Чтение онлайн

15 августа. Утром никуда не спешил. Позавтракал, скупался, позагорал на рубке. Оба капитана были все в делах и заботах. Послали всех свободных от вахты людей за свежей водой, долить все цистерны под пробки. Перераспределялось между всеми продовольствие, готовились места для пассажиров. Пару раз: перед обедом и под вечер в море, в киллометрах четырёх, напротив пляжа помаячили небольшие, быстрые галеры. Ушли в сторону Херсонесса. Димыч понаблюдал за ними через большую стерео-трубу шхуны, сказал Пену:

– Возможно, завтра нам следует ждать "гостей". Как мы колошматили Ахметкины калоши, очень многие могли видеть.

– Ну, завтра к обеду нас здесь уже не будет.
– успокоил его Пен.

К вечеру Кныш с охотниками подстрелили ещё пять диких свиней, двух оленей и четырёх косуль. Люди Купы и Кирилла перетащили добытую "дичь" на пляж и приступили к её переработке.

Последний вечер на пляже был снова "музыкальный". После ужина, под "винную порцию" с "Мануши" грянуло:

– "Из-за острова, на стрежень..." в исполнении мужского хора. Запорожцы, а главное, донцы навострили ухи... После того, как пьяный Степан утопил княжну, многие девчонки всплакнули.

Через минутную паузу, для переведения духа, с моря ражий мужской бас затянул про Кудеяра-разбойника и его двенадцати подельниках. Исполняла моя любимая мужская капелла из Питера. После неё слушатели на берегу слегка припухли. Потом Гриша порадовал несколькими православными церковными песнопениями в исполнении той же капеллы. Были и "Святый боже" и "Дева радуйся" и другие. Завершился концерт "Вечерним звоном" и почти повальными соплями и слезами.

Перед сном Пен и Димыч доложили, что корабли к походу готовы.

– А что решили с турками?
– поинтересовался я.

– Да, уж, решили. Все пляжники абсолютным большинством, даже женщины, приговорили - кончать! Пока вы музыкой наслаждались, обоих плотников я отправил на "Манушу". Уже сидят в "ящике". А остальных после "отбоя" сведут подальше в лес и кокнут без шума. Яму уже приготовили. Я специально предупредил Купу, что б женщины и детишки этого не видели.
– информировал нас Лёшка.

– Ладно, быть посему! Всем "Отбой"! Завтра, как на берегу позавтракают, сворачиваем лагерь, грузимся на корабли и "гудбай Крым!" - подвёл я черту.

Гл. 9

Крымский поход (Часть 11)

Дорога домой.

16 августа. От "пляжа" до Змеиного нам предстояло пройти 280-300 километров. Общий "подъём" боцмана просвистели ещё до восхода солнца. Все свободные погрузились в шлюпки и пошли на берег, эвакуировать имущество. Там уже командовали Лёха, оба боцмана, Купа и Кирилл. Резво снимали тенты-навесы, тащили в лодки лежаки, одеяла и прочий корабельный скарб. Поварихи спешно готовили основательный завтрак. На галерах придёться обходится без горячей пищи.

Я отловил и отозвал Мусу в сторонку:

– Слухай сюда, джигит.
– обратился я к нему по-татарски.
– Мы уходим, взять тебя с собой не можем, наши законы не позволяют. Вот тебе деньги, - я протянул ему десять золотых, горсть серебра и две горсти меди.
– В Херсонес тебе возвращаться нельзя. Сейчас турки будут злые на нас, а многие видели, что ты уплыл с нами. Они тебя схватят и будут пытать о нас, кожу с тебя живого сдерут, даже если всё расскажешь. Сейчас ступай к брату Алексею, скажешь, чтобы он тебе подобрал одежду из турецкой попроще. Переоденешься, свою "робу" спрячь подальше. Потом пойдёшь в Балаклею, купишь там небольшую рыбацкую лодку. Можешь сказать, что покупаешь её для купца из Варны Кеп-Димучь-Аги, и он на обратном пути из Кафы её заберёт. Если тот парнишка на пристани, которого мы видели, сирота, то можешь и его с собой прихватить. Вдвоём вам будет и веселей и легче. А потом плыви на лодке в Кафу или Керчь , найди или купи себе там жильё и живи, лови и продавай рыбу, и жди нас. Свои деньги прячь подальше и не показывай, если жить хочешь. Мы ещё вернёмся, когда - я пока не знаю. Но обязательно вернёмся. И тогда я тебя сделаю очень важным и уважаемым человеком, если ты только русский язык выучишь к тому времени.

– И запомни: никому, никогда, даже во сне, ничего о нас и о том, что здесь видел не рассказывай. Если хочешь живым остаться. И не забывай мыть руки перед едой. А теперь ступай и помни мои слова.
– посмурневший Муха умчался к Лёхе.

На большую галеру, в усиление, я послал Драпа и Белонога, а на малую - Кныша и Григория. Они взяли с собой по три автоматчика на борт, по пулемёту-гранатомёту с боеприпасами и радиостанции с причиндалами. Галеры были полностью отремонтированы, оснащены, затарены и обвешаны гирляндами довяливающегося мяса, нарезанного тонкими полосами. Кормовые навесы уже были натянуты.

Пока "пляжники" завтракали, мы продолжали подчищать берег. Последними погрузили на галеры котлы, казаны и прочую кухонную утварь.

К восьми утра всё было погружено и все погружены. Девки и малята были перевезены на шхуну. Раненных и ещё двадцать человек завезли на шебеку. Остальные погрузились на галеры. Больше нас здесь ничего не держало. Димыч дал прощальный гудок и все начали поднимать паруса.

Ветер за ночь переменился и сейчас дул почти строго с севера. Видно, появившиеся последние два дня, облачка были не просто так. Мы взяли курс на юго-запад, удаляясь от берега. Когда уже отошли километров на 12, Петя показал в сторону берега:

– Ты был прав и Димыч угадал, - я взял у него бинокль и посмотрел в указанном направлении. На фоне береговых скал со стороны Херсонеса шли девять посудин. Самих корпусов уже не было видно,но паруса различались вполне. Шли в кильватер друг за другом, растянувшись в колонну.

– А за нами не погонятся?

– Это вряд ли. Кишка тонка. Да и не рискнут, наверное, от берега отрываться, вернуться ветер не позволит. А у них, наверняка, через лес по берегу ещё немалое войско продирается.
– успокоил Пен.

Впереди шёл Димыч на "Котёнке", следом большая галера, за ней малая, мы замыкали колонну. Шли только под парусами и выжимали более семи узлов. Когда берег окончательно скрылся, повернули и взяли курс на остров Змеиный. Скорость упала до пяти с половиной узлов. Петя сообщил, что до острова по карте 284 километра и при этой скорости будем там примерно через 30 часов. Я связался по рации с Драпом и Кнышом. Оба успокоили: команды развлекаются, как могут. У Кныша двое уже подрались, получили каждый от него по чавке и помирились. Вахты распределены и назначены. Потекла спокойная, размеренная походная жизнь. К ужину ветер зашёл уже почти с северо-востока и немного усилился. По небу зачастили облака. Мы пошли быстрее, приноравливаясь к ходу галер. Волны достигали уже почти 3-х баллов, вполне ощутимо качало. Шли всю ночь, включив ходовые огни и на галерах тоже. К рассвету никто не потерялся. Ночную вахту на галерах стояли "наши".