Чтение онлайн

— А как я здесь? — спросила я тихим, но уже уверенным голосом.

Отчим покрутился в кресле и улыбаясь проговорил:

— О, это интересный вопрос, — он хмыкнул. — Ваш поклонник рычал, кричал, но все равно притащил к себе домой. Сумел даже Аурику переупрямить, — услышав имя матери, я нахмурилась. — Не обижайся на нее. Она резкая, часто говорит совсем не то, что чувствует. Аурика за тебя волновалась.

Губы сами по себе сложились в кривую усмешку, я рухнула на кровать и вытянула руки над головой.

— Родители показались мне совершенно с другой стороны. Необычно, но, кажется, я начинаю привыкать, что особой помощи от них ждать не стоит.

Отчим встал и присел рядом со мной на кровать.

— Вижу, тебе стало лучше, — он опять взял меня двумя пальцами за запястье. — Можешь свободно говорить про вампира?

Я самоуверенно открыла рот и снова замерла. Тело привычно заколотило, зубы опять застучали друг об друга, я отчетливо слышала этот раздражающий звук.

— Нет, — сказала я невнятно и замолчала, пытаясь успокоиться. Шторы закачались, видимо, я опять вызвала ветер.

— Катерина, успокаивайся, — голос отчима звучал строго. — Ты вся пропитана страхом. Там маленький запрет, а ты накачиваешь его негативной энергией, превращая в проблему. Сейчас ты придёшь в себя, и мы поговорим серьезно. Про вампира и твою реакцию. А пока я расскажу тебе сказку. Печальную, но поучительную.

И отчим начал рассказывать, спокойно и размерено. Сначала я даже не поняла, что это история моих родителей. Они встретились совсем молодыми, отец бунтовал и ушел из стаи искать себя, а мать была хорошей послушной девочкой, снежной принцессой. Но когда они встретились, то она все бросила и сбежала из дома за отцом, нарушив все правила.

— Тебе сложно представить, но когда она уходила, то оборвала все связи. Твоя мать как будто умерла для родных. Вот представь, была снежная принцесса, изнеженная, избалованная и вот она превращается в изгнанницу, ведьму без имени. Даже после того, как вернулась, она до конца не восстановила утерянное положение. Ей пришлось выгрызать себе место у трона, поэтому твоя мать вырастила зубы и теперь такая.

Я, не отрываясь, смотрела на отчима, боясь упустить хоть слово, а он наблюдал за мной, тоже пытаясь отследить эмоции.

— Я не спрашиваю, почему она ушла. Мне интересно, как она могла оставить дочь мужу, — я смутилась под насмешливым взглядом отчима. — Я не говорю, что мне было плохо с ним. Просто я не понимаю, если она меня любила, то почему не забрала? Может, не сразу, но потом-то, когда она устроилась?

Отчим вздохнул и пересел в кресло. Закинул ногу на ногу и задумчиво уставился на стену.

— Ты жила в странном вакууме. Знаешь, я очень сердит на твоего отца и рад, что его лишили голоса в решении твоей судьбы, — он покачал ногой и продолжил: — Думаю, хотя бы краем уха ты должна была слышать про единственных у оборотней. Слышала? — он дождался моего кивка. — Так вот, твой отец, будучи с твоей матерью, встретил свою единственную волчицу, и Аурика стала третьей лишней. Она и так чахла в этом жарком для нее климате, а тут еще твой отец переменился после встречи со своей парой, он требовал развода. А потом поступил очень подло. Твой отец спровоцировал Аурику на агрессию, ты же понимаешь, что в этой ситуации это было легко. После он потребовал у стаи защиты и передачи ребенка ему. А твою мать отправили восвояси. Она была одна и у нее не было никого за спиной.

Я перевернулась на левый бок и сквозь ресницы посмотрела на отчима.

— Теперь она ненавидит меня? Я напоминаю, что ее обманули?

