Чтение онлайн

Сначала она молча налила из чайника себе чай, открыла шоколадку, что была видимо припрятана в столе, а потом с полным равнодушием села за стол и начала молча попивать чай, закусывая шоколадом и заполняя что-то в медкарточках, стопкой лежащих на углу стола.

— Ты обиделась за вчерашнее? — предположил я, вспоминая что тренировка, которую я продолжил с наставником тогда продлилась чуть ли не четыре часа. Хель, когда мы вернулись домой довольные отличным спаррингом, в котором я проиграл старику только пять раз, в то время как он четыре. Так вот, вернувшись домой, мы обнаружили, точнее не обнаружили девушку. Она уехала куда-то, ничего не сказав, и вернулась только поздно вечером неслабо так подвыпив.

На вопросы не отвечала, вела себя обиженно и даже спала в другой комнате. Но с утра так же, как и обычно вколола мне что-то, и я «отходил» под её пристальным контролем. Правда после она сразу ушла. Я надеялся поговорить с ней в школе, и понять, что не так. Не уж-то обиделась из-за того, что мы с Наставником просто увлеклись боем?

— … — Ответом на мой вопрос было молчание. Что же. Вполне ожидаемо. Придётся прибегнуть к секретному оружию.

Обойдя её стол и встав у неё за спиной, заставив тем самым её напрячься. Я выхватил последний кусочек шоколадки прямо у неё из руки. Она явно не ожидала такого, поэтому адекватно среагировать не успела. Точнее среагировала так, как я и планировал. Она, поворачивая головой следила с возмущением во взгляде за тем, как сладость движется мне на съедение. И как раз в том момент, когда она не произвольно посмотрела мне в глаза, я положил кусочек шоколада себе в рот, а затем, резко сблизившись со всё ещё сидящей Хель, приник к её губам.

— М-м!!! — возмущённый такой наглостью возглас был прерван удержанием её головы. Также я держал её одной рукой за плечо, чтобы она не могла вскочить и отодвинуться от меня. После небольшого сопротивления, она сдалась и начала отвечать мне на поцелуй, а потом и вовсе взяла главенство. Не знаю сколько мы так провели времени. Вот только теперь уже я быстро отстранился от неё, не давая всему этому перейти в более серьёзную, горизонтальную, плоскость.

— Гад! — с возмущением в голосе сказала она, облизываясь как довольная кошка. В глазах же её таял лёд, что до этого был направлен в моём отношении. В общем то это немного неправильно и даже подло использовать то, что она меня любит, но ведь это взаимно. Так что я думаю моя совесть чиста, по крайней мере в этом случае.

— Я хотел с тобой серьёзно поговорить. — начал я, когда она успокоилась и вновь нормально села за стол. Я же расположился на кушетке, что была как раз напротив её стола. Удобно так лёг и смотрел в потолок. Пожалуй, даже и не знаю, почему, но мне нравилось так лежать.

— Говори уже. — милостиво разрешила она, поправляя свои рыжие волосы, что были сейчас убраны в хвост и немного сбились после поцелуя.

— Ты ведь знаешь про «военные игры», которые будут через месяц? — уточнил я.

— Да, Оля рассказывала недавно. — подтвердила свою осведомлённость Хель.

— Мне нужна твоя помощь.

— В чём же? — спросила она удивлённо.

— В подготовке команды нашей школы к этапу «полевой медицины». — ответил я.

— Хм-м. — притворно задумалась она. А потом лукаво так взглянула на меня. — И что мне за это будет?

— А просто так, по любви ко мне не поможешь? — спросил я, тоже изображая сильное возмущение и обиду.

— Перебьёшься, — отбрила она меня, — так могу поступать только я.

— Это ещё почему? — на этот раз я действительно заинтересовался такой дискриминацией.

— Потому что я милая. — сказала она, сделав ну прям просто умилительное выражение лица. — Ня!

Так бы и затискал, правда потом бы отвёл в процедурную…

— Ладно, я понял. — отогнал лишние сейчас мысли на задний план. — Чего ты хочешь?

— Желание. — просто и буднично ответила она, отведя взгляд в сторону. Я же если бы что-то сейчас пил, то точно бы поперхнулся. Потому что мне даже представить страшно что она может придумать.

— Может… — начал я, неуверенно надеясь в душе.

— ЖЕЛАНИЕ! — уже возмущённо, и даже немного гневно сверкнув глазами, прервала она меня.

— Согласен. — покривившись согласился я. Всё равно выбор был небольшой.

— Отлично! — она аж засияла. — Уже два.

— Что, два? — посмотрел я на неё и даже мурашки по спине побежали.

— Два желания. — ответила она на мой вопрос довольная как кошка.

— А когда это я ещё одно должен был? — возмутился я. Что-то не помню ничего подобного.

— А тогда, — посмотрела она на меня с прищуром, — когда ты остался один, а я тем временем поехала следить за Ольгой во время её курсов по повышению квалификации в Новосибирске.

Бли-и-ин. И как я мог забыть тот вечер, когда я как мог пытался её убедить ехать самой, а не мне так как она подходит для незаметного слежения лучше, чем я.

— Вспомнил. — согласился я, не удержавшись и печально вздохнув. Мне даже не хочется представлять, что она пожелает. А уж два раза…

— Раз уж мы всё решили. — продолжила она. — То думаю я помогу тебе. Но скажи мне одно.

— Что? — посмотрел я на неё.

— Зачем ты так стараешься?

Сначала я не понял её вопроса. Естественно, что бы школа победила. А потом сам себя одёрнул, задав тот же вопрос. А зачем? По сути я здесь ненадолго, по крайней мере я так надеюсь. И Хель была права прямо сейчас. Зачем мне всё это? Зачем я хочу, чтобы мы победили на этих, ненужных по сути мне, играх?

И я не смог дать точный ответ даже сам себе. Я одновременно и хотел победить, потому что это просто интересно. И в то же время мне было всё равно на всё это.

И что со мной вообще происходит за время этой странной миссии…

В таких вот противоречиях я и ушел из кабинета как мешком ушибленный. И даже не заметил, как пришел к себе в класс, где уже сидели ребята и ждали классного часа.

Классный час я провёл быстро. Обсудил, у кого была, плохая успеваемость уже проверенным методом. Я не ругал, я прикалывался. И это давало результат намного лучше, чем стандартные упрёки и осуждения. В глазах ребят появлялось сначала чувство возражения и несогласия. Потом понимания и смирения. А на финал они менялись уже на решимость и стремление исправить оценки в нормальное положение. Такого энтузиазма вполне хватало на неделю минимум. А вот потом уже была вновь запущенность и опускание рук. Но никто не отменял повторного курса подколок.

После оценок я поднял тему «военных игр», и сказал о том, что договорился с директором, в том, что теперь участвует только наш класс. Точнее только часть от него. В команду необходимо всего один человек на стрельбу, три на полосу препятствий, и двое на полевую медицинскую помощь. В итоге — всего шесть человек. Плюс по одному запасному на каждый этап. Так что девять.

Я сразу сказал, что тех, кого я сейчас выберу, ждут мучения и тренировки со мной. При чём я также буду тренироваться вместе с ними. На вопрос почему, ответил, что это для того что бы возникало возмущения по поводу режима тренировок. Сразу сказал, что за медицинскую составляющую соревнований будет отвечать наша школьная медсестра, потому что она квалифицированный врач-спасатель с большим опытом работы. И лучше неё я не знаю кто сможет их подготовить. Ребята согласились с таким доводом.