Чтение онлайн

— Хоть завтра. Но это ведь не только от меня зависит. Первозданные силы обладают своим сознанием и могут не захотеть работать с кем-нибудь другим.

— На мой призыв они уже откликались, — довольно оскалился Кержак.

— Тогда все просто, — кивнул Илар. — Жду тебя с учениками завтра утром. Касра чтобы пришла обязательно, ей давно пора осознать свою силу.

— Будем, — кивнул шаман, вставая. — Ладно, пока прощаюсь. А ты ляг, да поспи.

— Что я вам, дите малое? — рассердился Командор. — Каждый стремится нянькой стать! Достали уже!

— А за тобой не проследи, — фыркнул Т'Сад, — так точно себя в гроб загонишь.

— Да ну вас! — не выдержал Илар, рассмеявшись. — Заботливые вы мои…

— Никита, — обернулась к нескольку удивленному контрразведчику Тина. — Я здесь останусь, а вы возвращайтесь. И сразу в биоцентр! Преобразование возьмет больше трех суток, а времени терять нельзя.

— Но мы хотели для начала подобрать корабли и людей для вояжа на Землю! — возразил он.

— Уж с этим я как-нибудь справлюсь, — фыркнула дварх-полковник. — Думаю, четырех-пяти эскадр и сотни тысяч легионеров хватит.

— Зачем столько-то? — удивился Никита.

— Мало ли, — проворчала Тина. — Лучше перестраховаться. Помнишь мета-корабль?

— Такое вряд ли забудешь.

— Есть у меня небольшое подозрение, что где-то около вашего пространственного мешка или прямо в нем тихонечко себе прячется база Предтеч. Где-то ведь мета-корабли заправляются и ремонтируются. Где именно, мы так до сих пор и не выяснили.

— Значит, поищем, — согласился контрразведчик. — Это тоже важно. Представляешь, что будет, если однажды нам на головы свалится флот в десяток тысяч мета-кораблей?

— Не дай Благие! — Тину даже передернуло от такой «радужной» перспективы.

Никита ухмыльнулся и попросил ближайший биокомп открыть им с Ником гиперпереход в расположение группы Раса. Попрощавшись со всеми присутствующими, они переместились и снова оказались в том же светлом, похожем изнутри на смятый шар, помещении, из которого отправились на встречу с Командором. Около одного из терминалов биокомпа сидела откровенно скучающая Лави. Ощутив присутствие мужа, она вскочила на ноги и бросилась к нему. Никита ласково поцеловал жену в лоб и послал ей успокаивающий образ березового леса ранней весной. Лави радостно рассмеялась и прижалась к нему. Тревога молодой женщины на глазах растворилась и сменилась радостью. Но в эмофоне помещения четко ощущалось напряжение. Никита оглянулся и нервно передернул плечами — почти сотня людей, гвардов, арахнов и драконов выжидающе уставились на него. Откуда только они только взялись? Вся команда, что ли, собралась? Похоже на то. Надо что-то сказать им. Но что?

— Прошу не беспокоиться! — заговорил вместо него Ник. — Мастер поручил нам очень важную и срочную работу. Большинство кошек тоже будут подключены к этому делу. Текучку придется оставить на потом. Хотя за нас ее все равно никто не сделает.

— Это как раз понятно, — махнул рукой Рас. — Но что именно вам поручили?

Контрразведчик переглянулся с комиссаром. Все говорить никак нельзя, но кое-что сказать необходимо. Основное скрыто за ментальным экраном, ставить который научил их Мастер, так что прочесть важную информацию не мог никто. Не хотелось заводить тайн от своих, но выхода не было.

— Мы должны создать тайную структуру в государствах галактики, способную адекватно и быстро реагировать на любую угрозу ордену, — сказал, в конце концов, Никита, очень осторожно подбирая образы. — Структуру самостоятельную, независимую от нас. Не дело отвечать военной силой на то, что может быть нейтрализовано с помощью хорошей службы безопасности, имеющей агентуру везде, где только можно. И тем более, где нельзя.

— А ведь здравая мысль, хвост Проклятого мне в глотку… — задумчиво протянул Стен. — И почему это никому в голову раньше не пришло? Помнишь, Рас, как мы на Мооване со снафферами разбирались? Именно таким вот проникновением.

— Беда в том, что почти никто из нас не способен долго жить вне ордена… — вздохнул тот. — Особенно в среде жестоких и подлых людей. Тебе ли не знать.

— Да, это проблема, — ответил вместо Стена Никита. — Но мы ее решим. Пока принято решение о расширении разведывательных служб до восьми легионов. Четыре из них будут создаваться с нуля. И создавать их, друзья, нам с вами.

— Работенка еще та… — скривилась Карина.

