Чтение онлайн

Сегодня, после зала ей предстояла долгая дорога к адвокату. Нужно будет собрать документы об усыновлении, о пребывании в детском доме. Свидетельство о рождении Эммы Эгертон. Возможно, понадобиться ДНК-тест, однако, все это того стоило. Стоило шанса получить жизнь, в которой Фастер могла бы пережить чью-то нелюбовь без эротических «песен» за стеной, без периодического скобления сердца железной теркой жалости и высокомерия.

Говорить о чем-то таком Нейту было страшно. Уже не просто неловко или некомфортно, а страшно. Что он скажет на эту новость? Что… сделает?

Небольшие каблучки стучали по дорожному покрытию. Впереди виднелось здание больницы, и теперь, от одного вида этой больницы что-то предательски потягивало внизу. Заставляло щеки краснеть.

* * *

— Нет, не смотрите вокруг. — Даглас сдвинул брови. — Вы всегда живете с мыслью, что вам нужна лавка. Некий... костыль, чтобы вас поддерживать, но нет. Вы в силах ходить и без него. Отталкивайтесь от уверения, что вы — не инвалид. Вы просто немного более слабая, чем другие. Отталкивайтесь от уверения, что лавка вам не нужна. И однажды вы про нее забудете. Вы... еще не находитесь рядом с пределом ваших возможностей. Вы к нему даже не подошли. — Мужчина мягко погладил пациентку по плечу, внимательно глядя ей в лицо. — Прогресс колоссальный, но это только начало.

— Спасибо. — Эмма неловко таращилась в пол, но совсем не потому, что боялась упасть. Щеки уже стали настолько красными, что, казалось, у девушки температура. Зрачки скользили по синему, матовому ковролину.

— Что-нибудь хотите обсудить? — Доктор слегка наклонился вперед. — Что-нибудь спросить, или услышать?

— Мне просто неловко после всего, так что…

— Эмма. — Даглас прикрыл глаза. — Я вам нравлюсь? Только честно.

— Да. — Ей казалось, еще немного, и сосуды на лице начнут лопаться от стыда.

— Но вам некомфортно, верно? Послушай, все хорошо. Я вижу, что ты чувствуешь. Как сильно тебя рвет на части, но поверь. Это, со временем, пройдет. Я не полный идиот, чтобы к чему-то тебя склонять, ставить ультиматумы. Будет так… как тебе уютно. Уютно дружить сейчас? Будем дружить. Уютно будет начать отношения? Начнем отношения. Меня все устраивает, мне нравится проводить с тобой время.

— Ты просто святой. — Одними губами прошептала Фастер. — Почему… почему?

— О нет, не говори обо мне так. — Молодой человек наклонил голову, и сверкнули стекла очков. — Я просто не идиот, вот и все. Как я сказал раньше… связь с первым мужчиной у всех сильная, глупо её отрицать. Особенно когда он всю жизнь тебе помогал. Сильная, крепкая, как пуповина. Это нормально, что тебя штормит. Я не стану тебя осуждать, что бы не случилось.

— Спасибо. — Эмма нервно сглотнула, затем медленно положила мужчине голову на грудь. Мягкий хлопковый халат пах больничным антисептиком, как обычно, а темно-зеленая рубашка… приятно. Телом.

Беспорядочно быстро билось в груди его сердце.

— Спасибо за все. — Продолжала девушка. — Ты изменил мою жизнь.

— Не стоит. — Тихо, и как-то странно ответил врач. — Если есть ко мне теплые чувства, лучше проведем вместе еще ночь. Мне понравилось. — Губы исказила тяжелая возбужденная улыбка.

Она медленно кивнула. Во влажных глазах скользили блики белого света.

* * *

Смеркалось. Замолчали птицы, и раздавался только далекий шум автомобилей. Шелест травы под летним ветром, тихий гул в трубах. Песня ночной вечерней тишины.

Штайнер с раздражением косился за окно в наступающую ночь, нервно щелкал зубами, затем смотрел на часы. Уютная, кукольная кухня больше казалось такой уютной, а вид красной цветущей герани теперь напоминал пятна крови на темном стекле.

