Чтение онлайн

Казалось, что прямого преследования не было. Время от времени мы снижали темп, прислушивались — и улавливали шуршание травы то справа, то слева. Тогда марш-бросок продолжался.

Рабочие ботинки, выданные Костей на складе завода, не очень-то подходили для многокилометровых пробежек. Чувствовал это каждым сантиметром своих стоп. Ребята тоже заметно выдохлись. Хуже всего пришлось Игорю. Здоровяк то краснел, то зеленел, постоянно спотыкался и вообще готов был вот-вот рухнуть посреди тропинки.

Наконец мы увидели одинокий ангар с массивными металлическими воротами.

— Кто-в-раз-вед-ку? — обрывисто проговорила Инга, пытаясь отдышаться.

Игорь облокотился на дерево и уже потянулся за спичками. Я вспомнил, как мы оставили Садко, почувствовал прилив злости. поднял автомат и выдавил:

— Нахрен жребий, я пойду.

Приблизился к ангару. Просунул в приоткрытую створку ствол автомата и повел в сторону, чтобы расширить проход. Скрип прозвучал на всю округу. Отлично, разведчик. Если в ангаре кто-то есть — он о тебе уже знает.

Подождал пару минут, стараясь не дышать. Просочился внутрь. По центру помещения стоял огромный красный комбайн. Кажется, он был совсем новым, потому что краска блестела даже под слоем пыли.

Услышал слева едва уловимый шорох. Развернулся, готовясь нажать курок.

— Садко! — с удивлением воскликнул я, — Чуть было тебя не хлопнул…

— Тут вопрос, кто ещё кого… — проговорил Садко, и я увидел, что он держит у пояса обрез. Обоим несказанно повезло.

— Как ты тут очутился? Мы бежали без остановки.

— Я тоже. Только я бежал вдоль дороги. А вы, получается, сделали крюк.

— Тварь отстала?

— Думал, что она за вами пошла.

Вскоре все обнимали Садко, избежавшего гибели, и всё же прятали глаза — бросили мы его, бросили…

— Место выглядит спокойным. Мы могли бы пересидеть тут ночь, — заявил Игорь. Он немного отдохнул после пробежки и заметно повеселел.

— Но это серая локация. Что, если за комбайном придут охры? Вдруг они решат убрать соседнее поле… — выразил сомнение Садко.

— Или не решат. Ты что, снова хочешь изучить какую-то из ближайших деревень? — Игорь ткнул Садко локтем. — Давайте не рыпаться. Отсидимся, а с рассветом пойдем за машиной. Завтра в то же время будем песни петь на Винзаводе.

Мы закрыли ангар изнутри тяжелым засовом и разместились у комбайна. После пережитого стресса Садко вырубился и негромко захрапел. Костя принялся считать патроны. Инга разглядывала потемневшее небо через маленькое окошко под потолком ангара. Игорь стоял у огромных жвал комбайна и аккуратно трогал пальцем кончики зубьев. Я забрался в кабину и начал изучать пиктограммы на многочисленных рычагах.

— Товарищ механик, а ты управлял когда-нибудь такой штукой? — спросил Игорь.

— Увы, нет. Но тут вроде бы не так сложно. Поднимайся, покажу. Обычный руль — да миллиард рычагов.

Игорь тут же просунул голову в кабину:

— А где тут полный вперёд?

— Вот.

— Ну а больше и не нужно ничего.

Игорь забрался внутрь и потрогал случайный рычаг.

— Знаешь, что больше всего угнетает меня в Отражении? — вдруг спросил здоровяк.

— Бесконечное повторение? День сурка? — нашелся я.

— Не угадал. Забвение. Все мы — воины, которые противостоят злой, мощной, никем не изученной силе. Мы первооткрыватели, мореплаватели, мы долбаные космонавты. Но о наших подвигах никто не узнает. Мы не попадем ни в легенды, ни в учебники. Рано или поздно начнется ночь, которую мы не переживем. (Возможно, она уже наступила.) Одним чудесным утром охранники уберут наши тела, и… Все. Потом придут новые отраженные.

— Вдруг как раз во всем этом кроется замысел этого пространства?

— Замысел? — Игорь едко усмехнулся. — Ты ведь не первый день здесь, а ещё не понял? Замысла нет. Здесь какой-то закуток мироздания, тупичок времени и пространства. Если бы я верил в некие Высшие Силы, то сказал бы, что им наплевать на это место.

— Игорь, хватит нудить, — оборвала Инга. — Мы выживем, откроем Настоящее Зеркало, пройдем через него, и уже дома за чашечкой чая будем рассуждать, что это нахрен такое было…

— Что это нахрен такое было? — встревоженно повторил Садко, выпрыгивая из сна. Ворота ангара дрожали — кто-то пытался их открыть.

Мы с Ингой бесшумно поднялись к окнам, посмотрели вниз. У ворот терлась большая компания охранников в комбинезонах сельскохозяйственных рабочих. Очевидно, сегодня ночью им все-таки понадобился комбайн.

Охранники ещё пару раз подёргали створки и неожиданно затихли.

— За болгаркой что ли пошли? — то ли в шутку, то ли всерьез пробурчал Садко.

В следующую секунду цепкие пальцы нескольких охранников схватились за края створок и начали медленно, но уверенно разгибать их в стороны.

— Этим болгарка не нужна, — заявил Костя, скидывая с плеча ружьё. — Готовьтесь стрелять.

У меня появился другой план. Бодрый рык мотора заполнил ангар. Помахал ребятам из кабины комбайна:

— Давайте сюда!

Признавая отсутствие каких бы то ни было альтернатив, все послушно забрались внутрь. Соотношение квадратных метров на число людей напоминало маршрутку в час-пик.

Игорь восторженно заголосил:

— Дай мне руль, дай руль! Щас как прокачу!

Охранники разогнули створки настолько, что смогли скинуть засов на землю. Ворота распахнулись.

— Косил Ясь конюшину! — заорал Игорь во всю глотку и врубил освещение комбайна. Охранники попятились, закрыв пустые лица руками. — Косил Я-я-ясь конюшину! Паглядау на дивчину!

Со злым скрежетом закружились зубья, и большая машина рванула прямо на противников. Двое-трое отпрыгнули в стороны, но сразу несколько угодили прямо в режущий аппарат. Брызги крови волной ударили по стеклам кабины.

— Лёха, а где тут включаются дворники?

— Ты маньяк, ты просто маньяк, — повторяла Инга. Кажется, она сама бы охотно взяла руль такой машины.

Один из охранников догнал комбайн, прыгнул и ухватился за выступ в задней части кабины. В следующую секунду он пробил рукой стекло и схватил Костю за руку. Садко выстрелил из своего обреза, оглушив всех присутствующих. Охранник остался позади. Широко открывая рот в попытках вернуть слух, я наблюдал, как мутант медленно поднимается с земли и ковыляет вслед за нами.