Чтение онлайн

– Нет, – через силу улыбнулась я, предчувствуя, что собираюсь попросить о слишком многом. – Им тяжело осваиваться под землёй, они хотели бы выходить на поверхность – может, их можно было бы записать в добровольцы?

Конан резко остановился и заглянул мне в глаза.

– Ты ведь в курсе, что в городе неофициальный локдаун – на поверхность сейчас не выйти даже добровольцам. В лучшие времена на одно место в добровольческий отряд двадцать человек метит, сейчас же правительству не то что новые добровольцы не нужны, под вопрос надобности рискуют попасть ветераны.

– Я понимаю, что сейчас никак, но, может быть, как-нибудь потом, когда пыль уляжется? – я положила ладонь на солнечное сплетение собеседника и заглянула ему в глаза. – Айзек ведь смог как-то провести Рейнджера в наш отряд…

– Ты что же, вертеть мной пытаешься? – удивлённо приподнял брови Данн.

– Во имя благородных целей. Помочь товарищам – это ведь благородно? – Он не ответил, и я попыталась улыбнуться. – У меня хоть получается?

– Вертеть мной?

– Да.

– На все сто процентов.

– И что это может значить?

– Это значит, что я достану для тебя информацию по новоприбывшей и попробую помочь твоим недотрапперам. А теперь мне за это можно поцелуй?

– Нельзя.

– Воу! Ты серьёзно?!

– Ты помогаешь мне потому, что желаешь помочь, а не за поцелуи – понятно? Я не собираюсь спать с тобой из-за твоей полезности.

– А из-за чего же ты собираешься спать со мной?

– Из-за желания. Или у тебя другая причина относительно этого процесса?

– В первую очередь, конечно же, я хочу тебя.

– Есть ещё и вторая очередь? – заинтригованно повела бровью я.

– Конечно есть. Во вторую очередь мне нравится, как ты выносишь мой крепкий мозг.

Мы одновременно засмеялись, но уже через несколько секунд осеклись из-за того, что перед нами возникли и остановились две огромные фигуры.

– Вы уже обнимаетесь? – улыбнулся нам владелец “Поющего Поэта”. Одной рукой он придерживал явно перебравшего с выпивкой Рейнджера.

– Вы, как видно, тоже в обнимку качаетесь, – сыронизировал Конан и притянул меня к себе ещё ближе, словно желая утвердить перед общими знакомыми факт нашего союза.

– Целые сутки ностальгировали, только сейчас на боковую отправляемся, – с усмешкой ответил Байярд, и в следующую секунду меня вдруг передернуло от взгляда Рейнджера, которым тот вдруг буквально пронзил Конана.

– Ты… – Подняв указательный палец в сторону Конана и сильно пошатнувшись, Рейнджер заговорил неожиданно агрессивным тоном, при этом, из-за очевидного опьянения, сильно заплетаясь языком. – Ты не можешь позволить себе её!.. Она не для такого как ты!.. Она слишком хороша! Если ты её тронешь…

– Эй! – Байярд, бывший как минимум вполовину трезвее Рейнджера, вовремя оттянул своего друга в сторону от Конана, внезапно сделавшего шаг по направлению к бросившему ему вызов. – Конан, забей! Он просто в дым пьян. Мы просто шли мимо, ладно? Поговорим после, когда проспимся… Всего вам хорошего, ребята, – с этими словами Байярд поспешно и весьма благоразумно оттащил Рейнджера в сторону и потолкал его сильно шатающееся тело в направлении лифтов.

Конан, уже отпустивший меня и теперь стоявший напротив, молча сверлил уходящих недобрым взглядом. Молчание затянулось, и я решила оборвать его до того, как оно переросло бы в критическое.

– Он просто пьян… – решила повторить слова Байярда я.

– Между вами что-то было? – В ответ Конан буквально впился в меня взглядом. Я прикусила нижнюю губу. Кажется, он понял мой немой ответ. – Он ведь траппер!

