Чтение онлайн

— Хорошо. Теперь говори, какие сладости ты хотел бы взять с собой на обед?

Она потратила несколько минут, рассказывая мне о своих кондитерских изделиях, и когда я оглядел весь выбор, в голове начал формироваться небольшой план. Мой выбор остановился на ее фирменных украшенных глазурью печеньях, и я взял полдюжины.

— Я заплачу за них, — потянулся я за бумажником, но она покачала головой.

— Ничего подобного. Сегодня я угощаю.

— Спасибо тебе, Шерри.

Она улыбнулась, когда Вест вернулся из служебной комнаты, уже в куртке с гармонирующими друг другу цветастыми шарфом, шапкой и перчатками, которые были на нем в тот первый раз, когда я его увидел.

— Готов?

— Да, — он на прощание обнял Шерри, прежде чем мы вышли на свежий февральский воздух.

Вест затеял небольшой спор со мной, когда я предложил загрузить мотороллер в кузов грузовика, чтобы он мог поехать со мной в кабине.

— Поверить не могу, что ты заставляешь меня транспортировать скутер в кузове, — дулся он до тех пор, пока не открыл пассажирскую дверь, и оттуда донесся запах китайской еды. — О боже мой! Ты купил цыпленка с апельсинами?

— Взять на заметку, — сказал я самым серьезным тоном. — Бойфренд готов простить все, даже оскорбление, нанесенное его Vespa и ущемление свободы передвижения на нем, за порцию цыпленка с апельсинами. Конец заметки.

— Ты такой придурок, — улыбнулся он мне ласковой улыбкой, и я склонился к его губам, чтобы прижаться к ним в поцелуе.

— Только для тебя, — сказал ему, прежде чем выехать со стоянки. — Хочешь заедем к тебе и поедим там или сразу у Мими?

— Давай ко мне. Я смогу переодеться и не придется носить все с собой. Ты уверен, что не против задержаться и отвезти меня домой? Я знаю, что немного прохладно, но я могу поехать на скутере.

— Что ты делаешь, когда температура опускается ниже нуля или начинается гроза?

Я краем глаза заметил, как он пожал плечом.

— Езжу на автобусе, или по утрам, перед кофейней, меня забирает Шерри. Она хотела забрать меня и сегодня, но я отговорил ее.

— Упрямый.

Движение в разгар вторника было не сильно оживленным, поэтому мы без проблем добрались к нему домой и с наслаждением приступили к поглощению все еще теплой китайской еды.

— Боже мой, как же это вкусно, — простонал Вест так, будто испытывал лучший оргазм в истории оргазмов, и я рассмеялся.

— Напомни мне никогда не позволять тебе есть цыпленка с апельсинами на людях.

— Переживаешь, что я тебя опозорю?

— Нет, но ходить с эрекцией — не совсем вписывается в мое представление о хорошо проводимом времени. Эти стоны просто непристойны. Любой мужчина-гей в радиусе пятидесяти футов от того места, где ты стоишь, будет достаточно тверд, чтобы вбивать гвозди своим стояком.

Он медленно положил вилку и облизал кончики пальцев один за другим, собирая соус, который попал на них. Дыхание сбилось в груди, пока я наблюдал, как его взгляд трепещет. Его глаза смотрели на меня в упор, потом скользнули ниже, пока не сфокусировались на моих коленях. Одним плавным движением он поднялся и забрал коробку из моей руки, чтобы отставить ее на журнальный столик рядом со своей, а затем оседлал мои колени и прижался ко мне.

—Дерьмо… — прошипел я, когда грубый деним джинсов начал шлифовать мой член через хлопок нижнего белья. Схватив Веста за бедра, я накрыл его рот своим и прижался к нему.

Он задохнулся и застонал в мои губы, а затем его руки скользнули с моих плеч вниз, сжимая грудные мышцы и забираясь под футболку.

— Можно? — спросил он, не отрываясь от моих губ.

