Отступники Эскулапа
Шрифт:
– Что Вы имеете в виду, когда говорите об изменении версии происшествия? – голос следователя так же сменил тональность, – теперь он был резким и отрывистым.
– А то и говорю, Николай Петрович, что мы с Виктором Феликсовичем обнаружили входной раневой канал в области основания затылка. Возможным орудием убийства мог стать какой-то узкий и при этом очень прочный колющий предмет: спица, тонкий стиле, остро отточенный гвоздь, в конце концов. Так что я предлагаю, мы имеем дело не с несчастным случаем, а с умышленным убийством – статья 105, часть первая, как минимум. Вот так-то, товарищи Пинкертоны…
Это известие стало для Озерова как гром среди ясного неба. Видимо, такой поворот событий кардинальным образом менял на сегодня все его грандиозные праздничные планы, о чем можно было судить по заметно погрустневшему выражению лица мужчины.
Николай Петрович, ни о чем больше не спрашивая, почти бегом спустился по лестнице на первый этаж, где о чем-то долго разговаривал с криминалистом. Вернувшись обратно на восьмой этаж, он первым же делом обратился к Киряк.
– Олеся Сергеевна, ну, зачем же Вы так сразу категорично – убийство? – даже не отдышавшись после быстрого подъема на восьмой этаж, первым делом произнес дежурный следователь. – Это же пока лишь предположение. А вот то, что я начинаю предварительное расследование – это факт, и то, что я сейчас выпишу бумагу на проведение судебно-медицинской экспертизы – это тоже факт. У нас ведь нет ни свидетелей преступления, ни каких либо улик указывающих на преступника, да, вообще, пока что нет ничего, никакой зацепки. И это тоже факт, Олеся Сергеевна, не так ли?.. Поэтому, уважаемый оперативный сотрудник уголовного розыска, раз уж Вы так рветесь в бой, желая по горячим следам поймать преступника, то на правах старшего, я даю Вам распоряжением – в срочном порядке приступить к оперативно-розыскным мероприятиям.
И хотя лицо Озерова в этот момент было строгим, но внезапно мужчина слегка улыбнулся, подошел вплотную к Киряк и, взяв ее под локоть, увел в сторону.
– Олеся Сергеевна, а если откровенно, я нуждаюсь в Вашей помощи. Дело в том, что мне край как надо через два часа быть в одном месте, – на этих словах следователь виновато сморщил лицо и внимательно взглянул в глаза женщины. – Очень нужно. Выручите меня, пожалуйста, Олеся Сергеевна… в долгу не останусь. Как завершите с Пикалиным поквартирный обход, то съездите, пожалуйста, в судмедэкспертизу и попросите Ильина сделать вскрытие сегодня, чтобы на утро у нас уже были результаты. Ну, и здесь, хорошенько все прошерстите. А вечером, часиков в семь, встретимся у меня в отделе и все обсудим. Я знаю, на Вас можно положиться – Вы человек надежный и к тому же здесь во всем разберетесь и без меня. Я сейчас, только бумаги и протоколы все заполню, вызову на всякий случай кинолога с собакой и отъеду. Так что временно Вы будете старшей группы. Договорились?.. Выручайте Олеся Сергеевна – край как надо…
Киряк призадумалась. Конечно, выручить Озерова не являлось для нее большой проблемой, к тому же он мог просто ей приказать, даже ничего не объясняя. А если честно, то ей и самой уже стало интересно это не совсем обычное дело. Однако перспектива получить очередной нагоняй от непосредственного начальства ставила данное заманчивое предложение на грань полного фиаско. И все же профессиональный интерес сыщика Киряк перевесил естественный инстинкт самосохранения рядового оперативного сотрудника уголовного розыска.
«А… будь, что будет», – решила она. – «Все равно, что так от начальства получать, что так. От меня ничего не убудет».
И приняв такое окончательное решение, Олеся Сергеевна объявила об этом Озерову. У того от радости даже щеки запылали огнем. Он возбужденно поблагодарил Киряк, эмоционально пожал ей руку и, оставив наедине с участковым, топливо зашагал вниз по лестнице.
Лейтенант Пикалин, по-прежнему, внешне не проявлял никаких эмоций. За все это время участковый не произнес ни единого слова, кроме как поздоровался в самом начале их встречи. И теперь, когда следователь ушел, он все так же, молча, спокойно смотрел на капитана Киряк, видимо ожидая от нее распоряжения как от старшего по званию.
– Простите, я забыла, как Вас зовут? – уточнила Олеся Сергеевна, ругая себя за такую забывчивость.
