Чтение онлайн

– Вы пьяны, – резко выпалила Кейт.

– Ну и что с того? Не ваше дело, пьян я или нет.

Кейт нахмурилась.

– Где Френсис? – спросила она.

– Так он уже Френсис, да? – глумливо ухмыльнулся Джек. – Очень уж вы фамильярничаете с моими друзьями.

Кейт не ответила. Не было смысла спорить, когда он в таком состоянии.

– Вы еще не рассказали душке Френсису о своей маленькой договоренности с этим слащавым штафиркой?

Трудно не догадаться, о ком идет речь.

– Пожалуйста, не говорите о кузене Джеремайе столь грубо. Я знаю, что он вам не нравится, но он мой единственный родственник, хоть и дальний.

– И скоро станет гораздо ближе, да? – не унимался Джек. – Так много ханжеских заявлений, мол, вы никогда не выйдете замуж! И все, что понадобилось – богатенький штафирка, который завалил вас цветами и убогими комплиментами, и вся ваша твердость улетучилась, как дым. – Он презрительно хмыкнул: – Женщины! Вы такая же, как они все. Стоит какому-то парню потрясти набитым кошельком перед вашим носом, и вы тут же – сплошная сладость и уступчивость.

Джек насмешливо передразнил ее:

– О, кузен Джеремайя, я буду счастлива. Дорогой кузен Джеремайя, не желаете ли поцеловать меня? Пожалуйста, сделайте это. О да, кузен Джеремайя, я выйду за вас замуж, позволю вам лапать меня повсюду вашими сальными руками, прижиматься мерзкими рыбьими губами к моим! – К этому моменту Джек впал в бешенство. – Как только вам не противно даже рассматривать возможность брака с таким отвратительным выскочкой? Это выше моего понимания.

Кейт свирепо взглянула на обличителя. Сначала она открыла рот, чтобы сообщить, что отказала навязчивому кузену, но к тому моменту, когда Джек прервался, чтобы вдохнуть воздуха, и у нее появилась возможность вставить слово, Кейт пришла в такую ярость, что все мысли о том, чтобы сказать ему правду, вылетели у нее из головы. Однако близость Джека подавляла, поэтому она соскользнула со стула и встала за кухонным столом лицом к нему.

– Как вы смеете говорить со мной в такой манере? – гневно прошипела Кейт. – Это не ваше дело, мистер Карстерз, как я поступлю. Никак не ваше. Если я захочу увидеться со своим кузеном, то увижусь, если захочу обнять его, обниму, и если пожелаю выйти за него замуж, выйду! Это не имеет к вам никакого отношения!

Она топнула ногой и продолжила:

– И как вы смеете ставить под сомнение мою честность, обвиняя в погоне за богатством? Состояние мужчины или отсутствие оного никоим образом и ни в какой степени не влияет на мои к нему чувства, и это возмутительно, что вы утверждаете обратное. Мне безразлично, богат кузен Джеремайя или нет. Меня нисколько не интересует финансовое положение человека, и только чрезмерно вульгарный субъект может думать иное.

– На голую ногу всякий башмак впору… – начал Джек.

– Тогда вы его и носите, – огрызнулась Кейт. – Потому что подобные рассуждения никогда не приходили мне в голову!

– Вы не можете подразумевать, что любите это ничтожество, – голос майора сочился презрением, но тело напряглось, пока он ждал ответа.

Кейт вскинула голову:

– Это, мистер Карстерз, вас не касается!

– Еще как, черт побери, касается!

– С какой стати? – не отступила Кейт, во рту у нее пересохло.

Они с негодованием уставились друг на друга, потом Джек неожиданно быстро передвинулся и притянул строптивицу к себе. Мгновение смотрел на нее, а затем обрушил свой рот на ее губы.

Это был яростный поцелуй, полный страсти, отчаяния и гнева. Джек сильно стиснул Кейт, и если бы она осознавала это, то могла бы пожаловаться, что он причиняет ей боль. Но Кейт тоже потерялась в бурных волнах страсти и ответила на алчущий поцелуй с таким же мучительным отчаянием, исступленно сжимая мужчину, сторицей возвращая каждую ласку.

