Чтение онлайн

– Есть средство. Мама пытается вспомнить название.

– Вспомнить? Как вообще можно забыть название лекарства, которое спасло жизнь твоей дочке?

– Это было очень давно...

– Ладно, прости что шумлю, - Чан обнял девушку, - не переживай, все будет хорошо. Я достану это лекарство. С мальчиками все будет в порядке.

________________________________________________

– Твою мать, Чан! Их там сотни!

– Я видел! Быстрее. Надо найти выход!

– Но наши рюкзаки!

– Да хрен с ними!

– Там ампулы!

– Нет, они у меня!

Чан, Юра и Макс, бегут по коридору, поднимая в воздух клубы пыли. Под их ногами трещит битое стекло. Они достигают конца коридора и вбегают в просторное помещение.

– В окно, быстро!
– командует Чан.

Юра берет проржавевший стул и кидает в оконный проем. Стекло с грохотом разлетается. Он быстро достает крупные осколки из нижней части рамы и выскакивает наружу. Следом из окна выпрыгивают Чан и Макс. Они оказываются в просторном, заросшим высокой травой дворе, окруженном высоким металлическим забором.

– Почему они нас не преследуют?
– спрашивает Юра.

– Нахрена им это? Наши вещи у них. Мы им скорее всего не нужны. А если нужны, то они наверняка, прямо сейчас окружают здание, так что нужно успеть прорваться и затеряться в городе.

Они бегут через высокую траву. Макс бежит первым, достигнув забора, он прыгает на него и цепляется руками за верхний край. Фрагмент забора отрывается от стальных балок, к которым крепился и заваливается вперед, увлекая за собой Макса. Макс пропадает из виду. Раздается его протяжный крик.

Чан и Олег останавливаются. Перед ними открывается крутой, пологий спуск в воронкообразную яму. Земляные стены воронки, заканчивается большой расщелиной на дне. Фрагмент забора уперся в корягу на середине пути к расщелине, но Макса нигде не видно.

– Макс?!
– кричит Чан.

Ответа не следует.

– Черт...

– Что нам делать, Чан?
– спрашивает Юра, испуганным голосом.

– Вытащим его.

Я открыл глаза. Небольшое помещение, бетонные стены, бетонный потолок, бетонный пол, одна дверь. Неподалеку лежит Капитан. Сука, как приятно очнуться и не увидеть, как этот пидр на тебя таращится. Гондон ебаный. В сердцах я вытянул ногу и толкнул его с спину подошвой.

Капитан подорвался на ноги так быстро, что я не успел заметить процесса подъема, словно этот уебок вообще телепортировался. Утрирую, конечно - видел я как он поднимался. Но быстро - пиздец. Короче, он подорвался и стал зыркать по сторонам, словно пытаясь посчитать скольких нападающих ему сейчас придется убить. Ебанутый космический вояка.

– Ты че подорвался, контуженный?
– поинтересовался я.

– Где мы? Что ты успел узнать?
– нервно спросил Капитан.

– Успел узнать, что ты ебанутый. Угомонись на хуй. Нас вырубили.

– И где мы теперь?
– Капитан опустил руки, поняв, наконец, что ему пока ничего не угрожает.

– Я ебу? В какой-то каморке. По-моему, ты меня в такой же запирал, когда я зараженным был.

– Понятно, - Капитан подошел к двери, потолкал ее несколько раз, проверив заперта ли она, а затем приложил к ней ухо и прислушался.

– В общем, - заговорил он, отойдя от двери, - скорее всего, в нашем плане был какой-то недосмотр.

– Да ты что! Правда?!
– я театрально закрыл рот ладонью и выпучил глаза, - Ясен блядь хуй, в нашем плане был недосмотр какой-то, раз нас парализовали и заперли в этой блядской комнате.

– Я просто анализиру...

– Анализируй блядь молча, заебал. Мне итак все понятно. Между станциями налажена связь, и о нас сообщили. Так что теперь нас ждет депортация. Это объясняет, почему мы живы.

– Вряд ли. Зачем тогда вояка бы изучал наш торговый контракт.

– Бдительность усыплял, или просто...

В этот момент дверь распахнулась и в комнату вошли трое. Двое с пистолетами в руках, один безоружный. За дверью толпилось еще несколько человек. Вооруженные люди были в форме, а тот, который без оружия, одет в заношенную вусмерть белую рубашку навыпуск и мешковатые спортивные штаны черного цвета. Длинные, светлые волосы вымыты и висят до самого пояса. Ноги босые.

– Здравствуйте, - дружелюбно поприветствовал нас он.

– Хуяствуйте, - поздоровался я.
– Вы нахуя людей мирных глушите? Лодка моя где? У меня там сто патронов лежало, кто спиздил бля? Ща ебальники вам...

– Закрой пасть, - оборвал меня Капитан, а затем обратился к босому гривотрясу:

– Здравствуйте. Прошу прощения за моего друга. На него всегда так парализатор действует.

– Не нужно извиняться, - широко улыбнулся Гривотряс.
– Слова, это просто слова. Вы вправе говорить все, что вам вздумается. Если ваш друг хочет обвинять нас или оскорблять - он может это делать. Никто его за это не обидит. Но, если слова не требуют наказаний, то некоторые действия их требуют. Вы понимаете меня?

– Не совсем, - немного подумав, ответил Капитан.

– Я объясню. Вы прибыли на нашу станцию с чужими документами. Торговца Потапова и его компаньона тут знают и уважают. Наши защитники разоблачили ваш подлог и обезвредили вас, чтобы избежать возможных бед, которые вы могли привезти с собой.

– Да перепутали мы ебаные документы, неужели не очевидно? На одном столе лежало несколько контрактов, мы схватили что первое в руку попалось. А вы сразу за стволы браться и людей парализовать... Спросили бы хоть сначала...
– изобразил возмущение я.

– Мы спросили. Первый уточнил, есть среди вас Потапов...

– Так правильно, - оборвал его я.
– Среди нас и есть Потапов. Они однофамильцы же. Поэтому и документы попутали.

– Вы изворотливый человек, - в очередной раз улыбнулся Гривотряс.
– Это полезное качество, но в этот раз оно, к сожалению, не сможет вам помочь. Дело в том, что как только мы заподозрили подлог, мы поспешили узнать, что случилось с торговцем, которому принадлежали документы. К моему величайшему сожалению, владелец документов оказался мертв. Как и еще четыре других человека. Нас заверили, что нет никаких сомнений в том, что вы и есть люди, отнявшие все эти жизни...