Чтение онлайн

Но я не собирался вступать с ним в бой, продолжая неизменно отступать назад и уклоняться от его ударов. Все ещё держа в руках окровавленный кинжал, последнее, чего хотел — это пускать его в ход против собственного брата. Как бы он ни был сейчас на меня зол, как бы сильно ни ненавидел и как искренне ни желал смерти. Я только что убил его избранницу. Теперь у него имелись все основания сделать то же самое со мной. И если этому будет суждено случиться, пусть так. Ощутив за спиной холодную стену, успел в последний момент пригнуться и отскочить в сторону, дабы не дать нападавшему загнать меня в угол. Но Сэм и не думал так легко сдаваться, а я продолжал уклоняться, хоть с каждым разом это и давалось мне все сложнее. Не знаю, сколько бы мы еще вот так кружили по комнате, если бы по ней вдруг не прокатился громкий властный голос, заставивший нас обоих мгновенно остановиться:

— Сэммуэль, хватит!

— Ваше высочество, — тут же опустив оружие и развернувшись, склонив голову перед появившейся в дверях старшей принцессой, покорно отозвался мужчина.

Я же продолжил молча стоять за его спиной, дожидаясь, пока Диналлия оценит обстановку и сама ко мне обратится.

Окинув спальню быстрым цепким взглядом и остановив его на кровати, эльфийка сразу негромко вскрикнула и, прикрыв рот ладонью, тут же поспешно отвернулась. Но, умудрившись довольно быстро справиться с испугом, через несколько мгновений она все же заставила себя зайти в комнату. Усиленно избегая смотреть на мертвую, зло нахмурившись, ее высочество повернулась в нашу сторону и холодно поинтересовалась:

— Кто это сделал?

Мой выход. Обойдя продолжавшего неподвижно стоять Сэммуэля, попытался приблизиться к принцессе, когда мне наперерез бросились два ее личных охранника. Перегородив собой дорогу, они первым делом отобрали оружие, насильно усадили меня на колени и только тогда сделали шаг назад, пропуская вперед Диналлию.

— Простите. Но ваша мать не оставила мне выбора, — начал я, низко склонив голову, опираясь обеими руками на пол и надеясь лишь на то, что мне позволят договорить. — В течение долгих лет она со всей присущей ей жестокостью неустанно издевалась над моей избранницей. Превратив сначала в смертную, раз за разом убивала ее всевозможными изощренными способами. К сожалению, я узнал об этом слишком поздно. И потому сделал то единственное, что ещё могло ее остановить. Знаю, я не заслуживаю прощения за совершенное мной преступление. И тем не менее, молю вас о нем. Я также вверяю в ваши руки свою жизнь. Теперь вы вольны распоряжаться ею, как посчитаете нужным. Обещаю смиренно принять любое наказание, которое вы изберете.

— Увести! Запереть! Не давать ни еды, ни воды. И никого к нему не пускать! Я позже решу, что делать с этим изменником, — раздалось твердо и громко после нескольких мучительно долгих мгновений тишины, в течение которых новая правительница темных решала, как именно ей следовало со мной поступить. Не успела она отдать свой приказ, как и не думавшие далеко отходить стражники тут же подхватили меня под мышки и, резко подняв с пола, грубо толкнули в сторону двери.

Выйдя из королевской спальни в их сопровождении, увидел толпившихся в коридоре и испуганно перешептывающихся между собой фрейлин принцессы. Среди них была и Мия. На сей раз, не смея даже взглянуть в ее сторону, чтобы ненароком не скомпрометировать, опустил голову и просто широко улыбнулся. Наверно, в этот момент я показался многим самым настоящим безумцем. Но только не сестре. Надеясь, что смог ее таким образом хоть немного успокоить, продолжая глядеть исключительно перед собой, позволил увести себя туда, откуда во времена правления Лайнаррии уже мало кто возвращался. На вопрос, изменится ли что-то теперь, мне в ближайшее время едва ли кто-то сможет ответить.

Алиса Нобл

Он жив. Во всяком случае, так утверждала Мия, когда неожиданно вернулась нас проведать. Сделала она это только потому, что ее сильно интересовали мои старшие дети. Как выяснилось, они тоже оказались заражены той дрянью, что и Денька. Только никому кроме Луррела об этом не сказали. А он уже по большому секрету поведал сестре.

Но никаких признаков болезни на теле старших нам обнаружить так и не удалось. Люба с Никитой сразу во всем признались и точно указали места, где раньше видели паутинку. Она исчезла. И это, как и некоторые уже успевшие произойти со мной изменения, могло означать только одно — оба проклятия сняты. А вот каким образом, Мия наотрез отказалась рассказывать. Но я и без нее уже обо всем догадалась. Ведь как ещё можно объяснить то, насколько стремительно во мне начали расти собственные силы, черты лица незначительно, но все же меняться, а кожа становиться светлее? Только тем, что источника всех наших с Луром бед больше нет в живых. Кто об этом позаботился и какое наказание, возможно, его за это ждет, я также догадывалась. Но Мидамия и тут осталась немногословна. Пояснив, что ей нельзя долго здесь оставаться, дабы не пропустить ничего важного, что могло касаться ее брата, темная ласково погладила меня по животу и, задорно подмигнув, поспешила назад, в свой мир. Теша себя надеждами, что теперь, когда Мия знает — Лур скоро станет отцом, она сделает все возможное и невозможное, дабы его спасти, постаралась как можно скорее успокоиться. Ведь от того, что продолжу нервничать и еще больше накручивать себя, лучше никому не станет. Все, что мне оставалось — это ждать. Ждать и надеяться — любимый вернется. Обязательно вернется. Ведь он обещал.

