Чтение онлайн

Скорее для проформы, чем с какой-то целью, владыка машинально выбросил магический ментальный щуп узкой направленности.

Смысл заклятия был прост, оно в десятки, а может и в сотни раз, усиливало первичную реакцию на него. Тот, кто симпатизировал ему, обдавал жаром преданности и радости. Ну а если кто измысливал зло, то ему приходилось несладко. Такого гостя корежило и ломало на всех планах от души до физической оболочки.

«Ну, так совсем не интересно» — Владыка, почувствовав в ответ четыре радостных волны, даже подумал, а не устроить ли ему заговор против себя самого. Но разбег мыслей был остановлен докладом Алварес.

— ЭТО вновь появилось. Безбрежное СИЯНИЕ и стелющая БЕЗДНА уже в игре.

— Нам нужно остаться наедине. — Владыка мгновенно подобрался, превратившись в того кем он был на самом деле — в неукротимого воителя и непревзойденного мастера интриг. Дождавшись, когда в покоях останутся только они одни владыка спросил: «Кто в игре?»

— Седьмой круг БЕЗДНЫ и третий круг СИЯНИЯ.

— Подробности?

— Чармакатарсана, небожительница, развоплощенная вами за участие в «восстании равных» и обреченная нести бремя существования в смертной оболочке вот уже пятьсот лет, не далее как вчера прислала послание, где указала, что ЭТО вновь появилось.

— Что она просит за свою услугу? Надеюсь, ей было сказано, что наказание я не отменю. — Владыка мира улыбнулся жестко и хищно.

— Она понимает это повелитель. И просит принять в нашу академию своего протеже некого юного мага.

— Этот человеческий щенок действительно маг?

— И весьма талантлив. Я навела справки.

— Пусть будет так. — Владыка мира втянул в себя воздух, и как-то хитро сложив губы, резко выдохнул. Свист, в строго определенной тональности призвал в покои сущность.

Альварес вздрогнула, поняв, что за облако, состоящее из тысяч и тысяч мелких капелек рубинового цвета, сейчас замерла перед повелителем. Сущности были одним из столпов власти владыки. Никто не знал, откуда они берутся и почему служат повелителю. Сущности могли принимать любой облик, точнее становиться любым существом. Они были сильными магами и великолепными манипуляторами, способными не просто убивать или выполнять задания, а превращаться в полноценные самостоятельные личности, подменяя или копируя свои жертвы.

Капельки задрожали и вскорости закружились в бешенном хороводе. Его итогом стало появление молоденькой девушки полностью обнаженной и обладающей великолепной фигурой. Альварес даже залюбовалась ей. Точеные грудки, узкая талия, соблазнительные ножки.

— Поступишь в магическую школу вместе с объектом. — Голос Владыки поскучнел. — Соблазнишь и вотрешься в доверие. Нужно, чтобы он, если действительно ценный маг, стал работать на нас.

— Если это не получиться? — Голосок нежный и проникновенно ломающийся, одновременно был полон расчетливого цинизма и силы.

— Убьешь его. — Владыка махнул рукой давая понять, что больше приказаний не будет. Сущность, а точнее вновь рожденная девушка кокетливо кивнула и спешно удалилась.

— Будем собирать штурмовую группу, Владыка? — Альварес уже прикидывала, кого предложить в этот сложнейший рейд. Но владыка вновь сумел удивить ее.

— Никаких штурмовых групп. Только наблюдать. Я займусь этим лично. Никаких лишних телодвижений. Иначе спугнем. — И владыка мира исчез из своих личных покоев без всяких видимых усилий. Что вновь глубоко поразило главу военной разведки.

9

— Пиши. — Аббат Корлеус на мгновение задумался и принялся диктовать: «Недееспособность папы дать достойный отпор нелепым обвинениям крайне печально отражается на папских делах в империи. Помимо этого отдельные могущественные феодалы и небольшие кланы, пользуясь полным бездействием, готовятся начать рвать на части Папскую область и присоединять к себе все, что плохо лежит в «покинутой своим господином» стране.

Не сложно спрогнозировать внутри города Харага обострение непрекращающейся борьбы за власть между отдельными военно-феодальными группами, что поставит на грань разорения городскую ремесленную массу.

Приток странников и авантюристов, вокруг которых кормилась в Хараге масса деклассированных элементов, может приостановится, ввиду прогнозируемой агрессии империи. Это ударит по тем же несостоятельным слоям местного населения и вызовет неконтролируемый всплеск религиозного фанатизма».

— Не слишком ли жестоко? — один из помощников, внимательно слушавший надиктовываемый текст аббатом Корлеусом, был определен претендентом на резной папский трон, что бы подвергать сомнениям и вычитывать переписку. Сам Корлеус уже не успевал анализировать и шлифовать отправляемые письма. Так как поток отправляемых посланий возрастал в геометрической прогрессии.

— В самый раз. — Аббат осенил себя знаком Единого. — Харагу осталось ждать недолго. И если малый совет при патриархе это не понимает, то я не поленюсь написать им еще и еще раз.

— Вы намекаете, что разъярённый новый император готов послать свои войска на Хараг?

— Пока император это марионетка могущественной коалиции, ратующей за войну с папским престолом. Императору не хватит сил помешать или сдержать эту экспансию империи.

— Тогда как мы собираемся победить?

— Победить? — Корлеус внимательно посмотрел на своего помощника. — Мне не нужна победа над империей. Они верят в Единого, так же как и мы. Я хочу стать патриархом. Вельможи империи готовятся нанести чувствительный удар по престижу папского престола, взяв Хараг и низвергнув сам институт папства. Их цель — явно указать патриарху на предел его полномочий.

— У них не выйдет?

— Разрушить устоявшуюся парадигму? Было бы забавно дожить до этого момента.

— Но у нас нет силы, способной противостоять железным когортам империи.

— У нас есть ручной демон, могучий флот торговых городов юга и Калия, мечтающая возродить свое было могущество.

— И с чего мы начнем?

— Мы продолжим писать письма. Оставим профессионалам право позвенеть мечами.

— Кому теперь?

— Наместнику святого престола в Калии. Пиши так: «Во имя Единого, свет нераздельный, аминь. Приветствую брата моего Филиппа, духовника короля Калии, а в его лице народ Калии, народ, как то явствует из ваших многочисленных деяний, возлюбленный и избранный Богом, а по положению своих земель, и по вере единой, и по чествованию святой церкви. К вам обращается моя речь, к вам несутся слова моих убеждений. Я хочу вам поведать, что привело меня стать пред вами. От пределов Харага нам пришла важная грамота, что сильномогучие вельможи империи, проклятые, далекие от Бога, ум которых не верит в Господа, напали на земли наши, опустошают их мечем, грабежом и огнем. Они ниспровергли алтари, осквернив их своею нечистотой.

А посему хочу попросить вас брат мой названный о помощи…».

* * *

С началом отлива торговый караван из Серхова тронулся в путь. Первым отшвартовались от пристани Рецхара «Быстрый ветер» и «Морской змей». Старые, проверенные временем и бесчисленными схватками боевые галеры наемников как всегда выглядели грозно и внушительно. За ними на канатах потянулись баржи. Нагруженные до предела зерном, вяленным мясом и столярными изделиями, они здорово осложняли выход в море стремительным и хищным галерам. Кормчие напряженно всматривались в неповоротливые баржи, совершая выверенные маневры.