Отступница
Шрифт:
– Но… Откуда Лив знать об этой уловке?
– Айзек. Мы с ним ползали именно по этой шахте два года назад. Таким образом мы и узнали о криоспящих, и о том, что это личный проект Ригана.
– Но… Лив сказала, что она не разговаривала с Айзеком на эту тему… Она… – Меня осенило. – Она соврала! Зачем?!
Конан резко вскочил на ноги и, схватив свой рюкзак, выпалил:
– Срочно возвращаемся в город! Кажется, мой брат и твоя сестра по-крупному влипли.
– Что случилось?! – вскочив, я начала забрасывать в его рюкзак подушки и помогать ему поспешно складывать плед.
– Встать у руля власти желают не только самопровозглашенный президент и фундаменталисты. Есть ещё фанатики псевдорелигии. Думаю, Айзек примкнул к ним.
– Примкнул к “Обществу нового поколения”? Но зачем ему этот сброд? Почему?..
– Потому что он больше всех жаждет власти. Даже больше Ригана Данна. Если у него получится захватить власть, город погрузится в тёмные времена. Мой брат не из тех, кто может стать хорошим правителем, и тем более не из тех, кто смог бы победить на честных выборах.
– Но у него ведь не получится захватить власть, верно? Что он может сделать имея в своём распоряжении кучку сумасшедших фанатиков? Ему ведь придётся бороться не только со сторонниками Ригана Данна, но и с фундаменталистами…
– “Общество нового поколения” гораздо опаснее, чем ты предполагаешь. К машине, Джекки, быстрее… – Он схватил меня за руку, и мы резко сорвались на бег.
– Ты точно не преувеличиваешь?!
– Я преуменьшаю.
– Надеюсь, ты ошибаешься…
– Я тоже на это надеюсь. В противном случае мой брат и заодно стоящие с ним рядом, то есть и твоя сестра тоже, могут быть уже ликвидированы.
– В смысле ликвидированы?!
– В смысле ты их больше не увидишь. Даже в замороженном состоянии.
Из тоннеля мы вылетели со скоростью молнии. Сумерки уже сгустились над долиной до непроницаемого состояния. Сердце колотилось страшно: почему я сразу не рассказала Конану о том, как узнала о криоспящих?! Почему он не спросил?! Почему я не распознала ложь в словах родной сестры?! Почему я беспрекословно верю во всё, что мне говорит Конан?!
Уже на подъезде к городу мы поняли, что с ним что-то не так: въезд на парковку-А был распахнут настежь и освещал льющимся из ворот тёплым светом часть долины. Так не должно быть. Не в городе, всецело сосредоточенном на своей маскировке.
Очевидно, мы серьёзно опоздали.
Глава 37
Мы въехали в Подгорный город через настежь распахнутые ворота и со скрежетом затормозили на бетонном полу возле вахты. Сначала я подумала, что вахтёр решил присесть облокотившись о вахтенную будку, но стоило мне выскочить из машины, как я увидела кровь на его куртке.
– Гаррет! Жив?! – подбежав к мужчине впритык, я встряхнула его за плечо. Я не рассчитывала на то, что он окажется живым или в сознании, но он вдруг вяло открыл глаза. – Что произошло? Фундаменталисты?
– Псевдорелигиозные устроили бунт… В город вошли коалиции трапперов из одичавших земель… Объявлено… Чрезвычайное… Положение-е… – последние слова он прохрипел, после чего резко заглох. Я отскочила от него:
– Он сказал, что в город вошли коалиции трапперов из одичавших земель?! – не веря в услышанное, я едва не схватилась за голову, но остановила руки ровно над головой.
