Чтение онлайн

Артём, развалившись, сидел на диване, медленно потягивал ром и изредка вклинивался в обсуждение возможностей вновь приобретенного мотоцикла. Борис взахлеб рассказывал о том, что у него чуть ли не эксклюзивный экземпляр. Остальные парни недоверчиво фыркали, уточняли цену и смаковали алкоголь. Когда лимит терпения девчонок от нехватки внимания был исчерпан, ребята переключились на красивых и стройных пташек. Вскоре возбужденные перешептывания переросли в поцелуи. Серега увел в приватный номер Софью, а Саня тискался с Милкой.

— А ты не хочешь уединиться, Лавруша? — липкие пальцы Киры уже ослабили пару пуговиц его рубашки.

Артём стиснул зубы. Но грубить девушкам было не в его правилах:

— Если впредь ты желаешь нормально со мной общаться, Кира, прекрати меня так называть.

— Хорошо, я буду называть тебя, как хочешь. Так как насчет предложения? — глаза девушки хищно сверкнули, а пальчики призывно поглаживали область декольте.

— Никак, Кира. Настроения нету.

— А если я подниму? — она ткнулась носом ему шею.

— Не старайся, дорогая. Для тебя я сегодня недоступен, — усмехнулся он.

— Ты всегда недоступен, — надула она губы. — Тогда лучше посмотри, как я буду танцевать. Для тебя.

Он неопределенно кивнул, а девушка уже спускалась к танцполу. Артём тоже встал и оперся локтями о перила. Кира потрясающе двигалась в такт музыке, выгибаясь и оглаживая свое аппетитное тело, плескаясь во внимании засматривающихся на нее парней.

Вот только взгляд Лаврова был прикован к бармену. Вернее, барменше. В форменной одежде, с традиционным высоким хвостом, замысловато увитым в два жгута, Оля Медведева не уставала делать все: полировать посуду, убирать посуду, наливать напитки, понимающе кивать головой и улыбаться разговорчивым гостям. Он прищурился. Эта упертая девчонка нашла-таки способ расплатиться с ним за такси. Уж какими правдами и неправдами она узнала сумму, не известно, зато через день после поездки на его телефон упала ровно та же сумма, которую он оплатил. Ладно, позже сочтемся. Однако ж встряхнуть ее хорошенько не помешало бы!

Рядом нарисовался Дэн и аж присвистнул, увидев, кто за стойкой бара.

— А вот с ней я бы уединился, — сказал друг.

Лавр стиснул челюсть, думал, будет слышно, как крошатся зубы.

— О ней забудь. Навсегда! — ровно процедил он.

К перилам подошел Вадик и опрокинул в рот обжигающий напиток.

— Да, — протянул он, глядя на вытянувшуюся физиономию Дэна, — у нас Лавр к ней с некоторых пор неровно дышит.

— Обо мне не волнуйтесь, парни. Я справлюсь и с собой, и с ней, — добродушно сказал он и широко улыбнулся.

Вернулся на диваны и глотнул рому. До того как загрузился в свои мысли, услышал ехидное «ну-ну» Дэна. До края его уха донеслось, как парни забились на ящик коньяка, вот только сути не уловил. Опять спор какой-то затеяли.

Все внутри у Артёма кипело и бунтовало. Неужели, правда, так очевиден его интерес к Медведевой? Если раньше он считал слабостью проявить перед кем-то свои чувства, теперь ему было наплевать. И самое главное, было глубоко фиолетово, что о его привязанностях могли бы подумать в привычном окружении.

Сегодня до чертиков хотелось напиться. А еще — курить. Давно бросил дурную привычку, но в особых случаях мог затянуться. Очередной разговор с отцом вымотал морально и физически. Папа вроде ни на чем не настаивал, но умело подводил к тому, что ему нужно набираться опыта. Почему бы не одной из фирм отца? Мог опробовать себя не только в качестве юриста, но еще и управленца. Бизнесмена, так его за ногу. Не зря же еще и курсы по основам коммерции посещал. Когда Артём заикался о самостоятельном деле, отец легко соглашался, если сын представит ему на суд дело и грамотный бизнес-план по нему. Чего предъявить не имелось. Не было у него времени задуматься о будущем из-за пьянок да гулянок. Не заметил, как уже выпуск.

