Чтение онлайн

— Послушай, вот сидишь ты наверху, и видишь, как к воротам идёт охранник. И что делать? Стрелять? Так ведь новых привлечёшь…

— Есть же чёткие директивы на этот счёт. Ты ещё не выучил? — слегка пристыдил Костя. — Если охр подошел к воротам — не трогаем. Лезет через ворота — стреляем. Идут новые? Пока можем отбиться — отбиваемся, это исходит из директивы девяносто девять. Видим, что сюда прется толпа — включаем директиву сто: бросаем всё нахрен и лезем под землю. В том здании, — Костя указал рукой на заводскую поликлинику, — убежище. Там можно переждать любую угрозу. По крайней мере, до утра.

— И что, применялась когда-нибудь эта директива?

— Не применялась. Но положение наше таково, что она может понадобиться в любую минуту.

Мы надолго замолчали. Хотел было предложить Косте сигарету. Тут же сообразил, что более удачной цели для снайпера, чем огонек в темноте, и не придумать.

— Слушай, Кость, ты здорово меня поддерживаешь… Ребята тут хищные, без тебя было бы туго, — начал я.

— Здесь все не то, чем кажется, — прервал Костя.

Вдруг ветер донес далекие звуки выстрелов, которые эхом разносились над улицами.

— Наши, — одобрительно кивнул Костя. — Сегодня с ребятами Инга. Значит, придут с батарейками.

Выстрелы затихли.

— Кость, а ты веришь в Настоящее Зеркало? И вот это всё?

— Если бы не верил — я бы тут не сидел, — отчеканил Костя. — У Артёма действительно есть уникальный дар. Главное — дожить до момента, когда он сможет его применить.

В разговорах прошел добрый час. А потом мы увидели, что по дороге приближаются трое. Даже в темноте безошибочно опознал среди них Ингу. Но почему трое? Где четвертый?

— Мы заметили пару охров у подъезда. Подошли поближе, атаковали, — рассказывала Инга Артёму, который встречал группу у ворот. — И тут из подъезда вылетает штук тридцать. Мы попытались убежать и разделились на две группы. Братик был со мной. Вроде оторвались, остановились отдышаться через квартал. Тут на Братика сверху ка-а-ак прыгнет!..

Артём молча слушал и кивал.

Итак, нас стало меньше.

Спустя минут сорок я лежал на разложенном сиденье «Кайена» и вспоминал, как сегодня днем Садко пытался разговорить Братика. Мысли прервал мобильник. Тири-тири, тири-тири, тири-тири-ринь.

— Привет! — послышался в трубке знакомый голос.

— Жанна… А ты Жанна? Ты вообще есть? Или ты в моей голове?

— Ты хочешь, чтобы я ответила словами Дамблдора из той тупой сцены на белом вокзале?

Засмеялся. «Конечно у тебя в голове, Гарри. Но почему это не может быть правдой?» — пересматривая фильм, мы с Жанной всегда воспроизводили эту фразу максимально серьезным тоном, а потом хихикали.

— И все же. Ты в Отражении или в реальном мире?

— Какое это имеет значение?

— Если ты в реальном мире, то могла бы покормить кота Трикотажа.

— Извини, вот этого никак не сделаю.

— Тогда я сам покормлю. Завтра — ну, то есть сегодня — собираюсь покинуть Отражение.

Утром остановился около заводской доски почёта, стоявшей между парой облезлых ёлок. Здесь появился плакат, сообщающий о гибели Братика. Оказывается, Братика звали Сашей. Ниже его полного имени шёл невразумительный текст о движении к Настоящему Зеркалу.

Аккуратно отогнул заворачивающийся уголок плаката и увидел, что под ним были наклеены десятки похожих листков. Знакомиться с историей базы, впрочем, уже не хотелось. Все мысли были сосредоточены вокруг возможности её покинуть. Для начала требовалось отыскать Ингу.

Она сидела на металлической конструкции, нависающей над дорогой, и с легкомысленным видом болтала ногами. Меньше всего Инга походила на человека, на глазах которого несколько часов назад порвали на куски товарища.

— Есть минутка для важного вопроса? — спросил я.

— Если только для очень важного, — ответили сверху.

— Скажи, а что в других городах?

— В каком смысле — что? — настороженно уточнила Инга.

— Там тоже Отражение? Тоже пустые улицы и автомобили, расставленные под линеечку?

— Линеечка у тебя в штанах! — заявила Инга. — В радиусе сотни километров — деревеньки, дачи, фермы. Это гиблые места, без особой необходимости стараемся туда не ходить. Ну а дальше обычно никто не удаляется.

— Я правильно понимаю: вы много лет сидите в одном городе, стреляете друг в друга на поражение — и даже не представляете, что происходит за полторы сотни километров?

— Ну, правильно, — нехотя признала Инга.

— А если там обычная жизнь? Если попытка уехать — это и есть переход в Настоящее Зеркало?

— Лёха-а-а, — протянула Инга, — большего бреда ни разу не слышала. Я бы не рекомендовала тебе делать такие попытки.

— А я проигнорирую твои рекомендации, — развернулся и направился на «свою» парковку.

— Ну-ка стой! — Инга засуетилась и начала слезать со своей жердочки.

Прыгнул в «Порше», активировал зажигание. А топлива-то маловато… Вот у «ГАЗели» полный бак. Но отправляться на ней в большое путешествие совсем не хочется. Остался транспорт Марины… Надеюсь, не обидится, что я его позаимствую. Пересел в «Матиз» службы доставки.

Пассажирская дверь резко распахнулась. Несколько растрёпанная Инга дунула себе на лоб, чтобы смахнуть непослушную чёрную прядку. Предположил, что сейчас услышу номера директив и призывы к дисциплине, схлопочу запрет на выезд или же ночку в карцере (ведь здесь наверняка есть карцер). Вместо этого Инга приземлилась на сиденье и бросила назад ружьё и рюкзак.

— Составлю компанию, чтобы тебе не было скучно.

Это было настолько неожиданно, что я не нашел подходящего ответа.

— План таков, и он не обсуждается, — отчеканила Инга, пока выезжал с парковки. — Едем в соседний город. Оцениваем, что там происходит — и сразу же разворачиваемся. До заката должны быть на базе, понял?

— Вполне, — поглядел на Ингу, посмаковал на губах вопросы, но так и не задал.

— Чего смотришь? Конечно же, это не по правилам. Просто вдруг вспомнила, что сама тут составляю правила.

— По согласованию с Артёмом, да? — кольнул я.

Инга прошипела что-то невнятное. Директивы, возможно, и правда составлялись ей, а утверждались все-таки шпалой.

— Что у тебя там в рюкзаке? Выглядит внушительно, — сменил тему.

— Оружие, аптечка, фонарь, верёвка, перекус, пачка твоей никотиновой валюты… — начала перечислять Инга.