Отвергнутая истинная и прочие неприятности для дракона
Шрифт:
Ворон сидел у огня, важно нахохлившись, и делал вид, что его всё это его не касается. Типичный мужчина.
Я устала ходить и села на камень.
— Ну и как, уважаемый ворон, по-вашему, мне вести переговоры с драконоидами? — спросила я язвительно.
Он каркнул. Очень выразительно. То ли "сама дура", то ли "разберись сначала в себе, потом только в драконах".
— А может… ты правда что-то знаешь? — Я села напротив него, поджав ноги. — Ты ведь не просто ворон, да? Говорить умеешь или только каркать?
Он молчал. Или затаился. Или просто наслаждался моим отчаянием, гад пернатый.
Но в следующее мгновение по пещере прошёл порыв магии. Будто воздух вокруг загустел, дрогнул — и ворон… вытянулся, засверкал — как будто вспыхнула молния, и вот он уже…
…не ворон.
А мужчина. Высокий. С тёмными растрёпанными волосами, в чёрной рубашке, расстёгнутой у горла, и с таким выражением лица, будто мы с ним шли из академии до пещеры пешком и всю дорогу он слушал мои стенания.
И надо же какая наглая ухмылка у этого ворона!..
— Привет. — Он поклонился. — Я — Эдриан. К твоим услугам.
Я, кажется, забыла, как дышать.
— Очешуеть…
— Рано тебе чешуеть, — кивнул он. — И, да… я умею говорить. Особенно когда мне наливают.
Он достал флягу из внутреннего кармана и под моим пристальным взглядом решительно открутил пробку.
— Будешь?
Эдриан
Глава 36. Время зря не теряли
Поймать драконоида — дело не из простых. Особенно если ты хочешь, чтобы он остался жив.
Пробираясь сквозь заросли, я чувствовал, как магия гудела под кожей, жгла ладони, тянулась к когтям, клыкам, к чешуе — вырывалась на свободу, на охоту — к врагу.
Он был здесь. Я чувствовал запах — острый, горьковатый, с металлической ноткой. Вот и глубокие царапины на камне, поломанные ветки. Он точно был здесь. Совсем рядом. И всё же — ни звука.
Я выдохнул пар сквозь зубы и превратился в человека.
— Ну и где ты, тварь крылатая? — зарычал, сжимая ладонями клинок, выкованный из драконьей стали. — У тебя один шанс на мирные переговоры. Потом — только огонь.
Ответа не последовало. Но я уже знал, что он близко.
Раздался резкий взмах. Вихрь — прямо за спиной.
Я рванулся в сторону, и в следующий миг над землёй пронёсся драконоид. Когти рассекли воздух, едва не задев моё плечо. Я врезался в землю, перекатился, резко поднялся, готовый.
Он развернулся в воздухе, раскрыв крылья, как парусник в бурю. Серый, с бронзовым отливом, с прищуренными жёлтыми глазами, в которых не было ничего человеческого. Только первобытный гнев.
— Вот и ты, — прошептал я.
Он нырнул вниз.
Я ударил первым — короткая дуга огня вырвалась из ладони. Он увернулся, но пламя лизнуло его крыло. Зашипел. Разъярился.
Снова бросок. Я блокировал удар, почувствовал, как когти скользнули по зачарованной броне и чуть не пробили её. Поддался, рванул его за лапу, завёл в сторону — и врезался спиной в валун.
Драконоид зашипел и резко дёрнулся — меня отшвырнуло на несколько метров. Плечо свело судорогой. В висках билось: не убей его, только не убей.
Он поднялся на задние лапы, тяжело дыша, кровь капала с раны на боку. Я стоял напротив, тоже истекая кровью, рука дрожала. Но я был готов.
Он прыгнул в третий раз — а мне потребовался только момент, чтобы обернуться драконом.
Мы сцепились в воздухе, но эта мелкая тварюшка юркнула к скалам, где ему с его габаритами было легко от меня скрыться, что он в конечном итоге и сделал, предварительно вымотав и меня, и себя.
Прекрасно.
Солнце клонилось к закату. А у меня не было ни драконоида, ни информации, ни малейшего удовлетворения. Только обострённая тревога. Мира ждёт. В пещере. С Эдрианом.
Моя челюсть невольно сжалась. Может, и зря я их оставил вдвоём.
Достаточно, надо их проведать.
Я даже не стал заходить в покои, чтобы сменить одежду и принять душ, решил сразу наведаться в пещеру.
И не зря.
Пещера встретила меня смехом. Женским. Заливистым.
— …а он, представляешь, говорит: «Ключ от моего сердца? Его там нет!» — смеялась Мира, сидя на камне с поджатыми ногами. В руках у неё была фляга Эдриана.
Готов поставить свой замок на кон — фляга или пуста, или почти пуста.
— О, Великий Порядок… — пробормотал я.
Рядом с ней, сидел раскрасневшийся Эдриан и жонглировал маленькими шариками света. Причём один из них явно не раз обжёг ему руки, судя по количеству красных пятен на ладонях.
— Поверить не могу, что ты её напоил! — рявкнул я, входя внутрь.
Оба вздрогнули. Мира уронила флягу, Эдриан приподнял брови, как ни в чём не бывало, поднял флягу с пола и сделал ещё глоток. Разумеется, он забыл упомянуть Мире, что в этой фляге напиток никогда не кончается.
— Ну, наконец-то. Мы уже думали, ты там решил приручить драконоида до состояния домашнего любимца, — фыркнул он. — Успокойся, у нас всё отлично. И между прочим, твоя истинная держится лучше, чем ты на балу у Мелисанды, помнишь?
Я проигнорировал реплику.
— Мира, ты в порядке?
Она подняла взгляд, лицо сияло от смеха и румянца. В глазах искрился тот самый свет — живой, сильный. Мой.
— Я в порядке, — сказала она. — Просто немного… навеселе.
— Весело, — повторил я мрачно. — Прекрасно. А я думал, у нас тут война.
— Она под контролем, — уверил Эдриан, откинувшись на стену. — Пока ты бегал за хвостатыми, мы провели дипломатические учения с винотерапией.
Я обвёл их взглядом. Фляга. Улыбки. Покой.
И впервые за долгое время почувствовал зависть.
— А ты чего стоишь? — Эдриан снова махнул флягой. — Присоединяйся. Или хотя бы сядь. А то от тебя так и веет напряжением, а мы тут медитируем.
— Медитируете?
Я всё-таки сел. На расстоянии. Но рядом. И впервые за весь день — позволил себе выдохнуть.