Чтение онлайн

– А как же молодые?
– непонятно спросила Ольга, но я догадался о чём она.

– Если нашли к тому времени свою возлюбленную или возлюбленного могли жениться или просто вместе жить. Если через некоторое время понимали, что господь им не эту избранницу или избранника предназначил, могли расстаться и искать свою половинку дальше. А если понимали, что созданы Господом друг для друга, то венчались, создавали семью и заводили детей. Бывало и так, что после нескольких лет совместной жизни могли разлюбить друг друга и разойтись. И искали себе другого спутника по жизни. Любой человек имеет право на собственное счастье. А счастье - это есть Любовь. А Любовь - это есть Бог.

– А как вообще жили?
– не унималась Ольга.

– Мужчины, обычно, работали и обеспечивали всем необходимым свои семьи, женщины занимались хозяйством, держали в порядке дом и растили детей. Но, бывало и так, что женщина-мастерица могла заработать больше мужа и приносила в дом больший доход. Тогда уже муж занимался хозяйством, домом и детьми. Но главным стержнем любой семьи оставались любовь и согласие в доме.

Аж самому стало противно от своего менторского тона. И скулы свело от своего ханжеского и занудно-поучительного бреда. А что делать? Ну не учить же их 'плохому'? Может быть ещё и заложить здесь основы для феминисток и лесбиянок?

Ольга надолго задумалась, переваривая мои перлы, и я перевёл дух. Потом выпалила:

– А мы?

– Что вы?
– опешил я.

– Ну, мы, девчонки? В Гетерии? Мы как?

"Ага, самый актуальный вопрос."

– С вами в Гетерии всё нормально. Ваша главная задача сейчас там, учиться всему, чему вас учат. Но это не значит, что вы всё это время должны быть монашками и если кто-либо из вас найдёт себе здесь сердечного дружка или даже мужа, Бог их не осудит за это. Насиловать вас здесь никто не станет. Здесь куча молодых парней, неженатых. Вот и делайте с ними что хотите. Любая из вас может сказать "Нет" парню. Но и любой парень может сказать "Нет" любой дивчине. Здесь главное Любовь решать будет. Но если все парни сказали девушке "нет", то ей нужно будет искать себе суженного вне этих парней. И это ЗАКОН этого Острова!!! Можешь передать это всем другим девчонкам.

– После обучения те, кто не пустит здесь "корешков", поедут жить в Московию или в родные места, а на их место придут другие на обучение.

Ольга помрачнела.

– И я тоже могу выбирать?

Моё сердце дало сбой.

– Можешь.
– выдавил я из себя.
– "Но мне очень не хочется убивать твоего избранника".- подумал при этом. Она видно это почувствовала.

В эту ночь Ольга впервые осталась в моей келье...

Чёрт!!! Дожить до седьмого десятка и так дрожать перед сопливой 17-летней девчонкой!

Что-то у нас получилось. И даже не один раз. Но это "што-то" было скорее физиологией или сексом, но не любовью. Я любил её тело, я сходил с ума от её запаха и бархатистости кожи. Я тонул в её глазах и зверел от каскада её волос. Одно прикосновение к её груди взрывалось во мне вулканом желания и восторга. Но ответного подобного чувства я не ощутил. Я видел, я чувствовал, что близость со мной Ольге доставляет удовольствие и вызывает ответную страсть. Но Любви я так и не почувствовал. Просто встретились два молодых, здоровых тела и занялись сексом.

Утром я не мог ей смотреть в глаза. И раненько по-тихому, пока она спала, улизнул на корабль.

После этой ночи Оленька переселилась ко мне. Нет, она по-прежнему проводила весь день с утра до вечера в Гетерии с девчонками, училась, выполняла там свою работу и обязанности. Но вечером приходила ко мне в келью.

......
– Ну, и кто из вас такой смелый, что не побоялся 'проклятья' 'Создателей' и принудительной кастрации?

Гл. 13.

