Оттенок ночи
Шрифт:
— Как дела, милая?
Заглянув в свой список, она поставила новую галочку.
— Это официальные дела Документации и Артефактов, мистер.
Нокс подошёл к ней и издал громкое рычание.
— Вот как?
— Угу, — Клэр уставилась в свой блокнот, притворяясь, будто не замечает его, хотя на её губах играла улыбка.
Подойдя к ней сзади, Нокс обнял её и прижался всем телом, чтобы уткнуться носом в её подбородок. Она издала одобрительный звук, и её тело расслабилось в его объятиях. Она была напряжена.
— Мне нужно кого-нибудь избить? — спросил он, лишь отчасти поддразнивая.
Клэр фыркнула.
— Если ты хотя бы раз косо посмотришь на мистера Келса, я думаю, он превратится в лужу слёз и твидовой ткани.
Нокс подавил смешок. Вероятно, это было правдой, судя по воспоминаниям Нокса о робком начальнике отдела. Когда Нокс пришёл поговорить с мужчиной о помощи Клэр в этом деле, что было блестящей идеей Миры, Эллис Келс всё дальше и дальше пятился от Нокса, пока они практически не начали кричать через весь зал, чтобы подтвердить должность Клэр.
— Он уважает тебя, верно? — спросил Нокс. Иногда робкие люди хватались за возможность подчинить себе кого-то нового и неуверенного в себе.
— Он очень милый. Но… Я точно знаю, что получила эту работу только благодаря тебе.
Это было правдой, и Нокс не солгал своей Клэр, но он напомнил ей:
— Ему не потребуется много времени, чтобы понять, как ему чертовски повезло.
Плечи Клэр поднялись и опустились от глубокого вздоха.
— Я надеюсь на это.
— Ты справишься, милая.
Она улыбнулась ему.
— Я люблю тебя.
Чёрт, от этого у него всё ещё ныло в груди. Его голос прозвучал хрипло, когда он ответил.
— Я тоже тебя люблю.
Клэр легонько толкнула его в грудь.
— А теперь иди куда шёл. Ты меня отвлекаешь.
Нокс поцеловал её в макушку. Стрижка «пикси», да? Разве это не звучало идеально для его женщины?
— Увидимся в конце ночи.
Когда он повернулся, чтобы уйти, она сказала:
— Я всё равно сыграю для тебя, когда мы вернёмся домой.
— Это было бы… идеально.
Клэр улыбнулась и снова уткнулась в свой блокнот.
Ноксу не нравились лифты — замкнутое пространство не в его вкусе — но ноги подкашивались, и он решил прокатиться. Едва эта ужасная штуковина завелась, как тут же остановилась двумя этажами ниже, в отделе судебной экспертизы.
— О-хо-хо, привет, дьявольский красавчик. Не возражаешь, если я присоединюсь?
— Привет, Джемма, — обратился Нокс к эксперту-криминалисту ВОА, отходя от дверного проёма, который он загораживал.
Миниатюрная женщина — было ли в ней хотя бы 150 см роста? — буквально влетела в лифт, и высокие светлые хвостики развевались у неё за спиной. Очки в синей оправе, которые она водрузила на голову, еле удерживались там. Она поправила их, поворачиваясь лицом к выходу. Очки в красной оправе, подчёркивающие её глаза, получили небольшой толчок повыше на переносице.
Единорог с радужным хвостом весело скакал по её розовой футболке, а под обрезанными джинсовыми шортами на ней были синие колготки в фиолетовый горошек. На ногах у неё были сделанные на заказ кроссовки Converse.
— Отправляемся вниз, — объявила Джемма, нажимая на кнопку этажа Наблюдения и Расследований, и её ноготь, накрашенный зелёным лаком, сверкнул на свету.
— Ты проезжаешь на лифте один этаж? — потрясённо спросил Нокс. Он и представить себе не мог, что подвергнет себя такой пытке, чтобы преодолеть всего один лестничный пролёт.
— Мне всегда нравится проверять, кто здесь есть. Обычно никого нет. Но иногда, — она пожала плечами, — мне везёт.
Нокс неловко поёрзал, не уверенный, намекает ли она на то, что сейчас момент везения или невезения, но Джемма, казалось, ничего не заметила.
— И бах, — объявила она, когда двери снова открылись. — Увидимся, жеребец.
Нокс моргнул.
Двери закрылись, отрезая ему возможность видеть Джемму, которая вприпрыжку направлялась в комнату отдыха.
Нокс всё ещё был ошеломлён, когда лифт издал радостный сигнал, опускаясь на дно Бункера. Ронан искоса взглянул на него, когда он присоединился к мужчине на краю ринга для спарринга, чтобы понаблюдать за Киром и Рисом.
Двое мужчин двигались в головокружительном вихре вращающихся боевых шестов. Безумный стук деревянных шестов напомнил Ноксу о некоторых произведениях Клэр, композициях, которые заставляли её пальцы бешено бегать вверх и вниз по клавишам, и ритм менялся, но никогда не останавливался.
— О, Боже, и ты туда же, — пробормотал Ронан, качая головой. — А я думал, что Кир плох.
— Что?
Ронан закатил глаза и сосредоточился на матче.
На Кира и Риса действительно стоило посмотреть. Комудари, такой опытный и хладнокровный, такой расчётливый. Рис, настоящий артист в своих движениях. Они с удивительной плавностью двигались по кругу жёстких резиновых матов, постоянно подстраиваясь друг под друга. Рис был быстрее и изобретательнее. Кир был чертовски совершенен в своих действиях.
Хотя боевые шесты не имели практического применения в их работе на улицах, спарринги с разнообразным оружием сохраняли остроту ума и оттачивали рефлексы.
Наблюдать за этим было изумительно.
Нокс не мог предположить, кто победит в этом раунде, ведь эти двое были абсолютно равны, но так различались по стилю игры.
Когда шест Риса обрушился на голову Кира, комудари вскрикнул от удивления и боли. Рис немедленно отдалился, взмахнув шестом, но сохраняя боевую стойку на случай, если Кир нападёт на него в ответ.
Грудь Риса тяжело вздымалась, пока он смотрел на мат. На его обнажённом, рельефном торсе блестел пот. Увидев, что Кир завершает поединок, Рис опустил рукоять своего шеста на мат и ухмыльнулся.
— Я знал, что ты не сможешь победить меня сегодня вечером. Я под кайфом от жизни, босс.
— Да, да, ты действительно впечатляющий, — проворчал Кир, и его голый торс блестел от пота.
— Спасибо, сэр, — ответил Рис с поклоном.
— Господи Иисусе, — пробормотал Кир и направился к краю ринга для спарринга. Он бросил Ронану свой шест. — Надери ему задницу, а?