Отражение ночи
Шрифт:
Вдыхая аромат сухой травы, Рогнеда старательно гнала от себя мысли о Ратмире, пытаясь уснуть. Противоречивые чувства охватили её. Девушка осознавала, что влечение к юному герцогу почти непреодолимо.
«Я в обморок падаю, как только его вижу. Но ничего. Всё проходит. И это тоже пройдёт». Она снова вспомнила увиденный поцелуй, и слёзы навернулись на глаза.
«Ничего. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой».
Она закрыла глаза.
«Мужчины слабы. Их легко увлечь красотой плоти», — так сказал призрак прошлого, возникший в её сознании. «Никакой любви нет», — продолжала вещать старая аденийка — управительница её имения, которой уже не было в живых. «А выходить замуж нужно за сильного и богатого. Дети всё равно народятся, при тебе останутся деньги».
Рогнеда проследила за лучом луны, пробивавшимся сквозь щель в двери, и сказала неизвестно кому: «Нет в жизни ничего дороже любви и свободы. Не понимать этого — значит, обрекать себя и свой род на страдания». Призрак исчез, и она стала погружаться в сон.
За дверью сарая вдруг послышался шум и сдавленное мычанье. Графиня насторожилась. Дверь неожиданно открылась, и она разглядела в проёме двоих. Парень тащил в сарай отчаянно сопротивлявшуюся девушку, зажав ей рот. Рогнеда быстро перекатилась в дальний угол, спрятавшись и затаившись. Спустя минуты её опасения подтвердились. Здоровенный детина решил развлечься. Дожидаться окончания развязки девушка не стала. Она подошла к навалившемуся на жертву негодяю, и ударила его по спине палкой. А когда тот от неожиданности и боли вскочил, вырубила его этим же импровизированным оружием движением в челюсть.
Освобождённая девчонка, которой на прикидку было не больше пятнадцати лет, захлёбывалась рыданиями. Молча подождав несколько минут Рогнеда, наконец, крикнула:
— Прекрати истерику! И объясни: кто ты и как оказалась здесь с этим… Я не буду выражаться.
Не без усилий всё ещё лежавшая на полу девушка подавила слёзы и сдавленно произнесла:
— Я служанка с Дальнего хутора… Бывшая… Меня выгнали.
— За что? — строго спросила Рогнеда.
— Я облила хозяйского сына горячим чаем.
— Понятно, дальше.
— Мне некуда было идти, я выросла в приюте и решила туда вернуться… Оттуда меня тоже выгнали.
— А с этим как связалась?
— Он пообещал мне работу.
— Ну, у каждого свои понятия о работе, — резюмировала Рогнеда.
Парень застонал и зашевелился. Увидев это, девчонка вскочила и схватила свою спасительницу за руку.
— Бежим скорее, он сейчас очнётся.
— Куда ты меня тащишь? — уже вдали раздался голос Рогнеды. — Я заплатила за этот сарай.
Удивлённая энергичности этого ребёнка, графиня сопротивлялась слабо. В конце концов все её пожитки были при ней, а ночевать рядом с этим типом ей не очень хотелось. И переть его на себе с целью выбросить где-нибудь — тоже.
— Меня Лидией зовут, а тебя, — вела на ходу беседу девчушка.
— Рогнедой.
— Какое красивое имя.
— Скажешь тоже, — вздохнула девушка и пошла с ней рядом. — И куда ты предлагаешь идти?
— Здесь неподалёку есть заброшенный склад, я там живу. У меня есть немного денег.
— Да? — протянула Рогда.
— Я с тобой поделюсь, пока работу не найдём. Мне с тобой не будет страшно. Одной очень плохо.
— С чего ты взяла, что мне нужна работа?
— А разве нет?
— Нет, я собираюсь покинуть эти места.
Рогнеда закашлялась, увидев огорчённое лицо малолетней служанки.
— Знаешь, у меня была подруга, — вдруг сказала она.
— И куда она делась? — спросила графиня, чтобы поддержать беседу.
— Она красивая. Ей посчастливилось выйти за богатого мужчину. Он в годах конечно.
— И чем занимается этот богатей?
— У него своя лавка.
— У-у-у, — снова протянула Рогнеда.
— А вот мне такое счастье не светит.
— Это ещё почему? — весело спросила девушка.
— Я тощая и некрасивая. Хочу располнеть хоть немного, но не получается.
Графиня внимательно оглядела свою спутницу. Миловидное личико в обрамлении русых волос, тёплые карие глаза, старое поношенное платье, изящная фигурка. Сейчас при свете уличных фонарей она дала бы ей всего четырнадцать лет.
Словно поняв ход её мыслей, она сказала:
— Мне уже шестнадцать лет.
— Как много? — улыбаясь, сказала Рогнеда.
— А тебе разве не столько же? — обиженно спросила Лидия.
— Нет, — твёрдо сказала графиня.
— А сколько?
— Семнадцать.
— Врёшь, — выдохнула разговорчивая собеседница.
— Ещё как, — подтвердила Рогнеда.
Некоторое время они шли молча, пока не достигли убогого с виду строения. Войдя в него, девушка увидела, что внутри оно ничем не лучше.
Лидия подошла к очагу, в котором ещё тлел огонь, и подбросила туда сухих веток.
— Жаль, что ты уезжаешь, — сказала она, устраивая вторую лежанку из сухой травы.
— А ты планируешь остаться здесь и выйти замуж за лавочника?
— Зачем я ему нужна.
— Поедем со мной.
Услышав это, девчушка встрепенулась, но это быстро прошло.
— Нет, мне страшно уезжать отсюда. Я нигде никогда не была. И что я буду делать на чужбине?
— Не стану обещать тебе выгодный брак с лавочником, но кое-что предложить смогу.
— Да? — буднично спросила Лидия, устраиваясь на лежанке.
— У меня есть просторный дом, в котором я смогу тебя приютить. А потом построишь свой.
— Я? — удивилась девчонка.
— Да, соседи помогут тебе.
— А что я буду есть? У вас там работа найдётся?
— О пропитании не беспокойся. У меня богатый сад и есть козы, которые дают молоко. Выйдешь погулять сорвёшь, что тебе нужно и поешь. Мы не успеваем всё съедать и продавать. Много урожая пропадает. И молока слишком много, — пробормотала Рогнеда.
Лидия смотрела на неё широко раскрытыми глазами.
— Это правда?
— Что?
— То, что ты говоришь сейчас?
— Вообще да. Но можешь мне не верить. Дело твоё.
Лидия быстро отвернулась от неё к стене. Засыпая, Рогнеда слышала, что та ворочается.
«Раздумывает», — мысленно сказала она сама себе и погрузилась в сон.
Глава V
Пьянят воспоминания об аромате диких роз. Даже среди безжизненных камней мне тепло от них.