Конан бросился к вахтенной будке и, нажав на панели управления какую-то кнопку, заставил ворота начать закрываться. Именно это действие в этот момент спасло наши жизни: к воротам с внешней стороны горы подошли вооруженные люди. Очевидно, это был новый поток трапперских коалиций. Они успели выпустить по нам две очереди, прежде чем ворота наконец закрылись. Я вовремя нырнула в бронированную будку к Конану, поэтому меня не зацепило, но несколько трапперов всё же успели протиснуться в ворота. Нам повезло, что у них в руках было не продвинутое оружие, вахтенная будка хорошо сносила прямые попадания пуль, а продвинутое оружие Гаррета отыскалось под панелью управления. Конан стрелял прямо через стекло. Выстрелов было пять. Значит, успевших проникнуть в коридор трапперов было именно пятеро – Конан не стреляет дважды по одной мишени, я это уже успела заучить.
– Мы не можем оставить этот вход без охраны! – выпалила я. – Нужно запереться в будке и удерживать позицию.
– Нет необходимости оставаться здесь, – с этими словами Конан вынул из панели управления пластмассовую карточку. – Без доступа ни одну дверь на этой парковке не открыть. Уходим.
Мы выбежали на парковку-А с одним продвинутым оружием на двоих, что меня сильно напрягало. Хуже было бы только остаться полностью безоружными.
На фундаментальном ярусе разверзся без преувеличения чистый хаос: людей было много, все кричали, размахивали дымящимися фаерами, толкались – через такую толпу было сложно протиснуться при помощи работы локтей, не то что проехать на электромобиле, пару из которых мы встретили разбитыми вдребезги прямо посреди проходов. До “Поющего Поэта” мы добрались лишь спустя десять минут бега, сопровождаемого беспощадной толкотнёй. Мы несколько минут стучали в закрытые деревянными ставнями окна и защищенные замками в виде запоров двери, но нам никто не открыл. Толпа начинала всё более отчётливо сгущаться – люди двигались по направлению к лифтам. Понимание того, что оставаться в этой толчеи с каждой минутой становится всё опаснее, возрастало в геометрической прогрессии.
– Нам нужно к лифтам! – крикнула на ухо Конану я, стараясь перекричать гул толпы.
– К ним сейчас не попасть – все рассчитывают на них!
– Другого пути нет?!
– Нет! Так что к лифтам! Быстро!
Быстро – это была вовсе не та скорость, с которой мы в итоге добрались до лифтов, возле которых разразилась самая настоящая давка.
Лифты были перегружены и отказывались ехать, но люди всё равно продолжали набиваться в них. Протиснувшись между двумя агрессивными амбалами, я внезапно оказалась у самых дверей только что приехавшего на фундаментальный ярус лифта. Стоило дверям распахнуться, как толпа хлынула в них, даже не дав шанса выйти тем троим людям, которые совершили неудачную попытку протиснуться на фундаментальный ярус.
Первая волна толпы буквально затолкала меня в лифт. Спустя три секунды я уже стояла распластанной по стене лифта: правая щека, обе руки и ноги вплотную прижаты к стене – сзади на меня навалился спиной крупный, двухметровый мужчина, пусть и невольно, но всерьёз угрожающий раздавить меня своим весом.
Давка продолжалась дольше двух минут, по истечению которых нашему лифту всё же позволили выехать. Я не могла видеть, сумел ли Конан попасть в лифт вместе со мной, но этот момент прояснился при остановке лифта на среднем ярусе: здесь людям дали выйти, а перед заходом новой волны толпы я смогла выпрямиться, развернуться и осмотреться – Конана не было видно.
В лифт залился новый поток людей, но на сей раз в тесном пространстве оказалось всё же чуть меньше народу, благодаря чему сейчас меня не плющили по стене. Когда двери лифта закрылись, я умоляла его только об одном – чтобы он поехал на верхний ярус и не вздумал отправиться на фундаментальный, на котором меня ожидала бы очередная борьба за выживание в давке. К счастью, лифт поехал вверх, но здесь люди не выходили, а только ещё больше забивались в переполненный под завязку лифт, из-за чего я едва не упустила возможность выйти – протиснулась в уже закрывающиеся двери в самую последнюю секунду, едва не прищемив себе руки и ноги.