Чтение онлайн

— От лица всей нашей делегации могу заявить, что пославшие нас Сообщества предлагают исходить из худшего, — произнес Эльзар Габе. — А именно из того, что озвучил сейчас уважаемый господин барон фон Книгге. Голос Габе позвучал столь весомо, что почти всем сидящим в зале на мгновение показалось, будто и впрямь изменилась сила тяжести. И лишь Адольф Франц Фридрих Людвиг фон Книгге-Третий обозначил на своем лице легкую улыбку. Подтвердив тем самым, что достоин славы своего великого предка, стоявшего у истоков Ордена Иллюминатов и создавшего предпосылки для реформы масонства, позволившей первой принявшей эту реформу Великой Ложе создать целое новое государство. И если у всех остальных присутствующих использование Эльзаром Габе того, что Блаватская назвала в своих книгах Голосом Безмолвия, произвело реальное изменение в их Образах Мира, то у него, наследника доставшейся его семье еще испокон веков значительной части библиотеки Халидокеана-Туле[10], его личная Реальность устояла. Как устояло и умножилось за сотни лет и состояние семьи Ханиэль, с которой семейство фон Книгге породнилось еще в конце 17-го века. И именно участие фон Книгге, сочетавшего владение древним знанием и обладание огромным богатством, которое, в отличие от многих других, ни разу не попадало в списки ФОРБС, гарантировало собравшимся в этом зале Палингинезикам равенство Влияния с прибывшими на встречу Гилгул нешамот.

— Что ж, значит мы едины в понимании того, что теперь, когда вы создали основу для переговоров с Логосом, а мы нашли Язык, который ОН поймет, — вступила в разговор Двора Гольдберг, — нам всем вместе надо найти Переговорщика. Который помимо способности воспринять ЯзыкПятидесятых Врат Разумения, также обладает и еще рядом особых способностей. И насколько смогли установить наши Видящие, таких людей сейчас на планете всего двое. Но указать их места расположения они не смогли. Потому что, во первых, от всех способов прямого сканирования их Сущности были закрыты еще при рождении, а во-вторых, потому что, похоже, от тех способов, которые могли бы определить места их расположения косвенно, они оказались тоже закрыты. Что заставляет предположить, что они были замечены какими-то из достаточно мощных Структур Реальных Сил и попали под влияние, а может быть даже взяты на контроль. Поскольку перекрыть доступные нашим Видящим способы косвенного сбора информации на ментальном и каузальном планах Бытия способны лишь очень продвинутые во владении Силами адепты.

— Тут мы можем вас обрадовать, — сказал еще один представитель принимающей стороны, внешний вид которого можно было наиболее точно охарактеризовать как «никакой» — настолько он был неприметен. — Нашему посланнику в одном из дружественных и нейтральных Орденов случайно повезло. Во время своего визита в штаб-квартиру курируемого им Ордена он буквально натолкнулся на носителя свойств, входящих в список необходимых для Переговорщика. И теперь мы планируем под благовидным предлогом пригласить этого человека в один из наших исследовательских центров и убедиться, что это действительно Переговорщик. И если это подтвердиться, считайте, что мы станем полностью готовы к Реализации нашего Замысла.

— Что ж, тогда, думаю, мы можем приступить к обсуждению уже конкретных этапов и деталей завершающей фазы, — сказал Эльзар Габе.

— Безусловно, — ответил фон Книге. И произнес уже обращаясь к управляющему компьютеру зала:

— Вывести на центральный видеообъем план мероприятий завершающей фазы.

После чего и хозяева, и гости углубились в изучение сложной трехмерной диаграммы, показывающей все причины и следствия тех действий, которые их организации должны были синхронизировано провести в течение последующих восемнадцати месяцев.

США. Институт перспективных исследований, Принстон, Нью-Джерси. Шестнадцатого июня 2011 года.

Войдя в помещение, куда они с Наставником попали, Дорет поняла, что это лаборатория, позволяющая тестировать те самые способности, благодаря которым она по дороге сюда от входа в задние смогла обнаружить помимо видимых еще как минимум четыре внешне никак не заметные системы охраны. И поскольку ей уже приходилось бывать в лабораториях своего Ордена, в которых ее также подвергали разного рода исследованиям и проводили обучение, то она смогла оценить уровень оснащения этой. И он впечатлял. Настолько, что даже ее почти всегда невозмутимый Наставник внутренне удивился. Впрочем, никак не проявив этого внешне. Поэтому ощутить это могли лишь те, кто знал его много лет и обладал развитой эмпатией. И как оказалось, такие люди в этом месте тоже были. Встретивший их у порога проходного тамбура средних лет мужчина, пожав руку Наставнику, слегка улыбнулся и уверенно произнес:

— Правда, впечатляет, мистер О'Мак-Гоуэн.

