Чтение онлайн

На некоторое время снова зависла тишина. Лассон смотрел в небо так, будто ожидал, что голос должен ответить ему оттуда. Я тоже посмотрел вверх. Только пасмурные серые облака равнодушно проплывали над нашими головами. Но вот из двора раздалось:

— Идёт!

— Только не стреляйте в него! Он безоружен! — повторил Лассон.

Он отпустил Вайшу, и тот сделал несколько неуверенных шагов, высовываясь из своего укрытия и держа руки над головой. Он остановился на несколько мгновений, словно готовясь прыгнуть обратно, если снова раздадутся выстрелы. Но ничего не происходило, и Вайша так же неуверенно зашёл во двор, скрывшись от моих глаз. Лассон, чуть высунувшись, наблюдал за тем, что там происходит. Это ожидание, казалось, было ещё тягостней, чем стрельба минуту назад. У меня внутри всё прыгало, словно уловило какой-то инфернальный ритм в перестрелке. Мне безумно хотелось вскочить и бежать отсюда прочь или хотя бы выглянуть из-за угла, чтобы увидеть, что происходит внутри, но я не решался. Да и Лассон подал нам с Нангом знак рукой, чтобы мы не двигались.

Время снова замерло. Все оставались в одних и тех же позах, и снова только падающий с небес снег напоминал мне о том, что оно всё-таки движется. Даже Мекат продолжал лежать в сугробе без движения и только вращал глазами из стороны в сторону.

— Хорошо! — наконец долетело из двора. — Вы можете выйти! Только без оружия!

Лассон снял со своего плеча винтовку и прислонил к стене, махая нам рукой, чтобы мы сделали так же. Мекат резко и тихо что-то сказал ему, но норвальдец шикнул в ответ. Нанг обошёл меня и поставил оружие у забора. Мекат, кажется, нехотя, но сделал то же самое. Лассон медленно вышел из-за стены, держа руки над головой, за ним последовали Нанг и Мекат.

— Нам нужно позаботиться о нашем человеке! — крикнул Лассон.

— Хорошо! — снова донеслось из двора.

Норвальдец, не опуская рук, повернулся ко мне и сказал:

— Ашвар! Беги за аптечкой, срочно!

Я с трудом поднялся из сугроба, в который врос за это время. Прежде чем кинуться к вездеходу, я обернулся и увидел двор. Почти в самом его центре находилась группа людей, которые продолжали целиться в нас. Хоть и не все. Рядом с ними стоял Вайша. Остальные из наших медленно двигались к ним. И тут я увидел, что между нами и ними на снегу лежит человек. Он не шевелился. Это был Ижу. У меня сжалось сердце, я отвернулся и побежал к вездеходу.

Когда я добрался до машины, то обнаружил, что в одной руке всё ещё сжимаю винтовку. Вдруг до меня долетел шум из тюрьмы. Это была не стрельба. Это был звук двигателя, который работает на пределе. Следом за этим раздался крик:

— Берегись!

Я сделал несколько быстрых шагов назад, чтобы выглянуть из-за холма, и увидел, как к выезду из тюрьмы движется жёлтый вездеход. Я сразу понял, что это Менаги. И в этот момент я ощутил ярость. Страх и волнение улетучились в один миг, оставив место лишь для ненависти. Я бросился к нашему вездеходу, открыл дверь, закинул внутрь винтовку, а следом забрался сам. Двигатель всё ещё работал, поэтому я сразу поддал газу и начал резко выворачивать за холм. Менаги уже миновал ворота и нёсся к повороту. Я повёл машину навстречу так, чтобы мы могли разъехаться. В груди разливался жар, и казалось, что всё внутри закипает. Из ворот следом бежал человек. Остальные просто стояли в замешательстве.

Когда жёлтый вездеход оказался в паре десятков метров от меня, я стиснул зубы и резко повернул к нему. Он врезался в мою машину, отчего меня чуть не ударило о приборную панель. Я дал по тормозам и услышал, как двигатель жёлтого вездехода надрывно взвыл, словно Менаги пытался сдвинуть меня с дороги. Через секунду он сбросил обороты и сразу же заглох.

