Отморозок 3
Шрифт:
— Он, сука, обложил меня со всех сторон, — злобно выдохнул полковник, поставив массивную из толстого стекла кружку с пивом на стол. — Если бы не эта московская гнида Мезенцев, комиссия давно бы уехала с благоприятными для нас выводами. Дело сейчас только в нем. Мне иногда кажется, что у него какие-то личные счеты. Только где я перешел ему дорогу, ума не приложу.
— А что говорят твои покровители из Москвы? — Поинтересовался Вахтанг Отаевич, ловко разделывая рака и с удовольствием высасывая сочную мякоть из большой клешни. — Что, они не могут приструнить этого шустрого полковника? Пусть намекнут ему, чтобы он не слишком усердствовал в своем расследовании.
— Его не могут. Он лично вхож к замминистру и с ним связываться никто не хочет. Сейчас в верхах неразбериха. Наш генеральный, по слухам, на ладан дышит. Если, не дай бог, снова будет смена на самом верху, то и министра внутренних дел могут поменять, поэтому уже сейчас все пристально смотрят друг за другом.
— Мы сейчас несем большие убытки. — Вахтанг Отаевич, очистив раковую шейку, с аппетитом съел розовое мясо, отхлебнул пиво из кружки и, поставив ее на стол, продолжил: — Я был вынужден остановить почти всю свою деятельность. Цеха стоят, люди залегли на дно. Несколько моих складов накрыли. Сколько это может продолжаться?
— Вахо, я сам сейчас у него под подозрением, он мне об этом прямо в лицо сказал. Не удивлюсь, если его люди сейчас пытаются отследить эту нашу встречу.
— Эту встречу точно не отследят, — покачал головой Вахо. — Середина дня, в бане сейчас полно разного народа. Но в этом закутке никого лишнего нет, и сюда никто не войдет. Мои парни контролируют все вокруг. Войти сюда с обыском они тоже не смогут, ордер не успеют получить. Как ты заходил сюда, никто не видел, и выйдешь так же. Ну а то, что мы парились в городской бане в одно время, среди нескольких десятков разных людей, доказательством нашей встречи являться никак не может.
— Мезенцева нужно убрать, — тихо сказал полковник и, отхлебнув пиво из своей кружки, продолжил. — Только сделать это нужно ни в коем случае не здесь. Я узнал, что он завтра поедет в Москву на важное совещание. С собой у него будет все, что он накопал здесь. Ничего конкретного быть у него не может, но мало ли что. Неплохо было бы, чтобы он не доехал до Москвы, например, случайно выпал из поезда или упал с верхней полки неудачно.
— Ты думаешь, это решит наши проблемы? — бесстрастно спросил Вахтанг Отаевич, отхлебнув пиво из кружки.
— Отчасти может решить, — кивнул полковник. — Важно будет, кого назначат ему на смену. Если подмазать кое-какие колесики в Москве, то назначат того, кто по результатам проверки напишет все так, как это нужно нам.
— И во что это обойдется?
— Думаю, двухсот-трехсот тысяч будет достаточно. Ты уже потерял намного больше, и потеряешь еще больше, если Мезенцев продолжит под нас копать.
— Хорошо, — кивнул Вахтанг Отаевич, — я подумаю, что можно будет сделать.
— И еще. Ты нашел у себя крысу?
— Нет, — покачал головой Вахо. — Я пока отстранил от работы нескольких человек, по которым есть вопросы. Марина, кстати, тоже пока побудет не у дел. Так что связь пока будем держать по запасному каналу.
— Думаешь, Марина может что-то сливать? — Глаза у Егора Владимировича расширились. — Да нет, точно это не она. Она, конечно, в последнее время слишком много о себе воображает, но чтобы вот так предать… Нет, не думаю.
— Посмотрим. — Прикрыл глаза Вахо. — Пока пусть отдохнет, больше через нее никаких дел.
Полковник Мезенцев сел на переднее пассажирское сиденье в неприметную шестерку желтого цвета. На водительском сиденье сидел капитан Казанцев, одетый в неброский штатский костюм.
— Ну что, удалось что-то зафиксировать? — поинтересовался Мезенцев, протягивая руку капитану.