– Евгений Семенович, – глухим басом прогудел «квадратный» участковый и зачем-то после этого добавил, – Для Вас, просто Евгений.
Киряк, не оценив хода мыслей лейтенанта, последнюю фразу пропустила мимо ушей.
– Евгений Семенович, ответьте мне, пожалуйста, а Вы с Николаем Петровичем уже много квартир в подъезде обошли? – поинтересовалась она.
– Мы пошли по порядку, начиная с первого этажа и согласно подъездному списку. И на данный момент у нас оставался не охваченным лишь последний девятый этаж и, соответственно, имеющиеся там четыре квартиры. Везде, где мы были до этого – никто ничего не видел и не слышал, – четко отрапортовал Пикалин.
– Хорошо, тогда пойдемте и вместе обойдем оставшиеся четыре квартиры. Быть может, там нам повезет больше? – предложила оперативница, и первой начала подъем по лестнице с восьмого на девятый этаж.
Глава 5
Обойдя первые три квартиры на девятом этаже и не получив от тамошних жильцов никакой новой информации, Киряк и участковый остановились около последней в списке – под номером 72.
Утопив кнопку дверного звонка, лейтенант Пикалов долго удерживал ее в таком положении. Однако это оказалось излишним, так как не прошло и десятка секунд, как дверь широко распахнулась и на пороге показалась высокая эффектная блондинка лет двадцати с яркими голубыми глазами. У нее были длинные прямые волосы естественного белого цвета с практически неуловимым оттенком легкой желтизны и абсолютно без какого-либо намёка на то, что к их окраске мог приложить руку парикмахер.
«Красавица… очень похожа на коренных прибалтийских девушек», – с какой-то легкой завистью подумала Олеся Сергеевна, хотя сама от природы была так же светловолоса.
Увидев на пороге своей квартиры людей в милицейской форме, на лице прекрасной незнакомки появился легкий испуг. Девушка с недоумением переводила взгляд с одного милиционера на другого, видимо, пытаясь разобраться, – кто же из них главный?
– Добрый день, участковый, лейтенант милиции Пикалин, – первым представился мужчина и показал свое служебное удостоверение. – Разрешите войти и задать Вам несколько вопросов по поводу преступления совершенного накануне в Вашем подъезде?
– Да-да, конечно, – залепетала девушка, освобождая при этом дверной проем.
Пикалин шагнул внутрь квартиры и, не проходя далеко вглубь, расположился в небольшой прихожей прямо около входной двери. Следом за ним, зашла вовнутрь и Олеся Сергеевна.
– Позвольте и мне представиться, оперуполномоченный уголовного розыска, капитан Киряк Олеся Сергеевна, – четко произнесла оперативница и следом поинтересовалась. – Скажите, а как Вас зовут?
– Лена… Осипова Елена Карловна, – произнесла, тут же поправившись, девушка.
– Елена, подскажите, Вы вчера вечером и ночью все время были дома? Никуда не отлучались? Или, может быть, Вы слышали какой-нибудь подозрительный шум в подъезде?
– Вчера, как только я приехала из института в четвертом часу, так больше никуда из квартиры не выходила – ни вечером, ни ночью. А что собственно случилось? – заволновалась Елена.
– Нет-нет, не беспокойтесь, Вас лично это не касается. Дело в том, что сегодня утром в вашем лифте был обнаружен труп неизвестного молодого мужчины. И как мы предполагаем – он был убит. И теперь мы по служебной необходимости проводим обход по квартирам, чтобы выяснить у жильцов интересующую нас информацию, – пояснила Киряк.
От этих слов девушка резко изменилась в лице: кожные покровы побледнели, а зрачки внезапно расширились. Милиционерам вначале даже показалось, что сейчас у нее вот-вот случится обморок, и она грохнется на пол прямо здесь в прихожей. Однако, вместо того чтобы потерять сознание, молодая блондинка лишь выставила вперед правую руку и уперлась ею в стену, видимо для того, чтобы таким образом получить хоть какую-то дополнительную опору и не упасть.
Елена склонила голову вниз, упершись взглядом в пол прихожей, – теперь она поверхностно и часто дышала. Внезапно девушка поднесла ко рту свободную руку, словно сдерживая какой-то крик, и сорвавшись с места, стремительно помчалась по коридору в направлении туалета. Добежав до него, она широко распахнула туалетную дверь и мгновенно заскочила вовнутрь. Но добежать до своей конечной цели ей так и не удалось – её обильно вырвало прямо на закрытую крышку унитаза. После этого, оставив, все как есть, девушка, зашла в ванную комнату и умылась холодной водой. И только затем, видимо, окончательно придя в себя, она вновь вышла к милиционерам в прихожую.