Я открыл дверь, схватил винтовку и выпрыгнул наружу. Я обогнул свой вездеход сзади, вынырнув из-за кузова и вновь краем глаза заметив человека, который бежал сюда. Я вскинул ружьё. Передо мной стоял Менаги. Он собирался бежать, но когда я выскочил прямо на него, резко остановился.

— Это всё из-за тебя! — сквозь зубы прошипел я.

В этот момент всё вокруг исчезло. Я видел только его напуганное лицо. Я целился ему прямо в грудь и стоял совсем близко.

— Это всё из-за тебя! — повторил я.

Мои мышцы были напряжены до предела, и по ним разливался тот жар, что был в моей груди. Казалось, у него просто нет конца. И вдруг я поймал себя на том, что почему-то не могу нажать на спуск. Будто перед всей этой яростью, что стояла на пороге, была огромная запертая дверь. Выражение его лица вдруг изменилось. Он сам уже пылал ненавистью. Зато я чуть не задохнулся от волны страха. Каким-то полуосознанным усилием я вспомнил Катана. Как его рука безжизненно указывала в пустоту с носилок. В голове промелькнула стрельба в порту, где погибли люди с «Источника». И я всё равно не мог нажать на спуск.

Всё это пролетело за мгновение. А в следующее Менаги резко схватился за мою винтовку и сильным движением поднял её стволом кверху. Я продолжал держаться за оружие, и поэтому он потянул ружьё в сторону. Я сделал несколько непроизвольных шагов, чтобы удержаться. Менаги прокрутил меня, как в танце, и ударил плечом об вездеход. Я упал, выпустив ружьё из рук. В этом движении мы поменялись местами.

Менаги ловко перевернул винтовку и наставил на меня, злобно процедив:

— Сраный предатель!

Второй раз за день мне в лицо смотрело круглое отверстие, скрывавшее в своей темноте смерть. Моё сердце замерло. Всего меня обдало ледяным холодом. Менаги надавил на спусковой крючок. Вот только ничего не произошло. Менаги с рычанием перезарядил винтовку, высвободив лежавшую внутри с самого порта пустую гильзу. В этот момент что-то привлекло его внимание. Менаги вдруг вскинул винтовку вверх, целясь куда-то мне за спину. И он снова не сделал выстрел. Его лицо застыло в изумлении, и он только успел чуть-чуть опустить винтовку, отстранившись от прицела, и произнести неуверенным голосом:

— Ты?..

А в следующий момент грянул выстрел прямо надо мной. Менаги, резко запрокинув голову, тяжело повалился на снег.

Я лежал, опираясь на руки, и не мог пошевелиться. Менаги тоже не двигался. Он был мёртв. Потом я услышал хруст снега за головой, и рядом со мной кто-то остановился. А после я увидел руку, протянутую мне. Я взялся за неё, и человек поднял меня. Я стоял лицом к лицу с Лассоном. В другой его руке был дымящийся револьвер.

— Всё закончилось, Ашвар, — сказал норвальдец.

На каменном полу было холодно, но мне хотелось присесть где-нибудь подальше от остальных. В центре зала главного корпуса тюрьмы стояло несколько скамеек, а больше здесь не оказалось сидячих мест. Я занял угол, вдоль одной из стен которого были сложены тела, прикрытые тем, что попалось под руку. Здесь были все вперемешку: и охрана, и заключённые, и Менаги. Я не мог себе представить, что здесь произошло во время бунта. Похоже, в тюрьме разразилось настоящее сражение. По рассказам Лассона, у меня сложилось впечатление, что всё было не настолько масштабным. Судя по тому, что я узнал, большинство тел обнаружили во дворе, рядом с главным входом в блок для заключённых. Словно после начавшегося бунта им дали выбраться из здания, а потом расстреляли с разных сторон.

Я не хотел думать об этом. Всё закончилось, и мне хотелось просто сидеть здесь. Больше не трястись от страха, не тонуть в сомнениях. Наконец-то можно было немного передохнуть. Бой произошёл здесь меньше двух суток назад. И он уже казался историей, чем-то из прежнего мира, который навсегда изменился.

Ко мне подошёл Лассон и присел рядом, оперевшись спиной прямо на решётку одной из камер.

— Нам ещё нужно достать начальника порта, — сказал он. — Но это теперь не проблема.

Я не обратил внимания на его слова. Теперь мне необязательно было участвовать во всём дальнейшем.