Чтение онлайн

«Неблагодарная дура. Как можно быть такой упертой дурой? Беспомощная неудачница. Еще отказывается, кичится, воротит нос. Чем ты пыталась похвалиться вчера? Тем, что осилила три ступеньки?»

«И опять эти туфли. Туфли, ты еле ползешь. Для кого это? Ну для кого, скажи?! Кто на тебя смотрит в этих туфлях?! Какой смысл ходить на физио, когда у тебя заботы о себе как у овоща?!»

«Не заставляй меня произносить это вслух. Между нами все кончено, Эмма. Прошу, возьми себя в руки, и смирись с этим. Я буду помогать, но на этом все. Не надо сцен, или истерик. Никому от них лучше не будет.»

«Эмма. Вечера вечером я изменил тебе.»

Девушка горько усмехнулась себе под нос.

Темная комната пахла пылью, но свет хозяйка не включала. В ночи делать все наощупь, переодеваться и ложиться было куда уютнее. Куда менее одиноко, словно окружающее пространство было камерным, располагающим, милым.

Взгляд упал на тумбу, и Фастер рефлекторно вздрогнула. Небольшой, цветастый кубик лежал, откидывая длинную тень из-за случайного света из тусклого окна. Кубик Рубика.

Она прищурилась и нервно сглотнула. Взяла холодной рукой головоломку, повертела её в руках. «Зачем ты рвешь мне душу, Нейт?» — одними губами сказала Эмма, глядя вниз. Затем дрожащей рукой отложила его на место, и стала заворачиваться в холодный колючий плед. Уже привыкла спать на коротком узком диване. Привыкла.

Сами собой сжимались зубы и намокали ресницы. Нужно срочно съезжать, начать жизнь с чистого листа. Заново. Стать счастливой, хотя бы немого.

А прикосновение детской головоломки как кипяток жгло руку.

Она не видела, как в глухой тени от шкафа неподвижно стоял высокий мужской силуэт, опираясь на холодную стену. Как смотрел сквозь вязкую тьму жуткими, лиловыми глазами.

— Мы всегда будем вместе?

— Всегда.

— Обещаешь?

— Клянусь.

— Раздевайся.

Эмма прищурилась и нервно выдохнула, глядя на высокий темный силуэт «брата», который застыл в дверном проеме. Сжимая в руках плед, склонила голову. Опять полуголый. Сколько можно уже? Неужели термоневроз его настолько замучил?

— Нейт. Мне это надоело. — Меж бровей пролегла заметная морщинка.

— Сочувствую. — Словно робот отчеканил он. — Раздевайся, это необходимо. — Штайнер достал телефон, и указал на цифру в календаре.

— Тогда выйди. — Фастер медленно поднялась, отводя отчужденный взгляд в окно, из которого струился белый свет. Иногда мимо проносились птицы.

— Нет не выйду. Ты можешь мне соврать о результате, такое уже было. — Мужчина медленно подошел, и поставил перед ней электронные весы. — Раздевайся. Если тебе неловко, я отвернусь, но я должен видеть результат.

— До старости меня будешь взвешивать? — Сквозь зубы процедила Эмма, нехотя вылезая из ночной сорочки.

Не отстанет ведь.

— Да. — Как ни в чем не бывало ответил Штайнер.

Она вздохнула и закатила глаза. Захотелось сказать, что рано или поздно у неё появится муж, который вряд ли захочет, чтоб его жену взвешивал какой-то мужик, даже если названный брат. Муж, который если посчитает нужным, сам её взвесит. Отчего-то теперь Эмма была уверенна, что он появится. Рано или поздно, и на Нейтане Штайнере свет клином не сошелся.

Голой он её не увидит больше, ни за что. А комплект нижнего белья вряд ли сделает сильно тяжелее, да и люди на пляже ходят в чем-то подобном. Чтобы «брат» отстал, можно было сторговаться с совестью, и показать ему свои хлопковые трусы с цветочками, и такой же лиф. Мало похоже на эротичный комплект, какие все время носила Белита. Носила, Фастер точно это знала. Иногда соблазнительные кружева топорщились сквозь её шелковые рубашки.

Нейтан довольно, возбужденно улыбнулся, и попытался погладить «сестру» по голове, однако та враждебно шарахнулась от его ладони. Улыбка медленно сползала с лица.

Эмма с кислой миной встала на весы. Цифры пару секунд мерцали, затем высветился вес: сорок семь с половиной килограмм.

Мужчина нервно прищурился.

— Ну и что это? — Тихо, жутко спросил он. — За месяц ты потеряла пять пятьсот. Это ты так ешь, пока я не вижу, да? Тебе не двенадцать лет. На твой рост — это степень анорексии. Хотя ты должна была прибавить, если ходишь в зал, мышцы весят больше жира.

— Я ем. — Безучастно ответила Фастер.

— Что ты ешь?! Травку?!! — Он наклонился над её лицом. — Организм окисляет белок из мышц, если недополучает его и углеводов, чтобы не испытывать дефицит глюкозы. У тебя должен быть нормальный, сбалансированный рацион.

— Мой доктор делает мне коктейли с протеином, он все это объяснял. — Эмма отвела голову в сторону. — И приносит еду. А вечером я ужинаю в забегаловке неподалеку, не знаю, почему отвес.

— Какой доктор? Какие забегаловки? — Нейт стиснул зубы. — Я корячусь на кухне, чтобы ты в забегаловках ела?! — Он резко схватил девушку за щеки, и поднес к себе. — Сказал, буду привязывать к стулу и кормить.

— Ты словно скотину выкармливаешь. — Она со злостью выдохнула. Взялась за его запястья, и попыталась отодрать их от себя.

— Я выкармливаю любимого человека!! — Рявкнул Штайнер, и тут же шарахнулся, словно от своих же слов. Нервно уставился куда-то в сторону, и прикрыл глаза. — Я сварю томатный суп с морепродуктами к вечеру. Поешь его, я прошу тебя. Не хочешь есть ради себя — поешь ради меня. Ладно?

— Ладно. — Фастер вновь сжала зубы.

Не отстанет же.

— Вот и умница. — Со странной, жуткой улыбкой ответил Нейт, медленно подходя ближе. Вытянул руки вперед, сгреб «сестру» в объятия и прижал к себе. — Вот и договорились.

Она пыталась пятиться. Отрицательно мотала головой и нервно вытаращилась, когда «брат», все же, обнял. Вечно без футболки, вечно горячий и, что отрицать, приятно пах. Самим собой, с далеким привкусом геля для душа. Сейчас он, её, почти голую, прижимал к себе.

Теплые прикосновения напряженных пальцев скользили по коже спины. По лопаткам, и ниже, вплоть до ягодиц. В груди разрозненно колотилось сердце, и, казалось, его биение раздавалось на всю комнату. Фастер напряглась всем телом, ощущая знакомый стыд, внутренний протест. Положила прохладные ладони ему на грудь, и попыталась оттолкнуть.