперировал чародей при помощи системы специально подобранных целительских артефактов, самостоятельно копящих заряд на чары стерилизации, анестезии, регенерации и остановки кровотечения, которые дополнил несколькими самостоятельно сконструированными манипуляторами, сводя к минимум следы своего контакта с этим существом. И благодаря этому постепенно копящиеся снаряды, способные к самостоятельному передвижению, связать с ним было почти невозможно даже в том случае, если бы кто-то умудрился поймать сей хвостатый дрон живым и невредимым. А уж после детонации обрывки тем более ничего не сказали бы даже самому искусному следователю, даже если тот бы помогал себе магией. Ну, может за исключением самых сильных пророков, специализирующихся на просмотре событий минувшего времени…Которых во Франции, вообще-то не было. Во всяком случае, официально и в соответствии с теми слухами о местном обществе, которые сумела собрать Анжела.

— Вот не могли дома все это сделать? — Недовольно пропыхтел Стефан, устроившийся у слива, при помощи широкой трубы ведущего в канализацию Парижа. Туда без проблем можно было бы пропихнуть человеческое тело…Собственно Олег бы не удивился, если бы узнал, что её и проектировали с таким расчетом. Ну а уж в тех подземных каналах, по которым текли реки воды и нечистот, едва ли не парад при желании провести можно было бы.

— Не могли. Я чтобы растянуть желудок и упихать туда побольше взрывчатки им вырезал почки, печень, селезенку, половые органы…Даже с учетом природной живучести грызунов и обработки целительскими чарами, такие крысы сдохнут меньше чем за сутки. — Отрезал чародей, продолжая свою грязную, жестокую и неприятную, но к сожалению очень нужную работу. И неудобную. Скальпель, которым заканчивался примитивный манипулятор, привел бы обычного хирурга в натуральную панику, ибо весила подобная конструкция как топор…Какой-нибудь конный, боевой, на длинной рукоятке, чтобы можно было прямо с седла дотянуться хоть до пехотинца, хоть до скачущего мимо всадника. И весил он вероятно больше чем нормальная алебарда. — Так, зажигалок хватит…Анжела, давай динамит!

— А он точно сработает после того как полежит в крысином желудке? — Засомневалась светловолосая волшебница, тем не менее, цепляя первую шашку длинными щипцами и передавая в минпуляторы супруга.

— Должен…Но если две-три шашки и испортятся, то остальные полсотни это компенсируют. — Хмыкнул Олег, который считал, что очень многие проблемы в жизни можно решить взрывчаткой. На некоторые, правда, взрывчатки может понадобиться больше, чем на остальные…Но гильдия зельеваров к особо укрепленным и охраняемым объектам Парижа все-таки не относилась. Нет, те цеха и лаборатории, где работали с самыми редкими и ценными ингредиентами проживающие во Франции магистры-алхимики могли выдержать многое и по степени своей защищенности примерно соответствовали банковским хранилищам, где в одном углу золотые слитки, а в другом ценные бумаги на ещё большее количество подобных желтеньких кирпичиков…Однако это не относилось к стоящему вдалеке от Лувра и центра города административному корпусу, где у Арлет Чаровницы собственный кабинет хоть и был, но пустовал годами. Может даже десятилетиями. Ведь все дела с оформлением бумажек она давно спихнула на своих заместителей, которые за распоряжениями начальства уже который век бегали к ней в особняк, а приемом неофитов, что нужной родословной похвастаться не могут, совсем ничерта не умеют или же тянут от силы на первый ранг не занималась уже лет триста. — Я больше боюсь того, что возникнут проблемы с управлением.

— Не должны, если Стефан голема поставит куда надо. — Откликнулась Лили, которая в уголке помещения при помощи нескольких кастрюль, горелок, а также превращенной в кисточку метлы доводила до ума зелье, которое являлось одним из ключевых компонентов сегодняшнего мероприятия. — Снадобье, называющееся «Фата крысиной королевы» хоть и остается стабильным лишь несколько двенадцать часов, но все же имитирует настолько мощные феромоны, что они в состоянии заставить портовых грызунов вплавь добраться до стоящего в бухте корабля…Горящего. Нет, обычно его используют, дабы всех крыс с судна вывести, но и наоборот, я точно знаю, бывало. И основа для него — это типовой состав. Её бочками варят. Та, которую мы достали через нескольких посредников и курьеров, уверенных будто имеют дело с дурманным зельем, как раз во французской гильдии зельеваров сделана.

— Ну, если нам повезет, то это сочтут внутренними разборками. — Хмыкнула Доброслава, обычно предпочитающая более прямолинейные планы вроде: пришел, увидел, разорвал…И, в принципе, конкретно без неё на этом складе можно бы было обойтись, но кащенитка-изгнанница захотела принять как минимум символическое участие в наказании той, из-за кого её нос горел огнем чуть не целые сутки. — Или если не повезет…Мы же хотим, чтобы Арлет догадалась, кто это сделал?

— Как минимум в список основных подозреваемых она должна нас включить. Но вообще-то мы просто хотим, чтобы она со своими делами задолбалась вкрай и больше нам не мешала, — пожала плечами Анжела, чем вызвала недовольное шипение Олега, которого слегка толкнули под руку, чуть не устроив очередному крысюку преждевременную гибель. — И уничтожение кровавых контрактов уж точно займет её надолго…А через газетчиков на нас не выйдут?