– Он ненастоящий траппер…

– Ты его выгораживаешь?

– Конан…

– Ты не ответила на мой вопрос. Что между вами было?

Это уже был другой вопрос. Но я решила не ходить вокруг да около, в глупой надежде остаться неразорванной напополам:

– Я ведь тебе рассказывала. О Торнхилле и об одном случайном сексе.

– Имя Данте ты назвала. Почему про этого траппера умолчала?

– Это произошло много лет назад. Мы тогда даже имён друг друга не знали, а после ни разу не встречались вплоть до тех пор, пока не пересеклись по дороге в Подгорный город – он был среди тех трапперов, которые нас схватили…

– Я знаю. Ведь это я с Айзеком спасли вас в ту ночь. И я же подстрелил этого Рейнджера, а после, ради тебя, приволок его в город вместе со всеми остальными.

– Конан… – он распалялся слишком быстро, и это внезапно начало всерьёз пугать меня. Я попыталась остановить его, но он не желал меня слушать – он испытывал слишком сильную, неожиданно сильную ревность.

– Знаешь, если бы в ту ночь я знал, что между вами что-то когда-то там было, я бы целился получше и попал бы ему не в плечо, а прямо в затылок.

От услышанного меня передёрнуло. Как я могла забыть о том, что этот мужчина из тех, кто способен на убийство? Он доброволец. И я недавно тоже стала добровольцем. Значит, я тоже способна. Конечно способна! На моём счету уже пятеро. А может и больше: скольких я вслепую подстрелила в своём первом и пока что единственном походе? Подобное притягивается к подобному? Но ведь это другое… Он всерьёз угрожает жизни человека не из-за безвыходного положения, а из-за обычной ревности! Это было слишком… Пугающе. Даже для меня.

Резко развернувшись, я быстрым шагом направилась назад к лифтам, в противоположную от своего страха сторону.

Глава

26

По пути к лифтам я немного проветрилась, насколько это было возможно сделать при спёртом воздухе фундаментального этажа, и достаточно быстро пришла в себя. Что я творю?.. Копирую импульсивное поведение Лив?.. Ни в коем случае нельзя уходить от полюбившегося тебе человека в споре ли, в злости ли и даже в страхе! Если ты выбрал быть с этим человеком, значит будь с ним до конца. В противном случае это не любовь, а баловство, игра на струнах нервов и самолюбия…

Я резко остановилась. Я что же, только что признала себя влюблённой?.. Выходит, что признала.

В раздражении я замахнулась ногой и, ударив ей воздух, развернулась, и направилась обратно к “Поющему Поэту”, просить прощение за свой побег и пытаться выслушать, и даже понять ревность выбранного мной человека. Шла я уверенным шагом, а значит не сомневалась в верности своего решения. Но в бар я так и не зашла. Сама того не ожидая, замерла на пороге. Замерла из-за сцены, которую я никак не ожидала увидеть. Я могла предположить, что Конан может повести себя не менее импульсивно, чем я, может даже отвергнуть мой философский подход к решению этого совершенно дурацкого разногласия, но я никак не могла предположить, что придя к нему я увижу, как он сияет в компании своей бывшей девушки Сибиллы Стоун. Они стояли под яркой лампой у дальней стены бара, расположенной напротив входа. Конан облокотился о стену одним плечом, Сибилла же стояла напротив него. Они были неприлично близки друг к другу – их тела были всего в нескольких сантиметрах от соприкосновения. Но, главное, они так широко улыбались друг другу, что у меня вдруг закололо в глазах от излучаемого с их стороны света. Хотя, быть может, дело было в яркой лампе, под которой они стояли… Или дело было не в свете вовсе… Внезапно Сибилла положила руку на его скрещённые на груди руки. В этот момент я решила, что с меня хватит, и в этот же момент, толкнув меня в плечо, в бар вошёл тот самый татуировщик, который накануне набивал мне тату.