Чтение онлайн

Улица Зои Кругловой в Великом Новгороде была перекрыта частными сыщиками с двух сторон. Работали всем коллективом. Никто не решился отдыхать, решили довести до конца начатое дело. Из дома № 15 не могла выскочить незамеченной даже мышь. Но, по всей видимости, выходило, что неизвестного, предположительно Голубева Дмитрия Валентиновича, здесь уже нет. Тамара вела свой обычный образ жизни, занималась хозяйством, посещала магазины. Автомобилем не пользовалась, почему-то ходила пешком. Может быть, потому, что далеко из района проживания не удалялась. Магазины и центральный рынок находились рядом. Никакого намека на присутствие постороннего мужчины в доме не было.

В 12 часов дня Куштов привез Светлану. Женщина попросила высадить ее несколько раньше, чтобы не привлекать внимание к машине, и пешком пошла в направлении интересующего их дома. Сыщики продолжали контролировать ситуацию. Кроме всего прочего, Сергей попросил ее по возможности попытаться незаметно взять с собой какой-нибудь предмет, которым мог пользоваться преступник, и на котором могли остаться отпечатки его пальцев.

Установщица сначала прошла в дом № 13, затем, минут через 10 — в 17-й дом. Здесь она находилась достаточно долго, около 40 минут. Скорее всего, сумела разговорить хозяев, и выуживала от них всю возможную информацию. И только потом зашла по интересующему адресу. Сыщики были напряжены до предела. Мало ли, чего можно ожидать от этого посещения. Голубев далеко не дурак, и, если он гасится здесь, то с его стороны возможны любые агрессивные действия.

Слава Богу, все обошлось. Минут через двадцать Света вышла со двора дома и прошла на улицу Орловскую, где к ней сразу же подъехали Осокин с Петровичем. Михаил и Александр продолжали пока перекрывать адрес.

— Ну, что, друзья, мои, — Светлана была в хорошем настроении, и чувствовалось: установка проведена на должном уровне. — Вашего кадра здесь нет. Как поясняет Тамара, он уехал еще вчера, куда, она не знает. Сказал, что сам найдет ее, или приедет, или сначала позвонит. Зовут его Александр, фамилия, с его слов, Ефимов, документов его она не видела. Опять же, с его слов, проживает он в Солнечногорске. В Новгород приезжает по работе. Познакомилась с ним пару месяцев назад в кафе «Олимпия», где отмечала свой день рождения. Он тогда прожил у нее две недели, это было в конце мая-начале июня. Часто пользовался машиной. Денег не жалел, не жадный, и достаточно обеспеченный. О работе ничего не рассказывал. Все вышесказанное подтверждается соседями из 17-го дома. Там проживают очень общительные бабушка с дедушкой, которые к тому же и любопытны до невозможности. А Тамара в очень хороших отношениях со старушкой, частенько помогает ей, в общем, дружат и плотно общаются. Из дома иногда уходил рано, в районе 7 часов утра, иногда после обеда, в районе 14 часов. У меня создалось впечатление, что молодая женщина говорит чистую правду. Вероятно, ваш подопечный не ставил ее в известность по поводу каких-то своих планов, и не объяснял, чем он здесь занимается. Как ты и просил, Серега, я попыталась взять что-нибудь из вещей, которыми тот пользовался. Удалось незаметно похитить лишь зеркальце с умывальника, перед которым он брился. Я думаю, что Тамара может через какое-то время это заметить, так как мне пришлось уточнять у нее, могу ли я воспользоваться зеркальцем, якобы в глаз что-то попало. Она мне и сказала, что могу, и что это зеркальце Александра, с его помощью он брился и, вероятно, забыл его. Ну, да это можно списать на мою невнимательность, автоматически могла положить его в сумочку. Что еще? Да, удалось разговорить ее по поводу отъезда Александра. Это было вчера. Он почему-то вышел из машины во дворе дома 30 по улице Новолучанской, куда сам попросил ее заехать. То ли женщина в действительности совершенно не в курсе на все сто процентов о слежке и других делах этого Александра, то ли она тщательно проинструктирована им. Вот теперь, пожалуй, все. Больше ничего узнать не удалось. Решайте сами, стоит ли ее теперь держать, или нет.

— Спасибо, Светик, — информация, полученная в результате установки, была очень интересной, и Сергей с Петровичем были очень довольны Светланой. Осокин лишь уточнил, — Ничего не заподозрила эта Тамара? Как думаешь?

— Не должна. Легенду я использовала правдоподобную, не буду раскрывать свои секреты, а Тамара довольно общительная и в основном сама прекрасно шла на контакт. Даже про то, как он уходил через двор с аркой, сама стала рассказывать. Если, конечно, она не так проста, какой хочет показаться, то можно предположить, что намеренно это сделала для того, чтобы у меня создалось впечатление о ее правдивости и неосведомленности. Возможно, она так проинструктирована разрабатываемым. Но у меня, все равно, стойкое убеждение, что Тамара ничего не знает об этом Александре. Поверь мне, Сережа, уж я-то в людях разбираюсь, и чувствую на сто процентов, когда меня пичкают ложью.

