Чтение онлайн

Милые рисунки - не мой стиль, но я не мог себе представить эти свои работы, висящими у родителей над камином.

Моя мама еще не видела ничего из того, что я создал здесь, и ее глаза наполнились явной гордостью за меня и мой труд.

Она сказала, что желает показать их директору художественной галереи, где она иногда выставлялась, но это, скорее всего, случай, что называется «мамиными глазами».

Всё, что бы я ни написал, было замечательно, потому что она меня родила. Может быть, я смогу заставить себя нарисовать щенка на ее день рождения.

Мой папа никогда особо искусством не интересовался, да и щенками в подобном отношении тоже, так что я знал, что ему плевать, что именно я ему нарисую. Это надо учитывать, когда речь идет о нем.

Папа извинился, что не смог пронести для меня через охрану Sports Illustrated Swimsuit Edition, но я, в шутку, сказал ему, чтобы он отдал его Чэнсу.

Моя мама сурово произнесла Калеб – используя два слога, она умудрилась сказать всё, и мы сменили тему. По крайней мере, он смог пронести несколько автожурналов и графических романов под бдительным оком охраны.

Когда я спросил, то отец подтвердил, что все еще занимается разводом с Джулией. Все, что нужно было Джанне, так это урезать ее общение с матерью и не возвращаться к жизни «обязательно быть идеальной».

К сожалению, этого никогда не произойдет. Джанна любила свою маму, несмотря на любые психические заболевания, которыми страдала эта женщина.

Одиночество становилось скучным. Я как-то уже привык к болтовне Яна. Без его ежевечернего саркастичного и циничного нытья, я остался наедине с собственными мыслями.

Не так это и хорошо, когда тоскуешь по кому-то.

Первое письмо от Джанны в прошлом месяце разбило меня. Я даже позволил Яну прочитать его, чтобы узнать его мнение.

Почему Джанна хочет, чтобы я порвал с ней: потому что больше не хочет быть вместе, но почувствует себя еще больше виноватой, если сама откажется от наших отношений?

Хороший ли это знак, что она дала мне новый номер своего мобильного? К сожалению, в целом осторожность и меланхолия в ее письме не обещали ничего хорошего. Ее люблю тебя спасло меня от полной паники.

Ян сказал мне, быть мужиком и не выискивать дополнительных смыслов в ее письме, потому что Джанна, скорее всего, все еще не отошла от нападения. Возможно, в какой-то момент своей напыщенной речи, он даже назвал меня тряпкой.

На следующий день я отправил письмо на ее новый адрес. Я объяснил, что понимаю, отчего она так долго не писала, хотя, конечно, чувствовал, что она могла бы попросить кого-то писать за нее.

Рассказал, как счастлив, что ее папа переехал в Денвер из-за нее и Чэнса, хотя я и беспокоился, что он не одобрит наших отношений после моего освобождения.

Убедившись, что нигде не ляпнул про ее маму, я поспешил заверить ее, моя жизнь вовсе не разрушена, хотя иной раз, кажется, что так оно и есть.

Я убеждал ее, что ни в чем из произошедшего нет ее вины, абсолютно никакой. Было бы глупо упоминать имя Джоша, поэтому о данной теме я написал расплывчато.

Пытаясь сохранить мажорный настрой в письме, я рассказал ей больше о жизни здесь. Чтобы облегчить ее вину, сочинил смешную историю о Яне и Рики. Это была полная фигня, но я представил улыбку на ее прекрасном лице, когда она читает об этом.

Я, разумеется, только поощрял ее танцевать со своей командой, после всего случившегося. Пусть я терпеть не мог этого придурка Джареда, но я знал, что Тайе и остальные ребята, присмотрят за ней.

Меня убивало то, что она там в одиночестве, и не чувствует себя защищенной. Они и правда смогут отвлечь ее от мрачных мыслей, на что она и намекала в письме.

Мой пульс участился, когда я клялся ей никогда не отказываться от нее. Мое решение: всегда она, всегда в моих руках. Я объяснил, что для меня ничего не изменилось, и когда я вернусь домой, то мы вернем всё, что у нас было.

Чувствуя недостаточность сказанного, я написал некоторые фразы из книги по психологии, где говорилось о жертвах сексуального насилия. Фразы, которые должны помочь ей понять, что ей стыдиться нечего и нужно просто двигаться дальше.

На моей последней встрече, я обсудил ситуацию с Джанной с доктором Адлер, и она дала мне вполне достаточную консультацию по этому вопросу.

Не желая заканчивать письмо на печальной ноте, я напомнил Джанне о хороших моментах нашего короткого времени вместе. Надеюсь, она смеялась, когда она читала эти строки.

Пытаясь изо всех сил, я старался быть романтичным. Это нелегко для парня, вроде меня, но надеялся, что сказал нужные слова, те, что она хотела бы услышать.

Джанна – весь мой мир, и я хотел быть уверен, что позволил ей понять это своим письмом.

Как только мой конверт был запечатан и подписан, я шарахнул кулаком в ближайшую стену, разбивая костяшки.

Я был в панике при мысли, что слов моих недостаточно, чтобы удержать её. Запертый здесь, я был беспомощен, ничего не мог сделать, если бы она решила расстаться со мной.

Мой первый телефонный звонок на ее новый номер был сделан в этот же день месяц назад. Время, отведенное мне на возможные телефонные звонки, совпадало со временем ее школьных занятий, так что мне пришлось довольствоваться только оставленным сообщением на голосовой почте, и это после того, как я так давно не слышал ее голоса.

Я слушал это сообщение то недолгое время, которое было отведено мне на звонки, использовал его на полную катушку. Каждый день всю оставшуюся неделю, я оставлял новое сообщение.

Наконец пришла суббота, и мое горло сжалось, от звука голоса Джанны.

— Алло?

В этот краткий миг, мой мир стал таким правильным.

У меня была возможность поговорить с ней в это время, и так каждую следующую субботу. Отстойно, что в будние дни время для звонков совпадает с ее уроками, но я не хочу, чтобы она прогуливала занятия, отвечая мне. Я желал для нее покоя, а не проблем из-за пропущенных занятий.

Эти несколько телефонных разговоров помогли лишь немного развеять то разочарование, которое я ощущал в наших отношениях. В то время как я пытался делать вид, что ничего не изменилось, было очевидно: Джанна эмоционально дистанцируется.