Чтение онлайн

Четвертый этаж приближается слишком быстро. Характерный звон оповещает о прибытии лифта. На автомате выхожу в коридор с бежевыми стенами, поворачиваю направо и иду до самого конца, не останавливаюсь ни у одной двери, кроме последней.

Помощницы Антона нет на месте. Мне кажется это странным, но я отбрасываю эту мысль в сторону. В голове настоящий сумбур. Эмоции на пределе. Стараюсь запихнуть их куда-нибудь подальше, но они то и дело просачиваются через все щели в возведенной мною стене, заставляя нервные окончания гудеть.

Не чувствуя тела, кладу ладонь на дверную ручку. Холодный металл обжигает раздраженную кожу. Из-за тревоги все внутри сжимается до маленькой точки. Горло сдавливает, поэтому приходится с силой проталкивать воздух в легкие.

Черт! Что я скажу Антону? Я не могу его так подставить! Не могу! Но это же мой брат…

Впиваюсь зубами в нижнюю губу, кусаю до боли. Медленно, нехотя нажимаю на ручку. Дверь тихо приоткрывается, образуя узкую щелочку. Собираюсь распахнуть ее сильнее, как застываю, слыша грубый голос:

— С договором, который заключил Сергей Анатольевич, я все понял. Выясню. С китайцами…

— Я сам с ними свяжусь. Попрошу немного придержать препарат. Надеюсь, они пойдут на уступки, — произносит Антон обессиленно.

Сердце сжимается. Он в последнее время почти не спит из-за нагрузки, которую на себя взвалил.

— А что с Лешим? Он все настаивает на бое? — собеседник Антона говорит безэмоционально, будто у него все чувства высосали.

— Каждый день звонит мне, напоминая о том, сколько дней осталось, — хмыкает Антон.

— Ты согласишься? — жестко спрашивает второй мужчина.

— Ради непутевого братца Милы? — Антон делает паузу. — Нет, конечно, — категоричность и беспощадность звучит в его голосе.

Я все понимаю. Все. Антон не обязан спасать моего “непутевого” брата, но обида все-таки вспыхивает в груди. Разочарование разливается по венам. Кажется, что меня предали, хотя, по сути, здравомыслящей частью сознания понимаю, что Антон прав.

Но импульсивность играет со мной злую шутку, поэтому я толкаю дверь.

Черные глаза Антона тут же останавливаются на мне. Он хмурится, поджимает губы.

— Мила… — начинает подниматься на ноги.

Его собеседник — лысоголовый, до безумия пугающий, начальник охраны, которого, вроде бы, зовут Денис, тоже поворачивается в мою сторону. Его пристальный взгляд заставляет меня сжаться. Но быстро вспоминаю, что мне нечего бояться. Ничего он не сделает. По крайней мере, пока Антон рядом.

Стискиваю челюсти, вздергиваю подбородок.

Наблюдаю за тем, как Антон выпрямляется, огибает стол, широкими шагами направляется ко мне.

— Что случилось? — останавливается напротив.

Приходится запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в наполненные беспокойством глаза. За меня он волнуется, а мой брат...

Досада скручивает внутренности. Приходится сделать глубокий вдох, чтобы подавить всхлип, который рвется наружу. А вот с увлажнившимися глазами ничего поделать не получается.

Не понимаю, откуда такая чрезмерная реакция.

Все вроде бы правильно: брат сам попал в неприятности, поэтому сам и должен из них выпутываться. Сколько можно его спасать?

Это говорит мой разум, но его голос настолько тихий, поэтому тонет в гамме чувств, раздирающих душу.

— Ты меня пугаешь, — Антон поднимает руку, касается моей щеки.

Отшатываюсь от прикосновения и тут же жалею об этом.

Но сделанного не вернуть, поэтому на мгновение впиваюсь зубами язык, прикрываю веки, пытаясь справиться с бурлящими внутри чувствами, после чего снова заглядываю Антону в глаза. По напряженному взгляду и нахмуренным бровям сразу видно, что он готов ко всему, в том числе к очередному скандалу.

Мы же едва пережили прошлый, и вот опять. Но я просто не могу пустить ситуацию с братом на самотек.

— Значит, не поможешь Саше? — голос скрипит от сдерживаемых эмоций, в глазах собирается еще больше слез.

— Так, — гора в костюме, в виде начальника охраны, поднимается на ноги. — Я пошел, — он настолько быстро сокращает разделяющее нас расстояние, что я еле успеваю отпрыгнуть в сторону, лишь бы не столкнуться с громилой.

Но он, видимо, не собирается уходить просто так, останавливается рядом с нами, мимолетно смотрит на меня, потом переводит пристальный взгляд на Антона и бесстрастно заявляет:

— Она у тебя глупышка, — после чего уходит, плотно закрыв за собой дверь.

Я же могу только стоять, широко распахнув глаза. Он назвал меня глупой? Я правильно услышала?

Шумно выдыхаю, когда понимаю, что не ошиблась.

Вот только пойти за мужчиной и потребовать объяснений, не получается, Антон без лишних слов хватает меня за запястье, тащит к кожаному дивану, из-за которого я не так давно пострадала. Надавив мне на плечи, усаживает на него. Сам же отступает на пару шагов, складывает руки на груди, поднимаются на меня

Дыхание перехватывает, когда я вижу, как глаза Антона сужаются, а черты его лица заостряются. В этот момент отчетливо осознаю, что довела своего мужчину до предела. Но, видимо, мне сегодня не удастся избавиться от противоречивых эмоций. Ведь вместо того, чтобы послушать здравую часть своего разума, я засовываю чувство вины подальше и копирую позу Антона.

Он тут же поджимает губы до такой степени, что те белеют.

— Ты виделась с братом, я правильно понимаю? — Антон произносит спокойно, даже слишком спокойно, отчего становится реально страшно.

— Мне уже запрещено встречаться с братом? — огрызаюсь.

Внутри словно какой-то фитиль зажгли, и он с каждой секундой разгорается все больше и больше. Как бы я не старалась его затушить, у меня ничего не выходит.

Антон сужает глаза.

— Я такого не говорил, — цедит сквозь стиснутые зубы.

— А что тогда? — не выдерживаю, вскакиваю на ноги.

Приподнимаю голову и смотрю Антону прямо в глаза. На краю сознания всплывает мысль, что мое поведения выходит из-под контроля, вот только остановить себя не получается. Сердце бешено стучит в груди, руки дрожат, дыхание постоянно прерывается.