Генуя

Наступил октябрь. Погоды ещё стояли вполне 'приятственные' и мы решили порешать кое-какие назревшие вопросы. На обратном пути с Мальты 'Манушу' опять обстреляли корабли генуэзцев. В бой она вступать не стала, просто врубила мотор и ушла против ветра. Но Пена подобное поведение этих 'первых' банкиров возмутило, и он жаждал их крови. Наш МИД-министр Эдюня предложил весьма коварный план: - Ограбить этот Банк прямо в самой Генуе. А заодно и наше финансовое положение подправить. Закупка леса, скота, зерна, продовольствия и остального для новосельцев Фазенды заметно уменьшили наш и без того невеликий 'Золотой Запас'. А тут какие-то зажравшиеся банкиры ешё нападают на наши корабли. Ну просто сил никаких нет терпеть подобный 'беспредел' и мы просто обязаны отомстить!

Идти решили на трёх кораблях: - 'Мануше', 'Осётре' и 'Котёнке'. Я, Эдик, Димуч, Лёха и Пиндос улеглись под гипнопеды, изучать тутошние 'Идиш' и 'Иврит'.

По пути к Генуе, зашли на Мальту и я у Великого Магистра выпросил себе рекомендательное письмо Генуэзскому Банку Джоржа. Имея оригинал, мы довольно быстро слепили на нашем бортовом компьютере рекомендательное письмо на Моисея Соломоновича Рабиновича из самой Хайфы, представителя купеческой общины. Заодно посетили вездесущие еврейские лавки и ломбарды, закупили необходимый антруаж и прикид. Понаблюдали и послушали 'природных' местных иудеев.

Мы доплыли до Корсики, прикурковались там в уютненькой бухточке и арендовали там же небольшую фелуку. На ней с радиостанцией и нашим экипажем в самую Геную отправился Саша Пиндос с Эдиком. Одной недели работы наших 'Штирлицев' в порту Генуи вполне хватило, чтобы организовать налёт на Банк. Его 'исторический' адрес был нам известен из компа, его план - тоже.

Одним ясным октябрьским утром шебека с торговым флагом Османской Империи вошла в порт Генуи и пришвартовалась к пристани. 'Мануша' осталась на 'очень' далёком рейде, с берега и не разглядеть толком. А 'Осётр' высадил на берег, всего в четырёх километрах от гавани, в укромной закрытой бухточке миномётный расчёт с 80мм миномётом и соответствующим боезапасом. Да и сам стал на якоре рядышком.

Эдик незаметно вернулся на 'Котёнка' и за полчаса преобразился в пожилого почтенного купца из Хайфы, с положенными пейсами, хламидой и соответствующим головным убором. Ну, и разумеется, с бесконечно печальным лицом. На фелуку, Пиндосу в помощь были на лодке отправлены снайпер Кныш и один автоматчик. А я прикинулся 20-летним еврейским оболтусом, племянником почтенного купца. Опять же, в соответствующем прикиде и с пейсами.

К 11:00 местного времени мы с Эдиком заявились в банк, с рекомендательным письмом. Благо, его двери выходили почти на самую набережную порта. У дверей стояло четверо мордоворотов, обвешанных железом. Почтенный купец вступил с ними в переговоры. Я особо не прислушивался и бдил по сторонам, намечая возможные пути отхода и укрытия. По докладам 'разведки' было известно, что кроме этих четырёх стражников, в самом банке сидят ещё около двух десятков обормотов, причём, днём и ночью.

Наконец, нас допустили вовнутрь. В здоровенном зале нас встретил такой же, вечно печальный тип, маскировавшийся одеждой и повадками под итальянца, испанца или француза. Эдик вручил ему рекомендательное письмо Мальтийского Ордена. Нас пригласили к столу у стены. Банкир и наш купец присели к нему, а я, по статусу, остался маячить на ногах.

Эдя стал разъяснять ситуацию: - Мы де, плывём в Лондон и Копенгаген по торговым делам. На морях сейчас не спокойно и перевозить большие ценности чревато, а Дон Рамон Перелльос, давний клиент их общины в Хайфе, клятвенно заверил, что Генуэзский Банк является абсолютным гарантом во всей Европе и в Новом Свете. Поэтому мы бы хотели открыть кредит в этом банке, положить часть наших денег здесь в Генуе, получить соответствующие документы и по ним в Лондоне, Ротердаме или Копенгагене получить необходимую сумму на руки.