Чтение онлайн

Человек может существовать, только обмениваясь со Вселенной своими внутренними энергиями и тем комплексом энергий, мыслей, веществ и сил, которые циркулируют в ней и которым грех не свойствен. На физическом уровне – это энергии света, воздуха, воды, земли, пищи; на уровне более тонком – это астральные и ментальные вибрации, которые проникают в Человека. Однако шишковидная железа грешащего искажает тонкие вибрации, постепенно он вообще становится неспособным их принимать и оказывается в вакууме своего греха. Значит, он лишается всех благ, которыми Господь дарит Человека, – всего того, что в мистической традиции было названо благодатью. Вдумайся – «благо дать», то есть данное нам благо. Формула «благодать» – это мистическое слово, которым ученик, занимающийся соответствующей практикой магического дыхания, наполняет свое сознание во время вдоха. Он визуализирует весь комплекс магических даров, входящих в него с дыханием. Ведь сказано, что воздух есть склад божественных мыслей. А Человек, отождествивший себя с телом и с грехом, закрывается для благодати. И это ведет к неизбежному воздаянию, ибо грех, окружающий его, не только существует как искажающая оболочка, но сам начинает давить на него, расстраивать его душевную и соматическую деятельность. Его душа начинает сжиматься.

— Я не очень понял, что значит «грех, окружающий его»?

— Человек грешащий окружает себя темным ореолом греха, который наполняет шесть из его девяти энергетических тел; и хотя последние три тела находятся вне греха, но они сворачиваются вовнутрь, сжимаются, не могут развиваться.

Последовательность такова: вначале – физическое тело; потом – тело магнетическое, которое наполняет тело физическое и чуть-чуть расширяет его; затем – тело, которое осуществляет переход на уровень мира Астральных форм, – это так называемый мир Победы на физическом уровне, более тонкая энергия, чем то тепло, которое мы чувствуем. Дальше идет энергия мира Астральных форм.

— Это третье тело?

— Совершенно верно.

— Четвертое?

— Четвертое – это тело мира Свободы, энергия, которая тождественна энергии нашего раскаяния и осознания, идущая из глубины нашего сердца. Пятое тело – это энергия милосердия. Шестое тело – это энергия логики, это уже мир Умственных форм. Седьмое тело – это энергия мудрости; восьмое – энергия истины. И девятое тело – это энергия, отвечающая за связь Человека с Царством Божиим, то есть с миром Первопричины. Таким образом, у Человека есть физическое тело и восемь тонких тел, которые я только что обозначил. Три высших тела греху не подвластны. Мы уже говорили, что Дух не может болеть, но Дух может спать. Человек сам себе вводит духовную анестезию и начинает медленно засыпать.

— Значит, у грешника эти три высших тела пребывают в спячке?

— Да, они пребывают в спячке, усыпленные дурным выбором Человека.

— Однако существуют разные степени человеческого грехопадения…

— Правильнее сказать – глубины.

— Вероятно, есть грехи более серьезные; есть грехи менее серьезные – вовсе не смертельные. Поясни здесь свою позицию.

— Конечно, грехи могут быть различными по своей тяжести. Однако не будем забывать и о том, что на белых одеждах пятна черные особенно заметны. Мера человеческой ответственности и мера греха определяются уровнем развития Человека. То, что для алкоголика, лежащего под забором, будет почти праведностью, – для праведника будет грехом. То состояние сознания, которое для развратника и чревоугодника будет просветлением и покаянием, для праведника будет низким и тяжелым состоянием сознания и Духа. Чем выше мы восходим, тем с большими искушениями нам предстоит сталкиваться, и с большей ясностью перед нами встает вопрос выбора. Но так или иначе всякий грех – независимо от его тяжести – есть отступление от вселенского закона.

— Выходит, что за один и тот же грех воздаяние у разных людей может быть разное.

— Совершенно верно.

— Что же, если человек находится на низком уровне сознания, то для него и убийство может оказаться не великим грехом?

— Грешить для Человека непростительно вообще. Хотя, конечно, путь к покаянию остаться открытым. Непростительно – поскольку Человек является отражением всех великих и творческих законов Вселенной. Непростителен акт саморазрушения и искажения гармонии. Только варвар кромсает полотно великого художника.

— Варвару это простительно, выходит?

— Сказано: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят».

