Чтение онлайн

Я гулко сглотнула. Меня всё ещё не тошнило. Я начала приближаться. Крик лежала под Сомнением, Тонкий лежал в стороне от них. Лицо Тонкого было развернуто в сторону противоположной стены, лицо Сомнения упиралось в пол, только лицо Крик осталось открытым для моего взгляда. Её остекленевшие глаза смотрели в сторону Тонкого, рот был сильно искажён в гримасе ужаса, но она… Не кричала. Я слышала предсмертные крики Тонкого и Сомнения, но не её. Крик ушла беззвучно.

Из ступора меня вывел резко выключившийся на целых пять секунд, а затем вновь включившийся свет. Когда он включился, я чуть не умерла от разрыва сердца – в дверях стоял мужской силуэт. Лишь спустя мгновение я узнала в нём Данте Торнхилла.

– Мертвы? – его голос дребезжал паническим беспокойством.

– Все.

– Ты цела?

– Да.

– Кей в соседних апартаментах со своим другом и моим сыном. Там ещё несколько детей. Нам нужно переждать там. У владельца апартаментов есть продвинутое оружие.

– Лив с вами?

– Нет… Джекки, я хотел узнать…

– О чём?

– О том, как мы расстались.

– Не своди меня с ума несвоевременными разговорами…

– При первом нашем диалоге ты как будто была уверена в том, что я добровольно ушёл и бросил вас. Но ведь всё было не так. Я действительно уводил от вас трапперов…

– Данте… – Я поморщилась, таким образом демонстрируя свою неприязнь: я стояла в комнате с тремя трупами, ещё недавно бывшими мне не друзьями, но хорошими знакомыми, которые пришли ко мне с расчётом на спасение, которое я не смогла им предоставить, а он пытался разговаривать со мной о той жизни, которая была так давно, что, кажется, не существовала вовсе, только снилась где-то очень далеко отсюда.

– Лив разве тебе не сказала?

– Не сказала что?.. – моё терпение болталось на прозрачном волоске.

– Она видела, как я уводил за собой тех трапперов в лес. Я был уверен в том, что она всё расскажет тебе, и ты отправишься за мной по следу. Но ты отчего-то решила, будто я просто бросил вас. Почему ты так решила?

Глава 39

Свет продолжал сильное мерцание. Мне необходимо было попасть на средний ярус, а затем на фундаментальный, чтобы отыскать Конана или хотя бы Байярда. Лифты использовать при таких проблемах с электричеством и предположительном возгорании лифтовых шахт было сродни самоубийству. Так я оказалась в тупике крыла апартаментов, напротив вентиляционной шахты. Через неё можно было попасть в одну из комнат крио-лаборатории, располагающейся между верхним и средним ярусам, а из лабаратории, уже по другим лабиринтам вентиляционных шахт, наверняка можно будет добраться до фундаментального яруса. Игра стоила свеч: мне необходимо было объединиться с Конаном как можно раньше!

Увидев в тупике вход в шахту открытым, а скрывающую его прежде решетку аккуратно стоящей прислоненной к стене, я повела бровью. Лив?.. А если нет? С кем в таком случае я рискую оказаться в узком пространстве шахты?

Упершись руками в бока и запрокинув голову назад, я тяжело выдохнула. Перед глазами всё ещё стояли Тонкий, Крик и Сомнение. Я уже знала, что это останется со мной навсегда.

Выбора у меня не было. Застревать на месте я не собиралась. Нужно было лезть в шахту.

Я с ранних лет обладала отменной памятью, так что я прекрасно помнила, каким именно путём к лаборатории вела меня Лив: пять пролётов прямо, два раза направо, на развилке налево, дальше снова прямо, вплоть до первой решётки в полу, за которой и будет лежать первая комната лаборатории. Путь займёт десять минут, и это только по вентиляционной шахте. Дальше наугад, а значит дольше.