— Нейт, ты заснул? — Послышался недовольный голос сбоку, и мужчина медленно перевел зрачки на женщину в бордовом домашнем платье. — Посмотри вот этот вариант. — Она повернула ему экран телефона, и начала листать фото. — Это трешка. Метраж для одного человека — просто жесть, но за то дешево. Не знаю, почему, однако мы сэкономим. Ремонт нормальный такой, второй этаж, лифт. Окна на дорогу, но дорога не прям под окнами.

— Трехкомнатная на пятьдесят пять метров?! Бел, ты рехнулась?! Посмотри на последнее фото. Это не комната, это вагон. Плацкартный, твою мать, вагон. Все ничего, но я не хочу жить в вагоне!!

— Там будешь жить не ты!! — Взвизгнула девушка. — А твоя безногая и безрукая «сестричка». Мелкий метраж, да, но за то квартира дешевая и все под рукой. Инвалиду разве не нужно, чтобы все было под рукой?!!

— Инвалиду нужна забота и опека. — Со странным выражением процедил Нейт. — Я не хотел бы жить в гребанном плацкарте, и ей не позволю. Ей нужна теплая, уютная комната в доме с хорошим отоплением и удобной логистикой.

— Вот как, значит. — Белита сжала кулаки. — Тогда, может, дом ей свой подаришь, а мы съедем?! Ах да, ей же еще служанка нужна. Подари ей дом, Нейт, перечисляй ей деньги. А сам… наймись-ка ей в служанки. Идеально, разве нет?!

— Не служанка. Ей нужен ответственный, любящий человек, который поможет. — Холодный взгляд скользил по столешнице, словно мужчина говорил все это сам себе. — Который не обидит, не осмеёт, и всегда будет рядом, что бы не случилось. Человек, на которого можно положиться.

— Тогда найди ей мужа. — Кин закатила глаза. — Мужа, лицо у неё миленькое, какой-нибудь парень, у которого проблемы с нормальными женщинами, возьмет. В конце концов, она ходит? Ходит. Руки-ноги есть? Формально да. Как ты там сказал? Сорок семь она весит? Ну вот, сорок семь килограмм счастья кто-нибудь получит. Поможет, позаботится. Инвалидов куча, и все, вон, женятся, замуж выходят. Обыкновенная практика.

Белита опустила взгляд на собеседника и вздрогнула. Тут же отпрянула, сдвигая брови. Зрачки в лиловой радужной оболочке превратились в точки и, буквально, прожигали девушку насквозь. Словно мужчина сейчас смотрел не на любимую, а на матерого уголовника, который только что сознался в убийстве его семьи. Ей казалось, что, если она сейчас ринется в сторону, или что-нибудь скажет, он её ударит.

— Муж, говоришь? — Со стеклянными глазами переспросил Штайнер.

Кин нервно кивнула, затем медленно выдохнула. Он все еще с неприкрытой ненавистью сверлил взглядом её лицо, но никаких агрессивных выпадов не делал. Даже не повышал голос.

В коридоре послышался щелчок замка. Затем усталое кряхтение и топот низких каблучков. Молодой человек невольно улыбнулся, затем медленно повернулся к своей собеседнице:

— Бел, иди к себе. Мне нужно покормить «сестру», уже поздно.

— Угу, покормить, она же сама есть не умеет. — Проворчала девушка, но тут же отвела глаза. Не хотелось нарываться.

Нейт поднялся из-за стола, и с мягкой улыбкой вышел во тьму коридора. Белита семенила за ним, но, как только вышла, тотчас свернула на лестницу. Очевидно, что встречи с мисс Фастер не доставляли ей особого удовольствия, но ничего с ними не сделать. Штайнер диктовал условия жизни в доме, и очень неохотно шел на компромиссы.

— Эмма. — Мужчина глубоко вдохнул, пока по телу полз странный, нервный озноб. Улыбка становилась шире. — Томатный суп, помнишь? Мы договаривались.

— Блин. — Девушка устало потерла лоб, снимая туфли с усталых ног. — У меня сильно упало давление в городе, так что я уже поужинала. Прости, я завтра утром поем, обещаю.