— Как же насчет «без шалостей»? — поинтересовался я, заглянув в его голубые глаза.

— То было свидание, организованное «Валентайнз Инк.». А это обеденное свидание-сюрприз, организованное бойфрендом, — он перестал двигаться и закусил нижнюю губу. — Разве не так?

— Определенно так, — ответил я, стягивая футболку через голову одним быстрым движением и отбрасывая в сторону. Потом поддел и стащил футболку с него, отправив ее следом за своей. Идеальный румянец поднялся по его груди, пока я любовался открывшимся видом.

Его соски, маленькие и твердые, казались розовыми островками в море сливок. На груди росло мало волос, и те, что были, ощущались мягким пушком, когда я их коснулся. Вест не был накачан, но его тело хорошо сформировалосьтеми мышцами, которые появляются от тяжелой работы. Вместо шести кубиков пресса, меня ждал мягкий плоский живот, к которому хотелось прижаться лицом. Я хотел тереться о него щетиной, пока не заставил бы пылать каждый сантиметр кожи, который видел.

Я потянулся к его ширинке и, подражая ему, спросил:

— Можно?

Вест облизнул губы и положил руки мне на плечи, прежде чем кивнуть. Я осторожно расстегнул молнию и запустил руку внутрь. Его член был возбужденным и твердым, не таким длинным, как мой, но таким же в обхвате. Он подрагивал в моей руке, когда я вытащил его, а затем потянулся к собственным штанам.

Высвободив себя, я приподнял колени, прижимая Веста ближе, чтобы взять нас обоих в руку.

— О боже мой… — прошептал он мне в губы, когда я начал ласкать нас одновременно, двигая сжатой ладонью от основания до головки, распределяя нашу смешавшуюся естественную смазку большим пальцем на каждом взмахе.

Я спустился дорожкой поцелуев по контуру его челюсти, вниз по шее и прикусил у основания, увеличивая давление и темп. Вест заскулил, уткнувшись в меня, его пальцы впились в плечи, а бедра интуитивно начали подмахивать, толкаясь в мою хватку. Сладкое скольжение наших членов было невероятным, и когда мои яйца быстро подтянулись и заболели, я понял, что у меня этого не было слишком давно.

—Ахх… Джексон… — одна из рук Веста присоединилась к моей, сжимая нас и вращая запястьем, и мгновение спустя он что-то прокряхтел, а горячий всплеск его спермы ударил меня в грудь и побежал вниз по нашим рукам, облегчая движение и помогая мне достичь собственного освобождения, чтобы разделить его с Вестом. Звезды вспыхнули перед глазами, когда я излился в ладонь и обессиленно рухнул на спинку дивана, а Вест прижался к моей груди.

— Срань Господня… — прерывисто выдохнул я в его влажные светло-каштановые волосы.

—Мхмм… — проурчал он у меня на груди.

Я запрокинул его голову и коснулся губ поцелуем, уговаривая открыться мне. Скользнул языком сквозь губы в рот, лениво целуя, как будто нам дела никакого не было ни до мира за дверью квартиры, ни до чего бы то ни было вообще, и я с нетерпением ждал тех дней, когда так и будет. Я просто не мог дождаться ленивых воскресений, проведенных прямо здесь, на этом диване, или на моем, когда единственное, о чем мы будем беспокоиться, это чья очередь идти на кухню за напитками и закусками.

Чуть сместив Веста в сторону, я схватил стопку салфеток с журнального столика и оттер нас, пытаясь привести в порядок, а затем дотянулся до коробкис выпечкой и вытащил одно печенье. Я протянул его ему украшенной стороной и многозначительно взглянул в глаза. Он посмотрел на него, а потом снова на меня. Большое сахарное печенье было покрыто бледно-розовой глазурью с идеальным красным сердцем и надписью «Будешь моим Валентином?».

— То есть, я на самом деле еще не спрашивал, поэтому просто хотел убедиться...