Он поставил обе ноги на паркет и положил руки на подлокотники.

— Нет. Она скорее растеряна и не знает, как с тобой общаться. У нее нет детей, кроме тебя, да и ты толком не была ее ребенком. Вас разлучили, когда тебе года не было.

Я вскочила с кровати и с удивлением уставилась на отчима.

— Вы что-то путаете. Моя мать ушла, когда мне было около десяти лет.

Он хлопнул со всей силы по деревянным подлокотникам и гневно произнес:

— Ему даже не хватило смелости сказать тебе, что это не мать, а мачеха! Она воспитывала тебя до девяти лет. Не любила, но терпела, потому что своих детей у них не было. А потом она умерла. Твой отец очень грустил, но довольно быстро утешился с ее сестрой.

Я недоуменно хлопала ресницами, в голове не могла уложиться мысль, что мать — не мать. Она никогда не любила. Я отчетливо помню, что она меня не любила. Может, поэтому я не сильно горевала, когда она ушла. Мне просто было обидно, что она меня бросила и не общается. А если отчим меня обманывает? У него могут быть свои интересы в этом деле, в конце концов, он на стороне матери в этой ситуации.

— Я потом поговорю с отцом, послушаю, что он расскажет мне.

Отчим кивнул и с довольной улыбкой сказал:

— Да, конечно. Знаешь, я хотел бы присутствовать при вашем разговоре, когда его маска добродушного лицемера разобьется вдребезги. А потом мать свою спроси, думаю, тебе будет интересно ее послушать.

У меня вдруг разболелась голова. Эти семейные тайны мне совсем не нравились, мексиканские страсти я не люблю.

— А теперь поговорим о вампире. — раздраженный отчим соскочил с кресла и начал расхаживать по комнате. — Эти самоуверенные волчата думали, что с легкостью поймают хитрую двухсотлетнюю тварь!

— Виталя на свободе? — прошептала я обреченно.

Где-то в глубине души я знала — это он шевелил шторы в съемной квартире, чтобы я догадалась, что он рядом.

— Да. Он подсунул им подготовленную фальшивку — обычную летучую мышь и сбежал. Может обман и вскрылся бы раньше, но новогодние праздники, сама понимаешь. Старшие отправились праздновать, — мне кажется, я слышала восхищение в голосе отчима.

Вдруг стало холодно, я села на кровать и укуталась в одеяло.

— А зачем ему я? Не проще ли уехать куда-нибудь подальше, пока обман не вскрылся, и начать жизнь заново? — мне действительно было странно наблюдать такую непонятную одержимость. — Он ведь даже не общался со мной до того времени, пока я не сходила к гадалке.

Отчим подошел к окну и отдернул прозрачный тюль.

— Вампир никогда не отходил от тебя далеко. Его спугнули волки, и он затаился на время, но продолжал потихоньку тебя пить, — он резким движением дернул тюль на место и с раздражением повернулся ко мне. — Почему ты сразу его не раскусила и не отправила восвояси? Сейчас избавиться от него без потерь для твоей психики невозможно. Он оплел твое сознание плотной паутиной приказов, теперь даже находясь за тысячу километров, вампир может приказать тебе увидеть все что угодно.

Сердце вдруг заныло, я несколько раз вздохнула, пытаясь прогнать тянущую боль за ребрами.

— Его что не было в квартире? — я вдруг начала задыхаться.

Отчим подошел к креслу, не спеша сел и стал внимательно рассматривать свои ногти, а потом поднял взгляд на меня. Его холодные глаза были абсолютно равнодушны, как и голос.

— Даже близко не было. Весь этот спектакль был разыгран для твоего и нашего устрашения, — отчим немного помолчал и, наконец, задал неожиданный вопрос, на который не стал ждать ответа: — Ты слышала, что волк называл меня демоном? Это правда, я не совсем живое существо, скорее одушевленная стихия. И моя природа дает мне возможность понять мир немного глубже, чем остальным.