Откуда родом варяжские гости?
Шрифт:
Вандалы, по легенде, вели своё происхождение от мифического короля Антура I, который был женат на богине Сиве. Позднее Сиву, как покровительницу плодородия и жизни, особенно почитали варяги, её главное святилище находилось в Ратцебурге.
В 1521 году Николай Маршалк опубликовал свою знаменитую генеалогию мекленбургского правящего дома, которая восходила к III веку до н.э., к вандальскому королю Антуру. Маршалк свидетельствовал, что в XV-XVI вв. в некоторых местностях Мекленбурга ещё сохранялись вандальские обычаи, которые иначе назывались вендскими.[232] Впоследствии эти данные подтвердил советник мекленбургского герцога Иоанна Альберта I (1555-1591) Андреас Мюлий, который считался последователем Маршалка.[233] А немногим позже — ректор Бернхард Латом.[234]
Себастьян Мюнстер в своей «Космографии» 1588 года говорил, что население Мекленбургского герцогства составляли венды, вандалы, герулы и ободриты.[235] Королём вандалов на Балтике был Вислав, который считался прямым предком Радегаста, последнего короля вандалов и основателя династии королей вендов и ободритов. В.Н. Татищев понимал его как Вышеслав или Вечеслав.[236]
Интересно, что по некоторым родословиям братом Вислава оказывается легендарный «король герулов и ругов» Одоакр, низложивший римского императора Ромула Августула. Иероним Хеннинг полностью совмещал генеалогии ругов и герулов, возводя их к Одоакру.[237] Другие авторы вели род Одоакра от вождя гуннов Аттилы. Кстати, имя Вислав (иногда в интерпретации Витслав) встречается в вендо-ободритских генеалогических таблицах вплоть до 1325 года. Последний князь Вислав был единственным известным в Северной Германии миннезингером, с его смертью прервалась древняя правящая династия на острове Рюген, который отныне вошёл в состав Померанского герцогства.
Остров Рюген занимал особое место на Балтике. Вне сомнения, это был значительнейший религиозный и политический центр, о котором сохранилось множество свидетельств источников. Это было обусловлено, видимо, наиболее удобным географическим расположением, оторванностью от материка. Известность острова была столь велика, что о храме на рюгенском мысе Аркона писали даже арабские авторы:
«Саклаб — страна, лежащая на западе 6 и 7 климатов. Она граничит со страной хазар на высоких частях румийских гор. Это рыжеволосые люди с красным лицом, очень сильные... Это разные племена, и между ними идут войны. Каждый их народ имеет царя, не подчинённого другому. Часть из них — христиане..., часть не имеет никакой религии, часть поклоняется огню. У них есть храм на высокой горе. Он очень удивителен своей постройкой, кладкой, разнообразием красок, помещёнными в нём драгоценными камнями и изображениями восходов солнца, устроенных в окнах, сделанных в этом храме».[238]
Шестой и седьмой климаты — самые северные в арабских источниках. Далее по тексту списка следует описание страны Варанк (Вагрии?), близкой по своему географическому расположению к острову Рюген.
Отдельное значение для варяго-русского вопроса может иметь изучение Руси на юго-восточном побережье Балтики. На неё обращали внимание многие хронисты и историки. У Адама Бременского Пруссия граничит с Руссией. Те же данные находим у Титмара Мерзебургского. Пётр Дюсбургский (XIV век) помещал в устье Немана страну Руссию. В Житии св. Ромуальда устье Немана также названо Руссией, а король этой области —Нетимер — королём русов. О том, что даже в XVI веке неманская область называлась Русью, свидетельствует приписка к Житию св. Антония Сийского. Эти источники приводил Н.М. Костомаров, также обращая внимание на то, что «варяжские» имена из договоров с Византией близки к литовским.[239]
Русы на юго-восточной Балтике упоминались под названием «рутенов». Как уже отмечалось, особенно красочно об их истории писал Саксон Грамматик.[240] Позднее, русы сыграли огромную роль в истории Пруссии, возглавив многочисленные языческие восстания против крестоносцев и в память о себе оставив на прусском гербе надпись «Arma Rutenorum».[241]
На данном этапе исследования можно составить приблизительную схему исторической эволюции европейской Руси. Она основана в первую очередь на немецких хрониках и исследованиях германских учёных XVIII века. Критерием при её составлении послужили генеалогические данные по разным ветвям и ответвлениям «русской» королевской династии в Европе. По настоящей схеме можно увидеть исторический путь, проделанный народом от вандальских времён к современной России.