…Спустя десять минут я наконец дошла до той самой развилки, за которой лежал проход к первой комнате лаборатории, но стоило мне завернуть налево, как я сразу же остановилась. Решетка, которую я надеялась вытащить, уже была снята и лежала прямо в вентиляционной шахте – кто-то уже проник туда, куда планировала проникнуть я. Я уже попятилась назад, решив найти комнату другой лаборатории, может даже более безопасную, как вдруг перед моими глазами возник образ Лив. Вдруг это она?.. Необходимо было проверить. Тихо, стараясь не создавать металлического звука от соприкосновения коленей с обитой жестью поверхностью шахты, я приблизилась к дыре в полу и аккуратно заглянула в неё. Внизу, за столом, стоящим прямо под люком, сидела моя сестра. Со скучающим видом, лежа на предплечье, она катала по столу какую-то безделушку. Понаблюдав за ней несколько секунд, я решила проверить, действительно ли она в комнате одна и, опершись на обе руки, слегка высунулась из люка. Быстро посмотрев по сторонам, я поняла, что сестра одна.

– Лив! – громким шёпотом позвала её я. – Что ты здесь делаешь?!

Она сразу же резко посмотрела наверх, и наши взгляды встретились.

– Джекки? Как ты меня нашла?

– В процессе поиска прохода на фундаментальный этаж, – с этими словами я спустила ноги в люк и, держась руками за края шахты, ловко спрыгнула на стол.

– Так ты вовсе не искала меня? – в её голосе прозвучало странное, наигранное разочарование. Я спрыгнула со стола на пол. – Смотри, – сестра протянула в моём направлении безделушку, которую перед этим катала по столу. Это было кольцо. Жестяное, с непропорционально большим, странным прямоугольным камнем голубоватого цвета. – Мне Айзек подарил. В честь нашего союза. Нравится? – с этим вопросом она надела на средний палец правой руки это лишенное изящества украшение и, встав на ноги, крутанулась вокруг своей оси, тем самым демонстрируя мне свою несвоевременную радость.

– Лив, Айзек использует тебя… – попыталась начать я, но сестра не дала мне возможности договорить.

– Кто сказал, что это он использует меня, а не я его? Мне надоело быть в тени. Теперь меня никто не будет использовать, тем более такой дуралей, как Айзек.

Приглушенный свет, исходящий лишь от встроенной в стену тусклой, голубоватой подсветки, замигал.

– Резервное питание в опасности!.. – с горечью выпалила я.

– Не переживай, Айзек в курсе того, что резервное питание сейчас находится в стадии ремонта. Он не допустит этих жертв, – с этими словами Лив взмахнула в сторону стены с криокапсулами, и я вдруг заметила, что одна из них выдвинута и пуста.

– Кто в ней был?

– В три тысячи сто восьмидесятой? Никого. А мог бы быть, если бы Айзек не прикрыл эту лавочку по производству мороженых артефактов.

Я резко вернулась взглядом к сестре:

– Ты говорила, что не обсуждала эту тему с Айзеком. Очевидно, ты врала мне. С какой целью?

– Мы с Айзеком надеялись переманить тебя на свою сторону, но ты всегда была такой своевольной… Пошла к Конану, объяснилась с ним и с ним же осталась – по другую сторону баррикад.

По другую сторону баррикад? Это что же, война?

– Что Айзек задумал?

– Не Айзек, а я с Айзеком! Как ты не поймёшь, что я никакая не тень – я главный персонаж! Хочешь знать, что мы с Айзеком задумали? – она жеманно уперлась в бок рукой с красующимся на среднем пальце кольце. – Мы свергнем Ригана Данна и всю его корпорацию монстров, производящую свежемороженые артефакты из подобных нам. За Неуязвимыми будущее. Уязвимым, то есть всем бывшим, действующим и будущим трапперам, путь в завтрашний день закрыт. Мы будем править Подгорным городом – я и Айзек – и приведём Неуязвимых к процветанию. Понятно?

– Ты окончательно с катушек съехала? – я сдвинула брови, пытаясь вспомнить, какой именно момент в воспитании этой девчонки я упустила. Наверное тот, в котором взвалила на себя родительскую ответственность за её судьбу. Рейнджер был прав: видимо не стоило мне заботиться о ней так яро, так безоглядно, так долго. – Так нельзя, Лив! Погибают люди!

– И что? Мы ведь живы.

От услышанного у меня зазвенело в ушах. Она и прежде периодически позволяла себе высказываться цинично, но только что она, кажется, продемонстрировала мне самое дно айсберга своего цинизма.