— Кто-то еще говорил: «Осуди грех и прости грешника».

— С тех, которые ведали и все равно творили, спросится намного строже. И тем не менее, есть ряд грехов, которые считаются смертельными. Смертельными – в том смысле, что душа Человека, который совершает эти грехи, начинает разлагаться и умирать еще при его жизни. Такие грехи ведут к полной деструктуризации нервного и психического тока, психического состояния Человека. Они считаются смертельными еще потому, что расплата за них, как правило, – мучительная физическая смерть. Можно перечислить семь смертных грехов: убийство, пьянство, обжорство, разврат, кощунство, гордыня и сребролюбие. За эти грехи с Человека спрашивается семикратно. Они олицетворяют собой все пороки человеческие, собранные воедино. Если рассмотреть каждый из этих грехов, то мы увидим, что они все относятся к различным уровням сознания человеческой души. Так, например, убийство относится к печеночным проявлениям Человека – к проявлению агрессивной силы души. Чревоугодие, проявляя желудочные силы, является стяжательством на грубом уровне. Гордыня искажает дыхание Человека и поэтому она, как правило, ведет к раку легких. Алчность и сребролюбие влекут за собой другие виды воздаяния.

— Сребролюбие имеет отношение к воровству или нет?

— Самое прямое.

— Человек может украсть булку, потому что он голодный. Никакого сребролюбия здесь нет.

— Это не тот грех, который можно причислить к смертельным грехам. Воровство, которое стало смертельным грехом, несомненно, происходит из сребролюбия. А закоренение в грехе неизбежно приводит к разложению души.

— Человек может согрешить раз, другой и – избавиться от своего греха…

— Конечно. Но если Человек думает: «Я согрешу раз, другой, а потом избавлюсь от своего греха» – получается диалог бюргера с Господом.

— Какие грехи можно назвать менее тяжкими?

— Сколько людей, столько и грехов. Так же, как сколько людей, столько и болезней. Подобно тому, как болезнь носит в себе оттенок индивидуальности больного, так и каждый грех происходит из пороков конкретной личности и поэтому связан с индивидуальностью Человека. Неблагодарным занятием было бы перечислять грехи; в общем-то, все они – и более и менее тяжкие – коренятся в тех семи, которые были названы.

— Насколько мне известно, Моисей дал десять заповедей.

— Существует десять центров души Человека. Но семь резюмирующих центров на его срединном столбе собирают в себе энергии больших психических центров, ибо они лежат на пересечении их каналов. И грехи концентрируются в местах пересечения тех десяти каналов, которые обозначены Моисеем.

Первая заповедь Моисея: «Слушай, Израиль, я есть Господь Бог твой, Бог ревнитель, карающий детей до третьего и до четвертого рода за грехи отцов, ненавидящих меня, и творящий милость до тысячи родов любящим меня и соблюдающим заповеди мои. Да не будет у тебя других богов перед лицем моим». Мы уже говорили, что язычество не может быть названо греховным (хотя в то время именно из-за необузданного многобожия народ Израиля предавался всем порокам из-за отсутствия единой истины в сознании народа), и здесь говорится о грехе кощунства.

В заповеди «Не пожелай жены ближнего твоего, ни дома ближнего твоего…» – речь идет одновременно о двух грехах: о разврате и о сребролюбии. А из сребролюбия происходит и стяжательство, и воровство, и эгоизм, который также связан с гордыней.

— А куда отнести ложь, обман, лжесвидетельствование?

— Грех лжесвидетельствования является отражением греха кощунства и греха гордыни. Лжесвидетельствующий есть тот, кто искажает истину; а искажение истины – кощунство перед лицом Бога.

— Слово «кощунство» можно понимать неоднозначно.

— Кощунство, согласно эзотерическому представлению, есть осквернение всякой святыни – вольно или невольно. У кощунства, так же, как у всякого иного греха, есть мера. Предположим, Человек попадает в языческое племя, ничего не зная о его обычаях, и нечаянно допускает фразу, оскорбляющую верования этих людей. Эта фраза может быть оправдана, если исходить из того, что он, допустим, христианин и вообще отвергает языческие культы; но она не может быть оправдана из этических соображений: к верованию любого Человека, если оно не граничит с сатанизмом, надо относиться с уважением. Таким образом он совершает грех кощунства, но поскольку это происходит по неведению, он совершает малый грех кощунства.