Чтение онлайн

Я улыбнулся в ответ и сконцентрировался на дороге.

— Она тебе нравится?

Я попытался увильнуть от вопроса.

— Нравится кто?

— Маккензи, — ее тон прояснил: она знала, что я намеренно разыгрывал из себя идиота. — Ты, кажется, ужасно волнуешься за нее.

— Она такая беспомощная. — Я пожал плечами. — Да и Джесси сказал, что она под моей ответственностью.

— И всё же, — сказала она. — Зачем же ты её похитил?

— Я думал, она может знать что-то, — сказал я. — Она же дочь мэра.

— Ты этого не знал, пока я тебе не сказала.

— Нет, я знал, — солгал я. — Я просто не хотел поднимать шумиху из-за этого. Вдруг я ошибся, и она ничего не знает. Не хотел обнадёживать людей.

Монику, казалось, успокоил мой ответ. Но я был уверен, что она не очень поверила во всю эту историю, она видела меня насквозь.

Затем мы пробрались сквозь пещеру и выбрались на поляну прямо перед закатом, когда поле, усеянное домиками, начало погружаться в тень. Я и Моника направились в Большой Дом, чтобы скинуть нашу добычу, но наткнулись на Таню, которая несла запакованный поднос с едой.

— Таня, это не для тебя, — отчитал её я.

— Конечно, не для меня, идиот, — парировала она. — Маккензи потеряла сознание днём около двух часов и не проснулась на обед. Я несу еду для неё, чтобы она поела, когда окончательно проснётся.

Я приблизился, взял поднос и развернул его.

— Иди, возьми другой. И скажи тому, кто тебе его дал, чтобы научился читать. — Таня покосилась на меня. — Посмотри на надпись на дне подноса. Это обеденная порция. — Я указал на маленький текст на подносе, и лицо Тани озарилось догадкой. — Она будет спать ещё долго.

— Тьфу! — начала жаловаться Моника. — Не хочу просыпаться посреди ночи из-за неё.

— Прекрасно, — сказал я, скинул сумку с едой и схватил поднос. Я был сыт по горло отношением Моники к Маккензи.

— Куда ты собрался? — крикнула она мне вслед.

Не останавливаясь, я ответил:

— Не хочешь быть рядом с ней, значит, я буду. Я отведу её к Доктору Саре.

* * *

Сны в голубых тонах… Зелено-голубых… Словно трава и небо слились воедино. И я плыла сквозь, словно это была ощутимая вода, я работала каждой мышцей, чтобы двигаться дальше. Мои усилия оправдывали себя, но цвета были такими резкими, и я боялась, что всё это было ненастоящим.

Когда я с трудом открыла глаза и поняла, что мои страхи воплотились в жизнь, моё сердце замерло. Я так хотела, чтобы хоть что-то было настоящим. Я оглядела комнату и обнаружила, что я больше не была в комнате девушек, я лежала на раскладушке в каком-то другом помещении. Я приподнялась и увидела Дилана. Он смотрел в окно.

— Я думала, ты ушёл, — пробормотала я. Голос хрипел после сна. Тело затекло.

Дилан поспешил ко мне.

— Я вернулся. Как себя чувствуешь? — спросил он, снимая обертку с подноса с едой. — Почему бы тебе не поесть?

— Сколько времени? — спросила я. За окном разлился жемчужно-голубой свет. Наверное, было почти время обеда.

— Около пяти утра. Ты должно быть голодна.

— Пять утра? Но как же так получилось? Я помню, как навалилась усталость... — я стала копаться в своих мыслях, пытаясь вытащить что-нибудь ещё, но это было всё. Я действительно устала, поэтому забралась обратно в постель.

— Почему бы тебе просто не поесть?

— Я не хочу. Не голодна, — запротестовала я.

— А я уверен, что голодна.

— Можешь хоть на минуту успокоиться? — резкость моего голоса, казалось, заставила его нервничать. — Я могу немного прогуляться? Всё тело болит.

Дилан посмотрел на часы.

— Хорошо, но я пойду с тобой. И не забудь, что нужно будет ещё поесть.

Я закатила глаза, сбросила одеяло и встала. Я не стала надевать туфли и просто толкнула дверь. Я немного потерялась в пространстве. Я ещё не видела поселение с такого ракурса. Я огляделась и увидела то, что можно было бы назвать маленьким озером или большим прудом, и направилась к причалу. Я подошла к краю и, не дожидаясь Дилана, села, и окунула ноги в воду.

Это была совсем не та зелёно-голубая вода из моего сна. Это была водная гладь, окутанная серой дымкой раннего утра.

— Ты выставил требования для выкупа моему отцу? — спросила я, до боли желая знать, когда всё это кончилось бы.

— Выкуп? Нет, — ответил он, пораженный.

— У него есть деньги, связи. Он даст тебе все, что пожелаешь, — предложила я.

— Сомневаюсь, — тихо сказал Дилан. В нём чувствовалась печаль, которая вовсе не сочеталась с образом уверенного, опасного, необузданного человека, таким, каким я его себе представляла. Меня это совсем запутало.

— Я не понимаю, что происходит, — сказала я. У меня перехватило дыхание, я поняла, что сейчас заплачу. Впервые за многие года я ощущала такую... безнадёжность

Дилан покачивал головой, словно пытаясь что-то решить. Он взглянул на часы, затем на еду, потом на меня.

— Маккензи, ты странно себя чувствуешь с тех пор как попала сюда, верно? Это не потому, что ты в новом месте, а потому, что ты снова начинаешь становиться нормальной. Затем всё ускользает и внезапно снова возвращается, верно? — Я кивнула. Он передал суть лучше, чем я бы смогла. — Ты заметила, что обычно чувствуешь себя лучше после того, как поешь? — сказал он.

Я пыталась припомнить. Я не связывала это с едой, но я вспомнила, что раньше я волновалась, что он ушёл, а затем перестала, как раз после еды, больше ничего.

— В еду подмешаны опиаты, — сказал он медленно. — Наркотики.

— Что? — Я покачала головой. — Это просто смешно.

— Уверен, что это чертовски смешно. Но это ещё и правда. И ситуация ухудшается, я подозреваю, что где-то через полчаса ты можешь начать кричать, если не поешь.

— Я не верю тебе, — Я рассмотрела поднос. — Ты пытаешься запугать меня.

— А ты напугана? Подумай о том, как ты вчера себя чувствовала, когда проснулась. Часто ты чувствуешь подобное?

Я почти выкрикнула в ответ: "никогда".

— Подумай о том мире, к которому ты привыкла, Маккензи. Нет больше преступлений, потому что все слишком размякли, чтобы пытаться их совершить. Вы даже двери на замок не закрываете. У всех есть работа, верно? — Я кивнула. — Это потому что трое отупевших людей выполняют работу, которую бы сделал всего один человек. Я готов поспорить, что ты никогда никого не целовала и даже не думала об этом.