Время слилось в одну бесконечную череду дней, которым я уже и счет успел потерять. Когда ты безвылазно сидишь в темном подземелье, это немудрено. Хорошо, хоть кормить начали. Вовремя вспомнили, а то я почти уверился в том, какую именно смерть уготовила для меня новоявленная королева. То, что она уже ею стала, я слышал по доносившимся время от времени сверху звукам и обрывкам фраз. А также восторженным крикам ее подданных, громко славивших свою новую правительницу. А с ней и надежду на лучшую жизнь.

Про меня же, кажется, и вовсе все забыли. Почти смирившись с сим фактом, большую часть времени я старался проводить во сне. Это состояние существенно экономило силы. По сути, именно оно помогло мне дожить до первой за долгое время кормежки. Но, как выяснилось чуть позже, даже еда была принесена мне не просто так. Стоило подкрепиться и кое-как восполнить энергетический запас, как меня сразу почтил своим присутствием посланник короля светлых. Правда, интересовал его не столько я, сколько Алиса. Сообщив светлому лишь то, что теперь она в безопасности, демонстративно повернулся к высокому гостью спиной и снова провалился в сон. Вот что-что, а выспаться здесь я успел, наверное, на полвека вперед. С другой стороны, что ещё мне оставалось? Тем более что для этого были созданы все условия. Спешить никуда не надо. Занятий никаких. Кроме охранника, отчего-то ставшего теперь регулярно приносить мне еду, больше сюда никто не спускался. Почти курорт. Если бы еще не жесткая постель, отсутствие удобств и чистой одежды. Но все это мелочи по сравнению с осознанием того, что главной виновнице страданий моей любимой наконец было воздано по заслугам, а Алисе больше ничего не угрожало. Именно с этой светлой мыслью я и проживал день за днем. Пока однажды не случилось то, на что я уже даже не рассчитывал.

— Лур. Лур, очнись!

— Кого там ещё принесло? — лениво потянувшись на сильно истончившейся и оттого уже совершенно не спасавшей от исходившего от пола холода подстилке, раздраженно поинтересовался я.

— Мидамия. Помнишь такую?

— Сестренка! А ты тут что делаешь? Заблудилась, что ли? — спросил, протерев глаза, все еще до конца им не веря.

— Шутишь. Значит, в порядке. Давай заканчивай бездельничать, вставай, переодевайся и на выход. Да поживее. У меня мало времени.

И ушла.

Удивленно воззрившись на лежавший теперь у решетки сверток, подошел поближе, дабы получше рассмотреть, что же Мия мне там такого оставила. Стандартный набор из нижнего белья, брюк, обуви, рубашки и… свитера? А эту чисто человеческую вещь она где достать умудрилась? Впрочем, неважно. Если есть, значит, наверняка пригодится.

Еще одним бесспорно приятным сюрпризом стало влажное полотенце, лежавшее тут же рядом. Порадовавшись тому, что сестра позаботилась и об этом, быстро стянул то тряпье, в котором был, и принялся наскоро приводить себя в порядок. Главной особенностью принесенного сестрой средства гигиены являлось то, что ткань не просто стирала грязь, а при контакте с любой поверхностью обладала необычным свойством буквально высасывать и впитывать ее всю в себя. Таким образом, кожа практически сразу становилась идеально чистой, в то время как полотенце из белого начинало стремительно темнеть. Вытерев себя всего и кинув за ненадобностью сделавшуюся практически черной тряпку на валявшиеся тут же на полу лохмотья, быстро натянул чистую одежду и направился к решетке, дверь которой к этому моменту оказалась уже открыта. Беспрепятственно толкнув ее, вышел из камеры и торопливо направился к лестнице.

Щурясь даже от тех крох света, что дарил зарождавшийся за окном рассвет, быстро нашел глазами нервно вышагивающую туда-сюда по коридору сестру и поспешно приблизился.

— Куда теперь? На казнь?

— Дурак! — остановившись напротив и принявшись со всей внимательностью меня разглядывать, зло рявкнула Мия.

— Есть немного. Не отрицаю, — стараясь хоть немного приободрить младшую, шутливо отозвался я.

— Сказала бы, чего в твоей голове немного, да полагаю, ты и сам догадался.

— Как родители? — поняв, что мне уже едва ли что-то угрожает, поинтересовался я.

— У мамы, если верить ее словам, теперь есть только один сын. Да и тот исчез в якобы неизвестном для всех направлении. Что до отца…

— Погоди, Сэммуэль пропал? — поспешил уточнить я.

— Да. Как и младшая принцесса, — хмуро отозвалась Мия.

— Дочь? — высказал первое пришедшее в голову предположение, уже догадываясь, что замыслил брат.

— Лайнаррия никогда особо не распространялась на эту тему. А я тем более не вправе. Единственное, что тебе следует знать — именно благодаря Сэму и его страстному желанию лично с тобой поквитаться, ты ещё жив и теперь на свободе. Я устала считать, сколько раз он просил аудиенции у Диналлии в попытке уговорить ее устроить вам двоим смертельный поединок. Когда же та в очередной раз наотрез отказалась выполнить его просьбу, взбунтовался и заявил, что не присягнет ей в верности, пока не получит желаемого. Если же новоявленная королева и дальше продолжит игнорировать его вполне законные требования, легко найдет ей замену и уж тогда точно своего добьется.