Чтение онлайн

Торговый фургончик404, на котором они грабанули банк, стоял чуть поодаль в гордом одиночестве на видном месте у набережной.

Машина бросилась в глаза Олэну обжигающе резко, но Поль исподтишка наблюдал за его реакций, и парень даже не вздрогнул.

Инспектору самому пришлось остановить его, когда они поравнялась с фургончиком.

–  Ну, как, потвоему, что это?
– осведомился он, тронув бывшего гонщика за плечо.

Олэн решил, что толстый розовый младенец на голубом фоне куда приятнее на вид, чем жалкий серый рахитик - на черном.

–  Похоже, реклама для сосунков, - с самым простодушным видом проговорил он.

Инспектор пока не мог понять, издевается над ним Олэн или нет. Он открыл дверцу и велел ему сесть за руль.

Олэн послушно выполнил приказ и вскинул глаза, ожидая новых распоряжений.

Поль хлопнул дверцей, а сам остался на тротуаре.

–  Опусти стекло и возьмись за руль. Локоть слегка выставь наружу, - велел он.

Олэн вспомнил, что именно в такой позе он ждал, когда Франциск Первый и братья Шварц вернутся из банка.

Папаша Эдуар, крошка Люсьен и достопочтенный Финберг подошли к машине и внимательно уставились на Олэна.

–  Смотри прямо перед собой, - руководил Поль.
– Теперь - на нас… закури…

Он протянул Франсуа пачку сигарет и зажигалку.

Четвертый служащий банка присоединился к коллегам.

Он обожал смотреть по телевизору передачи на исторические темы, и с тех пор как один из братьев Шварц врезал ему по уху, только и грезил во сне и наяву, что о казни гангстеров на Гревской площади. Служащего звали Ружмон.

В тот день, идя на работу, он заметил, что водитель коммерческого фургончика погасил сигарету о ветровое стекло.

–  Можешь затушить окурок, - предложил Поль.

Несмотря на внешнюю растерянность, Олэн весь напрягся и выгнулся, как одиссеев лук в день знаменитого возвращения оного мужа к своей ткачихе. Он выждал пару секунд, мысленно прокручивая в голове мельчайшие подробности собственного поведения во время налета.

Стараясь не глядеть на ветровое стекло, Олэн швырнул окурок в окошко, на тротуар.

–  Я просил тебя не бросить, а затушить, - напомнил Поль, подняв окурок и снова протягивая его Олэну.

Но тот покачал головой.

–  В машине я их всегда просто выкидываю, - сказал он.

Инспектор велел ему возвращаться, а сам пошел следом вместе с Финбергом и его служащими. Его рука слегка касалась локтя крошки Люсьен. Они уже успели познакомиться поближе под одеялом.

Во дворе Набережной Часов Поль попросил свидетелей подождать наверху.

Теперь он повел Олэна к «фольксвагену». После мытья маленький автомобильчик бывал голубым, а тысяч за пятьдесят Поль мог бы избавить кузов от вмятин и царапан, но предпочитал подождать «аварии при исполнении служебных обязанностей» и ремонта за государственный счет.

Олэн сел за руль, и Поль снова прокрутил ту же волынку с опознанием, окликнув двух проходивших мимо инспекторов.

–  В жизни не видали этого типа, - честно сказали они.

Что до Олэна, то он тоже никогда не видел этой колымаги. Похоже, фараоны топтались на месте, и ему враз полегчало.

–  Вы хоть не думаете повесить на меня кражу еще и этих двух тачек?
– возмущенно спросил он уже в кабинете.

Поль промолчал. Приковав Олэна наручниками к батарее, он снова вышел.

Свидетели терпеливо ждали в смежной комнате. Финберг, Эдуар и Люсьен выглядели растерянно.

–  А почему это он не забычарил, как тот тип?
– спросил Ружмон. Он явно предпочитал расследования инспектора Бурэ.

–  Потому что, возможно, тогда за рулем сидел не он. И вообще манера тушить сигарету не является доказательством вины, - отозвался Поль.
– Это лишь косвенная улика, если угодно…

Он поблагодарил и отпустил свидетелей, а Люсьен на прощание подмигнул, дабы подогреть интерес и оставить некую неопределенность если не в душе, то по крайней мере в планах на вечер.

Вернувшись в кабинет, инспектор пристально поглядел на Олэна. Он нарочно не торопился отцепить его от батареи. Арестант вскинул повинную головушку.

–  Тебе предъявят обвинение и отвезут в Сантэ, - наконец проговорил Поль.

–  Какое обвинение?

–  В краже черной четыреста третьей, разумеется… Тебя ведь застукали на месте, Верно?… Или спорить будешь?

–  Нетнет… Тут я и впрямь виноват… Но, клянусь вас, те две тачки, что вы мне показывали, я и пальцем не трогал!

–  Никто тебе про них и не говорит, - буркнул Поль.

–  Значит, вы отправите меня в суд с другими «поличниками»?

–  Нет, проведем расследование по всем правилам. Так будет гораздо добросовестнее, - объяснил он, нажал кнопку звонка и наконец освободил руку Олэна.
– К тому же, для тебя это ровно ничего не изменит… Первая кража… и сразу попался… Так что не тревожься.

Олэн молча растирал запястье.

–  Или у тебя есть особые причины беспокоиться?

–  В участке мне сказали, что судить будут на второй день и по первому разу можно надеяться на условный срок…

–  Ну, так ты на оптимистов напал. Будь любезен, сними галстук.

Олэн аккуратно свернул его и положил на стол. В дверь постучали. Это конвоиры притопали за клиентом.

Поль отдал им галстук и проводил глазами. Потом, собрав коекакие бумаги, отправился к шефу.

Комиссар Бло сидел в кресле«вертушке». Когда он отодвигался от стола и начинал вращаться, это было очень дурным знаком. На сей раз он пребывал в неподвижности, но Поль счел, что кресло, пожалуй, стоит далековато.

–  Ну?

–  Не густо. Разве что последний образчик. Некий Олэн…

–  Да?

–  Ничего определенного… но хорошего впечатления он на меня не произвел…

–  Своего рода интуиция?
– спросил Бло.

–  Да.

–  Представляешь, как я стану толковать прокурору об озарениях молодого инспектора с блестящим будущим?

Бло встал и подошел к чемоданчику, задвинутому между двух картотечных шкафов.

–  Неплохой материален для твоего друга журналиста! А то бедняга уже опустился до описания исторических памятников… Видал?
– Комиссар открыл дверь.
– Проводи меня в Орли. По дороге мы поболтаем о… как, бишь, его?…