— Нет, — сокрушенно покачал головой Казанцев, пожимая руку начальника. — Там в бане все было плотно обложено людьми Вахо. Приблизиться к кабинке, где он сидел, не представилось возможности. Потапова тоже постоянно пасти не получалось. Люди Каладзе, вроде не намеренно, но очень грамотно отсекали моих людей. У меня там было всего два человека, и мне кажется, что их вычислили, потому что им просто не давали работать. Рядом постоянно был кто-то из людей Каладзе. По итогу, мы знаем только то, что в одно и то же время в городских банях находился начальник городского БХСС полковник Потапов, и там же в это время был смотрящий по городу уголовник Каладзе.
— Это нам ничего не дает, — задумчиво сказал Мезенцев. — В этот момент в бане было как минимум пятьдесят человек. И ходить в баню у нас не запрещено. Мало ли кем окажется твой сосед по парилке. Так что эта встреча, считай, для нас прошла впустую.
— Так вот, то и оно. — Кивнул Казанцев. — При такой плотной опеке, отследить там встречу, а тем более использовать специальную аппаратуру, не было никакой возможности. Если бы мы узнали о встрече заранее, то можно было бы попробовать установить записывающую аппаратуру в отдельные кабинки, но их там три, и для этого нужно было засветиться перед персоналом бани. А там, на сто процентов, есть люди Каладзе. У Вахо очень хороший начальник безопасности — некто Виктор Смирнов. Он из бывших офицеров, ушел из армии по ранению. Более точной информации о нем нет, она закрыта под грифом секретно. Это не мой уровень.
— Ладно, буду в Москве, попробую побольше узнать об этом Смирнове. По Каладзе и Потапову надо работать дальше. Эта встреча у них не последняя. Что у тебя по Терентьевой?
— Да ничего. — Пожал плечами Казанцев. — Сидит дома или ездит по магазинам, да в парикмахерскую. Ни с кем из интересующих нас лиц она больше не встречается.
— Значит, деза про то, что она сливает информацию нам, сработала? — Удовлетворенно потер руку Мезенцев.
— Значит так.
— Твой человек в окружении Каладзе, может нас заранее предупредить о возможной встрече Каладзе и Потапова?
— Вряд ли. Не его уровень. Он может узнать о ней только по факту, а для нас это уже будет поздно.
— Это плохо. Тогда остается слежка и фиксация. Я сегодня выезжаю вечерним поездом с собранными материалами в Москву. Постараюсь добиться приема у замминистра. Ты остаешься за главного. Не спускайте глаз с Потапова и Каладзе. Мне нужно, чтобы ты зафиксировал их связь.
— Понял, товарищ полковник.
В тамбуре скоростного пассажирского поезда Ростов — Москва, вглядываясь в кромешную темноту за мутным стеклом, покрытым грязными потеками, задумчиво курит полковник Мезенцев. У него между ног стоит небольшой черный чемоданчик, в котором находятся документы, собранные следствием. Это настолько важные документы, что полковник не рискнул оставить их в купе, выйдя покурить в тамбур вместе с ними. Под мерный стук колес и лязганье вагонных сцепок, он обдумывает сложившуюся ситуацию с расследованием, формулируя в уме доводы для руководства, почему он считает начальника городского БХСС Потапова креатурой смотрящего за городом вора в законе Каладзе.
У Мезенцева пока нет железобетонных доказательств, только косвенные свидетельства, собственные догадки и внутренняя интуиция. Как это все можно облечь в доклад на завтрашней встрече в министерстве, он пока не знает. Нужно убедить руководство выделить под это расследование еще людей и спецаппаратуру. Нужно получить доступ в архив министерства обороны и получить информацию по Смирнову. С теми силами, что у него сейчас, он катастрофически не успевает закрыть все дыры. Вроде было правильное решение дискредитировать Терентьеву перед Каладзе, чтобы вынудить его напрямую встретиться с Потаповым, но Каладзе здесь сумел его переиграть, встретившись с полковником в городской бане. Тем количеством людей, что у него там было, Казанцев не смог установить факт встречи. Достоверно известно, что Каладзе и Потапов находились в бане в одно и то же время, как и полсотни других людей. Это никак не бросает тень на Потапова. Как не бросает тень на то, что он имеет близкую связь с Терентьевой, которая в свою очередь является очень хорошей знакомой Каладзе. Терентьева адвокат и может встречаться официально и с тем, и с другим. К тому же, она просто красивая женщина, и вполне понятно, почему Потапов ею заинтересован. Ну и элегантный ход Потапова с объявлением Терентьевой своим информатором, тоже основательно прикрыл его задницу. Поди теперь докажи, что это не так.