Чтение онлайн

— Ладно, сыщики, что-то мне страшно немного, вы там постарайтесь все хорошо сделать, а я, в свою очередь, буду выполнять все ваши рекомендации. Но ради Бога, постарайтесь быстрее управиться со всем этим. Мне хватило того кошмара пять лет назад, не хочу больше повторения пройденного. И, Петрович! Береги себя и этого муженька моего бывшего. Не дай Бог случится что, кто мне алименты на Даньку платить будет?

Оля выпроводила мужчин из квартиры. Игоря дома еще не было, и оба сыщика, которые, встретив Ольгу с работы, сразу же приехали к ней домой для серьезного разговора, теперь, немного успокоившись, отправились по своим делам.

Петрович остановился у Сергея с мамой, благо места хватало, тут же был ноутбук, интернет. Наступило время связи с Генераловым, проще «Маршалом». Сыщики поторопились домой.

Когда подъезжали к дому, раздался звонок мобильного телефона Афанасьева. Звонил опер из убойного. Петрович взял телефон и нажал клавишу приема:

— Да, слушаю тебя, говори.

— Ну, ты, брат, и накаркал! Поторопил я своего опера, и вот он мне отзвонился десять минут назад. Спешу тебя обрадовать: врач-стоматолог, который делал официальное заключение по остаткам сгоревшего трупа, вернее его челюстей, и карточке Голубева Д.В., лечившего свои зубы последний раз за месяц до посадки, и который на сто процентов опознал Голубева по карточке и снимкам, вчера не пришел с работы домой. Иначе говоря, пропал без вести. Такого с ним никогда не происходило, и члены семьи очень обеспокоены. Заявление подали сразу же. Розыскное дело пока не заведено. Наши, подождут, как положено, пять дней, но и после этого не думаю, что будут напряженно искать. Как говорится «нет тела — нет дела!» А у тебя там есть какая-то информация?

— Есть, но пока все бездоказательно. Нам известен человек, который непосредственно связан с пропажей врача. Уверен, что скоро обнаружите труп с признаками насильственной смерти. Но привязать к нему нашего разрабатываемого будет практически невозможно, если, конечно, он не наследил. А он это очень хорошо делает. В смысле, не оставляет следов. — Петрович посмотрел на Сергея и добавил, — давай, мы посоветуемся, все обмозгуем, и завтра я тебе позвоню, или сегодня в районе одиннадцати вечера.

— Хорошо, позвони в любом случае. Чувствую, именно нашему отделу придется работать по этому делу, если действительно нарисуется криминальный труп этого стоматолога.

Пока они разговаривали, сыщики поставили машину и поднялись к Сергею домой. Друзья закончили разговор и отключились, а Сергей включил компьютер и стал настраивать скайп. Слава должен был уже ждать. Через пару минут на экране монитора появилось знакомое лицо «Маршала». Качество было неплохое, заметно даже, что Слава какой-то утомленный, усталый, но, тем не менее, в голосе чувствовалась бодрость. Молодец, держится! Осокин подмигнул ему:

— Привет, Слава, давай с тебя начнем? Что нового?

— Ну, привет, конечно! А новенькое есть. Самое главное, наверное, это то, что следствие установило: убийство Семенова и Матрюшенко совершено из одного и того же ствола. Вероятнее всего, с использованием глушителя. Ранее он нигде не светился, криминальной истории не имеет. Опера пытаются установить всю его жизнь, от рождения до сегодняшнего дня, пока ничего интересного не нашли.

— Интересное кино, — Осокин не очень был удивлен. — Это все подтверждает лишь то, что все преступления являются звеньями одной цепи и, действительно, каким-то образом связаны с пятилетней криминальной историей, в которую мы все волею судьбы были втянуты.

Афанасьев также без особого удивления принял к сведению этот факт, и тут же высказал свое мнение по данному вопросу:

— Все это так, но почему бы нашим противникам было не использовать разное оружие? Почему пистолет не скидывался на акциях, и до сих пор не скинут? Разве не проще было сделать именно так? Мы или полиция могли бы и не связать все эти преступления воедино. Напрашивается вывод, что им надо, чтобы и полиция, и мы, связали эти факты вместе. То есть, они сами навязывают нам версию, что сегодняшние преступления неразрывно связаны с прошлым. Не могу никак пока понять, кому и зачем это надо. Согласны вы со мной?