— Людей на один, а то и на два мы сможем набрать на нашей родине, — сказал Ник, падая худым задом на пол, откуда ему навстречу буквально выпрыгнуло кресло. — Там сейчас порядочно талантливых контрразведчиков с немалым опытом в эмиграции мается. Через несколько дней отправляемся, Тина завтра подберет эскадры и легионеров.

— С удовольствием полетим с вами, — ухмыльнулся Рас. — А то что-то закисли мы тут.

— Буду рад, — кивнул контрразведчик. — А сейчас извините, Тина приказала нам срочно явиться в биоцентр на преобразование.

— Удачи! — рассмеялся Стен, Ник в ответ послал свой коронный эмообраз, от которого грохнула хохотом вся группа.

Оказавшись в биоцентре, все трое сразу же попали в руки ожидавших новых пациентов Целителей. Те деловито принялись делать анализы, понять их эмообразы было затруднительно для неспециалиста. Никиту, Лави и Ника заставили раздеться догола и принялись от души гонять на каких-то спортивных тренажерах, занося в память биокомпа данные о граничных усилиях для каждой группы мышц. Никогда в жизни контрразведчик так не выматывался, как за эти несчастные три часа в биоцентре, ни разу его так не гоняли. Вскоре каждый мускул тела дрожал и жалобно просил пощады. Но пощады Целители не давали. Когда сбор необходимой для программы преобразования информации был завершен, Никита буквально рухнул в ближайшее кресло и долго отфыркивался, залпом выпив литра два какого-то сока. Рядом сидела не менее измотанная Лави. Худой Ник вообще выглядел похожим на скелет и никак не мог придти в себя.

— Теперь прошу пройти за мной, — эмообраз подошедшего Целителя, высокого блондина лет тридцати на вид, был окрашен в холодноватые, голубые тона деловитости.

С трудом встав, Никита помог подняться Лави и Нику. На заплетающихся ногах троица поковыляла за ехидно ухмыляющимся Целителем. Зайдя в знакомое по «Пику Мглы», похожее на желудок огромного животного помещение госпиталя, они облегченно вздохнули. Слава Господу, все закончилось, новых физических нагрузок не предвидится. В исходили пузырями были три наполненных слизью ямы ти-анх. Целитель молча показал на них, послав ободряющий эмообраз. Никита улыбнулся ему, помог жене спуститься в одну из ям, сам после того забравшись в другую. Дно начало медленно уходить из-под ног и одновременно гасло сознание. Не успела розовая слизь ти-анх дойти до его губ, как оно погасло окончательно. И настала тьма.

Тартик уныло пинал мяч на площадке, не понимая, как ему жить дальше. С того дня, как он побывал на могиле у мамы, прошло десять дней и он до сих пор не пришел в себя. Но если бы только это! Увы, дело было совсем в другом. Он изменился после того, как сам побывал на краю гибели и спас от смерти девочку. После того, как узнал, что мама его не предавала. Но все его друзья помнили вожака своей компании прежним и не поняли, что он уже не тот. Что он стал другим. Они продолжали привычно третировать Ленни и Саркиса, очень удивляясь, что Тартик больше не желает участвовать в их развлечениях. А когда он пытался объяснить, что они ошибаются, как раньше ошибался он сам, только пожимали плечами. Они просто не понимали. И Тартик был потрясен их непониманием. Хуже всего оказалось от осознания, что это под его влиянием друзья стали такими. Когда он видел плачущего, забившегося в угол Саркиса, то Тартика передергивало, ему казалось, что он сам такой же, каким был отчим-убийца. Он попытался остановить издевательство и даже подрался с Мереком, бывшим раньше его ближайшим другом. После этой драки друзья отвернулись от бывшего вожака, а те, над кем раньше издевался Тартик, тоже не приняли, не поверив, что он изменился. И мальчишка остался в полном одиночестве. В пустоте.

А тут еще Барлик куда-то уехал. Уже целых пять дней директора не было, и Тартик отчаянно скучал. Книги и инфофильмы не могли заполнить дефицит общения. Советы сержанта тоже не помогали, исправить ситуацию не удалось, и от него шарахались хоть одни, хоть другие. Обидно было до слез, но плакать себе мальчишка не позволял. Он — сильный! Он — справится! И Проклятый с ними со всеми. Но обида никуда не уходила, и Тартик никак не мог понять, что ему делать. Самых слабых он взял под защиту и вступался, если кто-нибудь из бывших друзей пытался действовать привычным образом. Драться с Тартиком один на один никто не рисковал, знали уже, что бесполезно. Налетать толпой тоже не хотели, понимая, что такая драка полностью уничтожит шансы группы выиграть галактический круиз. Полететь хотелось каждому, потому внешне все было тихо. Но только внешне!