Отвергнутая королева
Шрифт:
Равен вышла ко мне через несколько мгновений, скрыв волосы и лицо под ниамом, бросила короткий взгляд мне за спину.
– Следуйте за мной, господин Варнайский, - возможно, она улыбнулась коротко, возможно, нет. Под дурацкой тряпкой я не мог видеть выражение ее лица, а хотелось просто до зуда. Равен свернула за дом, прошла мимо загона своего сармиса и остановилась у неприметной двери.
– Насколько вы сильный теневой, господин Варнайский?
– Достаточно, госпожа Равен. Чем могу быть полезен?
– Полагаю тот факт, что вы пришли за помощью ко мне, а не к господину главному дознавателю, означает, что вы не хотите, чтобы он знал о… вашей затее. Полагаю, это что-то не совсем законное.
– Вы проницательны, госпожа Равен.
– Я женщина, - легко и небрежно пожала теневая плечами. А я не сводил с нее взгляда: плавная, тягучая, гордая в каждом движении и слове. Знающая была не такой, никакой. Я не мог не сравнивать их, хотя и понимал каким-то уголком своего сознания, что это неправильно, что я просто не имею на это права.
– Что нужно сделать?
– Зайнаш разбросал своих дознавателей по улице, как звезды по ночному небу, чтобы те «присматривали» за мной. Создайте фантома, господин дознаватель, пусть он покинет мой дом, поднимется по улице и свернет в левый проулок.
Я коротко поклонился, не сводя с девушки взгляда, и действительно создал фантома. Пришлось повозиться, чтобы не вызвать у теневой преждевременных вопросов и подозрений. Пока я корчил из себя предельно сконцентрированного и сосредоточенного на задаче теневого, Равен хранила молчание, стояла ко мне полубоком, взгляд рассеянно блуждал по внутреннему двору. Миллион аржанов за ее мысли.
Когда фантом растворился в тени указанного Катарин переулка, а я выпрямился и вернул взгляду осмысленность, Равен толкнула практически незаметную железную дверь и проскользнула на улицу, разминая шею.
– Откуда вы знаете о фантомах? – спросил, когда мы немного отошли от дома. Я подставил девушке локоть, и в этот раз, после недолгих колебаний, она все же его приняла.
– В Сарраше много теневых, господин Варнайский. Не думайте, что, если я скрываю лицо под ниамом, под ним скрыт и мой взгляд.
– Ни в коем случае. Расскажите, что вы делали на черном рынке?
– Как вы думаете? – лукавым блеском сверкнули глаза. Пальцы чуть жались на моей руке, выдавая состояние девушки, ее напряжение.
– Полагаю, искали следы.
– Верно полагаете, - она помолчала немного, снова едва сжала пальцы, а потом все же решилась.
– Вы… что там случилось, господин Варнайский? – Рин немного замедлила шаг и свернула на темную узкую улочку.
– Вы похожи на девушку, которую я знал когда-то. Думаю, что сказались к тому же жара и долгая дорога.
– Что ж… - неоднозначно протянула Равен и снова свернула. Мы уходили все дальше и дальше от ее дома, двигались куда-то на запад, но не вглубь города, а все еще по его окраине, шли почти вдоль стены. Знающая как будто искала что-то, как будто вспоминала дорогу. Двигалась все еще плавно пусть и быстро, запах терпких фруктов туманил мозги, заставлял задавать не те вопросы, давать не те ответы.
– Куда вы так торопились сегодня?
Катарин чуть хмыкнула.
– Выбирала ткани, господин Варнайский, мне предстоит восстановить родовое гнездо покойного супруга.
Врет. В каждом слове ложь. И, главное, совершенно не пытается это скрывать. Ее уверенность, легкость и мягкая ирония удивляли и поражали. Казалось, что девушка совершенно расслаблена и спокойна. Ее выдавали только все еще продолжающие иногда сжиматься на моей руке пальцы и взгляд.
– Выбрали? – спросил тихо.
– Знаете, - снова усмехнулась девушка, - поначалу думала, что да, что удалось заключить выгодную сделку…
– Но?..
– Но оказалось, что меня просто дурачат. Кругом ложь, господин Варнайский, в Шхассаде, а особенно в Сарраше, доверять нельзя почти никому, даже собственной тени. Тем более нельзя доверять торгашам. Бывший наперсточник никогда не бросит старых привычек.
– Тогда примите мои поздравления, госпожа Равен.
– С чем же? – она удивленно вскинула брови, повернула ко мне голову. И я снова утонул и захлебнулся в сиреневом. В лукавых искорках, легком прищуре, мягком мелодичном голосе и пьянящем запахе.
– Вы не попались на обман, значит, выгодная сделка у вас, несомненно, впереди, - ответил, тряхнув головой. Наваждение какое-то. Канатами, крюками, цепями сковало, тянуло теперь к ней. К соблазнительному телу, ярким губам.
– Что ж… в таком случае благодарю, - она немного склонила голову и прикрыла на миг глаза, будто прячась от меня.
– Вам что-то удалось найти? – спросил, сдерживаясь только чудом. Кипело и искрилось внутри желание, собственный пульс отдавался в висках. Мы снова свернули и неожиданно оказались… практически в лесу, хотя, скорее, это был просто разросшийся заброшенный сад: огромные деревья, как лохматые псы, кусты, чьи ветки цеплялись за одежду и трещали под ногами, шуршащая трава, редкое пение каких-то птиц. Здесь было темно, сыро и невероятно душно, нос забивали приторно-сладкие, удушливые запахи, шелестела листва, что-то скреблось немного левее и дальше.
– Немного, - пожала девушка плечами, уверенно продолжая идти вперед. – На месте первого убийства был найден артефакт, господин Варнайский. Я хотела узнать, что это, но пока выяснить не удалось. Мы пришли, - вдруг замерла она, и я невольно огляделся, поднял голову вверх.
Просто городская стена, к которой вплотную подступили деревья, упирались в нее так, как будто хотели сдвинуть, чтобы отвоевать себе еще немного земли.
– Мы в самой западной точке Сарраша, в самом тихом его месте, - пояснила Равен на мой недоуменный взгляд. – Здесь по ночам никогда никого не бывает, этот сад давно заброшен и оброс легендами, даже дозорные не появляются.
– Почему?
– Говорят, это место проклято, - пожала она плечами. – Здесь умерла любимая наложница предыдущего повелителя. А еще отсюда самый потрясающий вид на ночную пустыню.
Равен приблизилась к стене, снимая с моего локтя руку, коснулась гладкой поверхности, надавив куда-то, а через миг я с сомнением рассматривал обглоданные временем каменные ступени.
– Пойдемте, господин Варнайский…
– Можно просто Крайдан, - перебил я.
– …они надежнее, чем выглядят, - закончила Равен и, не дав мне возразить, сделала шаг вперед.