Поцелуй закончился, и они застыли, тяжело дыша и глядя в глаза друг другу. Губы Кейт опухли, но она ничего не замечала, кроме Джека. Она сглотнула, пытаясь вернуть самообладание. Он молча смотрел на нее. Наконец тишина стала невыносимой.

– Что это значило? – спросила Кейт непослушным голосом.

Она гадала, может ли он слышать, как гулко колотится ее сердце, ей самой биенье казалось оглушительным.

Джек стоял, с трудом вдыхая воздух, медленно собираясь с мыслями. Он предоставил ей шанс отвергнуть Коула, а она им не воспользовалась. Ничего не изменилось. Кейт все еще помолвлена со своим богатеньким штафиркой. Будь он проклят, если раскроет ей свои чувства, чтобы потешить женское тщеславие. С него достаточно. Он посмотрел в распахнутые глаза. Ну да, кокетка ждет не дождется, чтобы он произнес те самые слова, без сомнения, лишь для того, чтобы швырнуть их обратно ему в лицо. Она ничем не отличается от любой другой женщины.

– Что это значило? – повторил он. – Что же это значило? Да ровно ничего, дражайшая Кейт. Приятная интерлюдия, вот и все. – Он облизал губы с непристойным намеком. – Я уже говорил, что вы талантливы, не так ли?

Кейт почувствовала, как у нее перехватило дыхание, а глаза, которые мгновение назад сверкали пламенной страстью, теперь словно сковало льдом.

– Вы чудовище! – прошептала она.

Его слова явились своевременным напоминанием. Все та же старая история о собаке на сене. Но сегодня был долгий, тяжелый день, и на этот раз у Кейт не доставало сил, чтобы справиться с враждебностью и гневом, которые она видела во взгляде Джека. Она ощущала себя такой несчастной, что все, чего ей хотелось – броситься Джеку на грудь и выплакать боль своего сердца. Вот только, учитывая его настроение, он, скорее всего, вырвет ее сердце из груди и растопчет. Или он уже это сделал?

Джек хрипло рассмеялся:

– А разве вы не знали, моя дорогая? Я думал, что пасторская дочка была не единожды предупреждена о том, что все мужчины – животные. Вот почему мы так вам нравимся.

– Напротив, мой отец учил меня любить всех людей так же, как это делал он, – проговорила Кейт безжизненным голосом.

«Мой отец, который любил весь род человеческий, кроме меня».

Джек заметил невольную, болезненную гримасу на нежном лице. Неужели его речи ранили ее? Он отступил и в умоляющем жесте протянул к Кейт руку, но она не заметила попытки утешить.

Кейт больше ни разу не посмотрела на майора. Она тихо покинула комнату и пошла наверх. Только задувая свечу, Кейт поняла, что так и не сказала Джеку об отказе своему кузену. Если бы только Карстерз мог принять ее желание никогда не выходить замуж! Упрямый, ужасный человек! И почему он снова пил? Ведь не потому же, что подумал, будто она приняла предложение мистера Коула? Нет, разумеется, не из-за этого, ведь он сам убеждал ее отправиться в Лондон и найти там мужа?

О, но как бы то ни было, похолодало, она устала и уж, конечно, не имела намерения разыскивать Джека, когда он пребывает в подпитии, а она лишь в одной ночной сорочке. Он, возможно, снова ее поцелует, а Кейт чувствовала себя такой одинокой и несчастной этим вечером, что, скорее всего, не предпримет ничего, чтобы воспротивиться, и это приведет к необратимым последствиям.

В ее жизни было достаточно обвинений в непристойном поведении, и ей не нужно еще одно.

– Ты не видел Кейт сегодня? – спросил Френсис друга.

– Нет, – пробормотал Джек.

Он продолжал читать газету, присланную однополчанином. И не хотел даже думать о Кейт. Слишком больно представлять себе, как она выходит замуж, навсегда исчезая из его жизни. К тому же не его дело, чем она может заниматься. Его это не волнует. Лучше почитать новости.