— Да, у вас тут есть на что посмотреть, Стивен, — ответил один из членов Совета Стихий Ордена Сабазия и правая рука Главы Клана Земли. И поскольку именно он курировал все занятия и посвящения Дорет с того памятного ей дня, как она прошла первое свое Посвящение и именно этот человек принял на себя обязательство быть ее Ведущим, то она смогла оценить тот тон, которым это было произнесено. А еще она поняла, что ее Наставник знает того, кто их встречал. И, насколько она смогла уловить опять же по тонкосятм интонации сказанной фразы, знает достаточно давно.

А посмотреть и впрямь было на что. В большой зал, куда они вошли, выходили двери нескольких смежных помещений, таблички над которыми позволяли понять, что это входы в камеры с установленными там самыми современными образцами сразу трёх функциональных ЯМР-томографов. Причём, судя по её ощущению, как минимум один из них имел мощность поля не менее 11 Тесла с возможностями не только одновременного мультисрезового сканирования с ультратонким плоскостным анатомическим разрешением в 0,1 мм, измерять количество употребляемого клетками мозга кислорода и концентрации натрия и калия, а и создавать пучности сложно модулированных быстропеременных магнитных полей, способные создавать очаги возбуждений как нейронных, так и энергетических структур мозга, а также воздействовать на структуру генов.

Также она увидела четыре 128-канальных сквид-нейромагнитометра, четыре совмещенных 3D ультразвуковых допплеровских сканера с согласованной фильтрацией и 64-х канальных энцефалографа, два устройства для исследования сверхслабых электромагнитных полей, а также две установки для высокочастотной газоразрядной визуализации.

Мониторы всех этих устройств были выведены на стоящий в центре зала круглый пульт, так что данные с разных устройств можно было сравнивать не только с помощью компьютерной обработки, а и непосредственным визуальным наблюдением. А помимо всех этих в принципе известных устройств в зале находилось еще и множество других систем, среди которых Дорет узнала только сразу четыре расположенных в разных углах зала установки для биоимпедансного анализа состава тела человека. Назначение же всех прочих устройств для нее оставалось загадкой.

Но самое главное — за еще одной дверью, над которой никакой надписи не было, Дорет ощутила наличие некоего или технического, или же даже биологического устройства, способного излучать и воспринимать МЛТ[11]-поля.

А больше всего ее удивило то, что в помещении, где находилось это устройство, был такой информационно-энергетический фон, словно там был лес, причем расположенный где-то в среднегорье. Как, а главное, зачем в закрытом помещении сверхсекретной лаборатории, была создана подобная среда, можно было только догадываться.

— А вы что скажете, мисс Нилсен? — обратился уже к ней встретивший их. — Надеюсь, Вас ничего не пугает?

— Ну если Вы не собираетесь подвергать меня ангиографии, то все остальное вполне приемлемо, — отшутилась Дорет, постаравшись при этом настроиться на восприятие мистера Стивена. И натолкнулась на то, что он был закрыт, причем не хуже, чем ее Наставник. Что сразу сказало о многом. А еще больше сказало то, что пригласивший их следовать за собой мужчина сумел ощутить эту ее попытку и показать это, тут же слегка (именно слегка) усилив свою защиту и одновременно с этим улыбнувшись ей так, как обычно дедушки улыбаются проказничающим внучкам.

«Похоже тут меня и без ангиографии разберут на составные», — подумала Дорет, входя в дверь, за которой обнаружился небольшой кабинет. Или скорее даже не кабинет, а что-то типа гостевой комнаты. Причем не официальной переговорной, а именно гостевой — призванной расслабить пришедших в этот храм науки и настроить их на более спокойное взаимодействие.

— Как вы до нас добрались, мистер О'Мак-Гоуэн? Надеюсь, без происшествий? — спросил встречающий, одновременно жестом руки призывая их садиться в любое понравившееся кресло. Последние слова вопроса он сознательно выделил — так, словно хотел подчеркнуть, что под происшествиями он понимает нечто особенное, смысл чего известен ее Наставнику.