Чтение онлайн

— Спасибо, — я усмехнулся. — Синих я бы тоже заметил.

Я проверил карту, такую же белую, как и все вокруг. Посмотрел, где я, потом прочертил мысленную линию до нужной точки. Той, которую мы определили, как центр холодильных установок. Если подвохов с масштабом нет, то всего каких-то восемьсот километров. Если получится поддерживать скорость бега Ориджа на уровне тридцатки, то, считай, за сутки с хвостиком добегу.

Орнитоптер, байк и даже айсборд работать здесь отказались. Либо какие-то ограничения Древних, которые я просто пока не умел распознавать, либо банально — низкая температура. После недавних апгрейдов я уже не чувствовал всепоглощающего холода. Края экрана все также были затянуты чернотой, но больше пятнадцать процентов площади не отнимали. Я даже неудобства особо не чувствовал. И привыкать начал и в принципе никогда эти зоны не использовал — там либо иконки навыков, либо карта, либо дополнительные экраны.

Энергию Ориджинал, конечно, тоже терял. Но ощущения, что в батареях огромная пробоина, не было — так, небольшая течь. Которую потом можно будет с избытком замкнуть найденными жемчужинами. Заодно, глядишь, к этому времени и проголодаюсь.

Ладно, говорят, что в ногах правды нет, но сейчас они единственные, кто готов работать. А еще говорят, что путь в восемьсот километров начинается с одного маленького шага. Погнали!

* * *

В какой-то момент я все-таки начал теряться в пространстве. Из-за отсутствия ориентиров, казалось, что я стою на месте. Еще и с бегом пришлось довольно быстро закончить — расход энергии подскочил в четыре раза, и в принципе отказавшись восстанавливаться. Пришлось чередовать, а заодно и стремиться встретить каких-нибудь монстров. В первую очередь ради энергии, и только потом уже опыта.

Я пробовал петь, но кроме: Эх, Мерзлота, снег да туман в голову ничего не приходило. Еще белая тоска, которую не могла победить даже жажда исследований. На карте было еще несколько точек — все с той же схемы со скважинами, но крюк до каждой составлял как минимум треть основного маршрута.

Нудного, тягомотного, белого, белого, белого, пустого пространства. В какой-то момент перестал смотреть по сторонам, поймав себя на сходе с маршрута. Капец, когда вокруг все одинаковое — а даже ущелья с мостом уже скрылись за линией отсутствующего горизонта. А туман просто слился с тучами. Вроде всего шаг влево, шаг вправо, а потом оказывается, что азимут до цели уже совсем под другим углом.

И хоть головой я не вертел, но на третий час пути, она уже кружилась сама. Энергии осталось процентов тридцать, а «аппетит» на жемчужины еще не проснулся. Похоже, Ориджинал переваривал и тратил энергию разными местами.

Поэтому, когда впереди замаячило хоть какое-то пятно. Буквально на полтона темнее окружающего снега, я обрадовался. И еще больше обрадовался, когда убедился, что это не галлюцинация.

Не сбавляя хода, поглотил обычный пауэрбанк, добив заряд энергии до половины. Проверил, что пригретый в закромах Хомяк на низком старте, и ускорился. На тот случай, если этот некто передумает и решит свалить!

Но, нет! Ему, видать, здесь тоже было скучновато!

Метров за сто до столкновения с темным пятном, оно себя проявило. В воздух разлетелся снег, и где-то пятнадцати метровая куча обрела свои нормальные очертания.

— Капец ты огромный, — присвистнул я и улыбнулся. — Ты-то мне и нужен!

Монстр, который возвышался надо мной, видимо, тоже улыбнулся. Раскрыл пасть и заревел, обдав меня порывом холодного ветра. Еще и с примесью чего-то токсичного.

Монстр стоял на четвереньках и по телосложению напоминал медведя. Мощные передние лапы, плотная белая шкура, покрытая мехом. В некоторых местах достаточно длинным, я заметил и завитушки, и торчащие в разные стороны локоны. Прямо милота!

Вот только морда все портила. Здесь уже не было никакого сходства с медведем — овальная башка, узкие прищуренные глазки, расплющенный нос с широко расставленными ноздрями. И пасть, напоминающая рыбью. Тот же овал с клыками разного калибра. Бивни по бокам сверху, а снизу какая-то совсем разномастная хрень, будто он оленя проглотил, а рога в нижней челюсти застряли.

Клыки казались старыми, а, возможно, и мех был не белым, а седым. От монстра так и веяло древностью, но от этого он выглядел еще злее и опаснее.

— Искорка, что по слабым зо… — начал я, но дрон меня перебил.

«Нет у него слабых зон», — быстро пискнул дрон, — «но можешь попробовать скормить ему Хомяка».

Разбираться, сколько в этой шутке долей правды, я не стал. Резко оказалось не до того — седой монстр резво рванул с места, за секунду сократив расстояние между нами. Теперь уже я вместе с Хомяком и «двойниками» вспорхнули в разные стороны, как те голуби.

Я настолько быстро рванул, что ветер в динамиках пусть смазано, но вполне узнаваемо выдал задорное: тикай!

А следом раздался уже свист ракет и взрывы, рвущие шкуру монстра. Хомяк отстрелялся первым, потом и я. А вот «двойникам» повезло меньше — одного реально проглотили, а остальные оказались где-то на загривке у седого. Голограммы путались в жесткой шерсти, теряя плотность, и сейчас больше напоминали черно-белый комикс, нежели целостных объемных дроидов.

Я на ходу скорректировал настройки Хомяка, чтобы близко не лез и старался бить по конечностям. А сам выпустил «Пояс Ориона», вызывая огонь на себя, и до кучи метнул две «Ледяные мины» в открытую пасть монстра, уворачиваясь от его зубов. Старый — не старый, а скорость у него была бешеная.

И чуйка на зависть. Я активировал «телепорт» уходя от клацнувших за спиной зубов, только появился с другой стороны, а там меня уже опять ждали клыки. Я отмахнулся «Энергетическим ударом» и вцепился в клык нижней челюсти. Повис, болтаясь и стараясь удержаться, на включившейся карусели. Монстр ревел, тряс головой и то пытался ударить мной о землю, то схлопывал челюсти. Делал это резко и жестко, но подводило строение клыком — откусить мне руки у него так и не получалось.

Я чувствовал его дыхание, от которого начал звенеть силовой щит, а в синхронизации крапивой обожгло руки. Я закинул ему в глотку еще одну «Ледяную мину» и почувствовал вибрацию внутри монстра. Но на этом все — вся взрывная волна растворилась где-то там же, где и иллюзия. Только из пасти повеяло холодом. Капец, блин — токсины сменились на морозную свежесть!

Пофиг, давим! Теперь перечная мята — и в пасть полетела пирамидка с термобарическим эффектом, за ней осколочная, и до кучи «Шаровая молния». Еще и Хомяк дал новый залп, выцелия переносицы и глаза.

Меня отбросило в сторону — то ли объединенной взрывной волной, то ли рывком монстра. Я пролетел метров двадцать, рухнул в снег и еще продолжил крутиться. А когда остановился, понял, что все это время сжимал в руках выломанный клык. Это радует, значит, хоть какой-то урон, но проходит!

Но монстр, возможно, и не заметил потери зуба. И глаза — на месте правой глазницы теперь было черное пятно, в котором с трудом, но угадывался разрыв бронированной шкуры. Седой потряс мордой и уставился на меня оставшимся глазом. Нехорошо так посмотрел, будто приговор мне прочитать собирается.