— Да, Света, я это знаю и доверяю полностью твоему мнению. Скорее всего, так оно и есть. Эта женщина владеет лишь частичкой той информации, которая имеет место в действительности. Голубеву выгодно держать ее в неведении. Во-первых, это безопасно в случае ее отработки, во-вторых, незачем избавляться потом от ненужного свидетеля, в-третьих, через нее он может вливать нам любую дезинформацию. Она, сама того не подозревая, может нам сдавать все то, что он ей повесил на уши. А то, что он попросил ее поучаствовать в проверке обнаружения хвоста, так это ему только на руку. Понимая, что мы будем потом работать с Тамарой, этим он нам дает понять, что полностью ей доверяет. Значит, и мы можем доверять ее показаниям. Таким образом, он может направить нас на какой-то ложный след. Но пока я ничего конкретного не наблюдаю. Он даже не сказал ей, куда отправился и когда вернется. В любом случае, наблюдение с дома надо пока снимать. Надо контролировать передвижения Ольги, обезопасить Данила. Хотя самое реальное для нашего противника, мне кажется, это заняться мною. Элементарно просто и эффективно. Если он уже работал в Новгороде, значит, он уже достаточно много знает про меня, Ольгу, мои телефоны. Достаточно позвонить от имени любого клиента, назначить встречу и простенько так меня зачистить. Или же еще проще: я бегаю по утрам очень рано, в районе пяти-шести утра. В это время на улице вообще никого нет. Мне думается, если ему необходимо продолжить список жертв прошлого расследования пятилетней давности, то это самый оптимальный и эффективный вариант.

— Вероятно, ты прав, — Петрович согласно кивнул, — но меня беспокоят Воронеж и Москва. Надо там тоже очень грамотно сейчас поработать. Я должен быть здесь, с тобой. Остается Слава со своими ребятами и мои воронежские друзья.

— Ребята, — Светлана засобиралась по своим делам, — если я больше пока не нужна, давайте, я пойду. Дел очень много накопилось. Если что, я на телефоне и всегда к вашим услугам.

— Еще раз огромное спасибо, Светик! Ты даже и не представляешь, как нам помогла! Спасибо!

Осокин связался по рации с ребятами, и все вместе через пять минут собрались на площадке около центрального рынка. Надо было обсудить дальнейшие мероприятия, которые в принципе сводились лишь к контролю за Ольгой, Данилой и Сергеем. Да и зеркальце через знакомых оперов проверить на отпечатки, вдруг повезет? Что касается бывшей жены, то Сергей решил поговорить с ней, частично поставить ее в известность об угрожающей опасности, Данила на пару недель можно отправить с тетей Валей, которая сейчас в отпуске, куда-нибудь отдохнуть, ну а самому вместе с Петровичем вести обычный образ жизни и ждать…

Ждать активных действий Голубева. Лишь бы не проморгать их. Если он их переиграет, то кто-то из них или родных и близких им людей, может запросто погибнуть. Саша с Михаилом будут по обстоятельствам, исходя из реальных возможностей, контролировать Ольгу. Сегодня вечером в скайпе нужно все подробно обсудить и проанализировать с Генераловым. Может быть, и у него уже появилась новая информация. Что-то друг Петровича молчит, как там дела по поводу опознания Голубева?

— Давай-ка, Серый, звони в свой Воронеж! — Осокину не терпелось быстрее узнать обстоятельства опознания обгоревшего трупа. — Что-то не очень торопится твой друг.

— Хорошо, — Петрович взял в руки мобильник и стал набирать номер друга. — Я и сам уже весь в нетерпении.

Друг ответил сразу же и сообщил, что сам никак не смог выполнить просьбу Петровича, какого-то депутата там грохнули, и все на ушах стоят. Попросил это сделать своего подопечного опера, но тот пока ничего ему не сообщил. Сейчас он его найдет и поторопит. Потом перезвонит, пусть Петрович еще немного потерпит.

Сергей отпустил ребят, а сам с Петровичем поехал встречать Ольгу: разговор с ней предстоит достаточно серьезный, и будет лучше, если Афанасьев будет при этом присутствовать.

— Слушай, Осокин, а ты не с ума ли сошел? — Ольга была и напугана и возмущена одновременно. — Из-за твоей долбаной работы я теперь прятаться по углам должна? Девочек своих на Алтай отправил, а меня с Данькой как живца решил использовать?

— Если ты внимательно все вспомнишь, то и началась эта вся жуть пять лет назад именно с тебя, и сейчас мы расхлебываем последствия и кое-каких твоих действий. Так что не вставай в позу, а давай думать, как наиболее безболезненно выйти из этой ситуации. Валя собиралась в Питер с Данькой съездить к родственникам, пусть сегодня же уезжает и побудет там недельки полторы. Объяснишь ей сама как-нибудь поспешность такого решения. Сама одна из дома старайся не выходить. Пусть твой Игорек тебя везде сопровождает. Лучше, если будешь сидеть дома и никуда не ползать. О всех своих перемещениях сообщай мне. С тобою рядом практически всегда будет находиться кто-нибудь из нас: я, Петрович, Саша или Михаил. Пусть тебя это не беспокоит и не удивляет. Все поняла?

— Понять-то я поняла, но как долго это будет продолжаться? — бывшая жена Сергея обратилась к Афанасьеву, — Петрович! Как я могла с этим человеком еще прожить несколько лет? Представляешь, никакой личной жизни! Теперь еще и хвоста ко мне приставил.

Петрович улыбался и слушал Ольгу. Он видел, что за ее внешней бравадой и наездами на Сергея чувствовались и страх, и беспокойство, ну и, конечно же, недовольство всей этой ситуацией. Поэтому он постарался успокоить ее:

— Оленька, не беспокойся, мы постараемся разрулить положение, как можно быстрее. Если будешь слушаться нас с Серегой, все будет хорошо. Ничего не случится ни с тобой, ни с Данилой, ни с нами. Хорошо?