— Да, мне думается, что ты прав, — московский собеседник утвердительно кивнул. — Давайте, пойдем чуть дальше. Мною организована охрана шефа и его жены, гласная и негласная. Причем я решил сделать так: охрана официальная, у шефа это пять телохранителей с автомобилем, у его жены один телохранитель, не знают о том, что их негласно водят еще группы наружного наблюдения, по три человека с автомобилем. Пока ничего интересного не зафиксировано, все идет как обычно, если не считать все меры предосторожности, предпринимаемые нами. Все мои сотрудники задействованы на 150–200 процентов, как, впрочем, и я сам. Людей катастрофически не хватает. Отчет мне предоставляется каждые два часа по телефону. В конце рабочего дня, как правило, это около 22 часов, письменно.

— Ясненько, — новгородский детектив очень хотел услышать о результатах работы по убийству Матрюшенко. — Как там дела по работе со свидетелями по Матрюшенко?

— Установили подростков и одну из старушек. Все как один утверждают, что ничего необычного не запомнили, никаких посторонних не видели, ничего не слышали. Полный ноль. Интересен лишь тот факт, что установить вторую старушку не удалось. Опрошены все жители подъезда, такая бабушка здесь не живет, и в гости она ни к кому не приходила. Остается только одно: убийца переиграл моих ребят, умело замаскировавшись под старуху. По домофону позвонил жертве, которая без колебаний его впустила. Возможно, они созванивались. Опера работают сейчас с распечатками трафика телефона потерпевшего.

— Если убийца наш Голубев, — продолжил рассуждения «Маршала» Петрович, — то их связь с Матрюшенко наводит на определенные мысли. Дочь убитого знакома с дочерьми Сергея. Возможно, через нее и ее отца Голубев, которого можно предположительно считать убийцей-исполнителем, так называемым «Хозяином», мог получить необходимую информацию о том, что девочки поехали отдыхать в Дагомыс, их внешние и другие данные. Как вам моя версия?

— Очень реальная и вполне рабочая, — Осокин согласился с коллегой без всяких сомнений. — Вполне возможно, так оно и было. Надо осторожненько поговорить с Викторией. Какую роль она может играть во всем этом. Слава, разберешься с этим?

— Да, я как раз завтра планировал с ней встретиться. Давайте пойдем дальше. По УДО Голубева пока ничего установить не удалось. Вся информация прерывается за пределами колонии. Концов не найти. Мой человек пытается что-то раскопать, но боюсь, что это направление придется бросить. Что-то знает начальник колонии, но его никак разговорить не удается. Я предполагаю, что он связан неплохой суммой денег, которая ему уже отвалена, а может и продолжает что-то капать. Можно, конечно, взять его в разработку, но в настоящее время для этого нет ни сил, ни средств, ни того же времени.

— Слушай, Слава, — Сергей был удивлен такими способностями Славиной службы, — как за такой короткий срок тебе и твоим ребятам удается так много отработать материала? Молодцы!

— Я же говорю, задействованы абсолютно все почти на 200 процентов. Тяжело, конечно, но что поделаешь…

— Да, — Петрович присоединился к Сергею, — действительно, молодцы. А как дела с нашей Федотовой?

— Здесь тоже много интересного, — «Маршал» продолжил свой отчет. — Федотова Светлана оказалась не той, которая была на кладбище, но мы нашли с ней общий язык, и она мне предоставила интересующую нас женщину. Та сама с охотой пошла на встречу. Как мы знаем, Саша Семенов был вдовец, дочь воспитывал один при помощи родной сестры, которая сейчас и забрала Станиславу. С Натальей, это интересующая нас женщина, его связывали серьезные чувства, связь их длилась несколько месяцев, секретов от нее у него не было. Исключение, конечно, составляла его работа. Тем не менее, Наталья сообщила, что Саша за последний месяц изменился, стал более озабоченным, высказывал опасения по поводу наезда на Холдинг. Якобы получил от своего агента информацию, что кто-то из конкурентов хочет забрать каким-то образом весь бизнес у шефа. Все это должно быть связано с расследованием, которым Саша занимался вместе с вами пять лет назад. Ни имен, ни фирм, ни дат, ничего конкретного он ей не называл. Вот, если коротенько, то так…