Схема. Историческая эволюция Руси
РУСИНЫ РОССИЯ
Генеалогическая традиция, восходившая к вендо-вандальской древности, нашла яркое выражение в немецких работах. Но сегодня эта традиция оправдана не только с точки зрения северно-германского литературного наследия, но и с позиций современной исторической науки. Изучение вендо-вандальской группы на южном побережье Балтийского моря может дать богатый материал для существенного пересмотра устаревших научных положений.
Ни венды, ни вандалы изначально не были «славянского» происхождения (антропологически установлена их близость к северной расовой группе), что также позволяет иначе взглянуть на проблему так называемых «балтийских» или «полабских славян» в свете их контактов с древними русами. Западные «славяне» обнаруживают значительно меньше славянского культурного компонента, нежели восточные и, тем более, южные славяне. Эти данные, конечно, могут свидетельствовать только о кризисе теории «славянской общности» и необходимости её существенной корректировки. Однако отдельной проблемой остаётся соотношение вендо-вандалов с «германцами». Принципы господствующей в современной науке методологии, различающей народы по культурно-языковым, а не по расово-антропологическим признакам, пока не позволяют приблизиться к решению этих важных вопросов. Хотя очевидно, что в этнической истории культурный и языковой факторы явно вторичны по отношению к антропологическому происхождению. К сожалению, сегодня почти не ведётся дискуссий на эту тему. В этом смысле обращение к генеалогии, и не только в её узком понимании, но и как к науке о происхождении народов, к этнической генеалогии, может быть определяющим. Позитивное решение варяго-русской проблемы может состояться только после введения в научный оборот уникальных генеалогических сведений и материалов немецкой историографии.
Заключение.
Изучение немецких генеалогий позволило сделать важные выводы по варяго-русской проблеме. Немецкая историческая мысль с первой половины XVIII века складывалась в особых условиях взаимоотношений между Россией и Германией. В науке возродилась древняя традиция возводить начало Руси к древним вандалам, которая подтверждалась почти всеми средневековыми источниками. В то же время происходило формирование немецкого норманизма, теории, основанной не на традиционных представлениях европейских авторов о России и её прошлом, а на политических фальсификациях.
Германские историки и публицисты основывались в своих изысканиях на средневековых письменных источниках и уникальных генеалогиях, писали о варяго-русской проблеме в связи с историей Мекленбургской области. Но к середине XVIII века основные академические баталии по норманнской проблеме переместились в Россию, с тех пор северно-немецкие родословные были преданы забвению.
Дискуссия по варяго-русской проблеме в немецкой историографии началась за полвека до известных споров вокруг «диссертации» Миллера в России и носила полностью научный характер. Германские учёные начала и середины XVIII века внесли важнейший вклад в научное изучение варяго-русского вопроса. При этом немецкая историография проблемы остаётся у нас практически неизученной. Однако вряд ли стоит сомневаться в том, что позитивное решение варяго-русского вопроса во многом зависит от исследований и новых открытий именно в этой области.
Благодаря изучению немецких генеалогий можно конкретизировать проблемные рамки варяго-русского вопроса и рассматривать его как часть важнейшей проблемы вандальской и вендской этнокультурной общности на южном побережье Балтийского моря. На немецком материале можно поставить и целый ряд других проблем, касающихся древних русов. Далеко не до конца очевидна этническая карта раннесредневековой Европы, не совсем ясна роль русов в Великом переселении народов. Более детального изучения требуют взаимоотношения варягов и русов со славянами.