После поездки в Ветку на душе Лавра покоя не было и в помине. Всё в судьбе Ольги должно было быть не так. Оля уже вполне могла быть матерью Лехиного ребенка и жить счастливо. Машка бы щебетала без проблем. А сегодня… сегодня он ненавидел Серегу. И одновременно — пусть простят его святые небеса — благодарил за случившееся. Ведь если бы если не та авария, глубоко зудела крамольная мысль, он никогда бы не познакомился с Олей. Не отравился бы ею по самое не хочу. Он исходил желанием быть с ней, сжимать ее в своих руках и целовать ее губы. Уже никого не видел рядом с собой, только ее, Ольгу.

Конечно, можно было бы вернуть равнодушного самовлюбленного Лавра и наплевать на нее со всеми ее проблемами, но… Нет, кричало его сердце. С недавних пор ее проблемы стали его проблемами. И хоть раз он должен сделать не то, что предполагается и ожидается от него по статусу «золотые дети», а то, что сделает его человеком. Таким, как отец. И как дьявольски трудно быть нормальным, думать о последствиях и отвечать за свои поступки! Неужели к такой жизни и готовил его отец? Нажимал на необходимость зацепиться в жизни, встать на ноги, потому что не могут все золотые дети до шестидесяти лет оставаться золотыми детьми. Ведь капиталы, сколоченные их отцами, требуют внимания, а деньги не бесконечны, ибо их нужно заработать, сохранить и преумножить. И к своему изумлению Артём, кажется, был готов стать серьезным. Ради Ольги.

Друзья уже умотали в другое место, прихватив с собой назойливую Киру. Сегодня он как никогда оказался далек от них всех. Не заметил, как накидался. Аж стучало в висках. Глянул на часы — скоро у Ольги конец смены и сморщился: за руль уже нельзя. Язык все еще чесался узнать у девушки, что же на нее такое накатило тогда? Но с ним пьяным она даже разговаривать не станет.

На не совсем твердых ногах отправился к стойке бара, морщась от битов громыхавшей музыки, будто по его голове колотили. Тяжело оперся руками на полированную поверхность и заказал еще стопку. Ольга наградила его недобрым жгучим взглядом, и когда ставила рядом с ним стакан, шепнула:

— Вам уже достаточно.

А ему захотелось язвить и дурачиться. Шутки вперемешку с откровенными намеками летели в сторону барменши. Оля только смешно закатывала вверх глаза, набирала в легкие воздух и медленно выдыхала, стараясь изо всех сил следить за своим языком и кисло улыбалась. И вновь порхала за стойкой. Форменные зауженные черные брючки соблазнительно облегали покатые бедра, жилетка четко обозначила тонкую талию. Воспаленному и в край возбужденному воображению уже была поставлена задача, и только алкоголь мог вытеснить ослепительный образ девчонки из его головы. Наверное.

Как же добраться-то домой? Такси? Скучно. А потом радостным до дрожи проблеском сознания стала преподнесенная затуманенным мозгом идея фикс. Прямо в масть! Широкая и довольная ухмылка озарила его физиономию. Кажется, у него нарисовался личный водитель.

Оля заканчивала свою смену и ожидала Марка, сменщика. Она все еще чувствовала тревогу. Перерыв дома все свои бумаги, прав так и не обнаружилось. Хоть тресните все извилины, так и не вспомнила, куда их сунула. Даже не знала, когда видела документ в последний раз. Напасть какая-то! Тут еще полупьяный Лавр крутится, и шуточки свои отмачивает. Был сегодня какой-то взъерошенный и раздраженный, не стесняясь, комментировал ее работу, командовал сделать то или это, что, по его мнению, она делала неправильно. Оля мило улыбалась — пока она на работе, должна быть вежливой, терпеливой и угождать клиентам. Бармен обязан быть стрессоустойчивым. Но временами Лавров просто бесил.